Предпосылки и исторический контекст
Кризис вокруг форта Самтер вырос из острого конституционно-политического раскола США после победы республиканца Авраама Линкольна на президентских выборах 6 ноября 1860 года. Восприняв платформу Республиканской партии как угрозу институту рабства, Южная Каролина 20 декабря 1860 года объявила о выходе из Союза (сецессии), а к началу февраля 1861 года её примеру последовали ещё шесть штатов Глубокого Юга, принявшие 7 февраля временную конституцию Конфедеративных Штатов Америки со столицей в Монтгомери (Алабама). Власти отделившихся штатов конфисковали федеральные арсеналы, таможни и береговые укрепления, однако в Чарльстонской гавани сохранялось присутствие регулярной армии США.
В ноябре 1860 года президент Джеймс Бьюкенен, колебавшийся между непризнанием права на сецессию и нежеланием применять силу, назначил командующим чарльстонским гарнизоном майора Роберта Андерсона — уроженца Кентукки, опытного артиллериста и ученика главнокомандующего Уинфилда Скотта. Осознавая уязвимость старого форта Мултри на острове Салливана со стороны суши, Андерсон в ночь на 26 декабря 1860 года, опираясь на директиву Военного департамента от 11 декабря, тайно переправил свои 85 солдат на искусственный остров в устье бухты — в недостроенный, но мощный кирпичный форт Самтер, заклепав орудия в Мултри.
Власти Южной Каролины расценили передислокацию как нарушение негласных договорённостей с Бьюкененом: губернатор Фрэнсис Пикенс распорядился немедленно занять форты Мултри и Джонсон, Касл-Пинкни (27 декабря) и федеральный арсенал в Чарльстоне (30 декабря, более 22 тысяч единиц оружия). Попытка федерального правительства доставить подкрепление (200 солдат) и продовольствие на безоружном торговом пароходе «Звезда Запада» 9 января 1861 года сорвалась: береговая батарея на острове Моррис, укомплектованная кадетами Южнокаролинского военного колледжа «Цитадель», открыла огонь и вынудила судно развернуться. К моменту инаугурации Линкольна 4 марта 1861 года проблема форта Самтер, наряду с фортом Пикенс во Флориде, превратилась в главный узел противостояния, причём обе стороны стремились избежать репутации агрессора в глазах колебавшихся пограничных штатов — прежде всего Виргинии.
Ход событий и ключевые механизмы
К весне 1861 года ситуация в бухте Чарльстона приобрела характер затяжной осады, осложнённой острой политической игрой между Вашингтоном и Монтгомери. С одной стороны, Линкольн отказался официально принимать делегацию КША, чтобы не признать её суверенитет (хотя госсекретарь Уильям Сьюард вёл безрезультатные неформальные контакты), и в инаугурационной речи пообещал удерживать федеральную собственность; с другой — президент КША Джефферсон Дэвис стремился утвердить полный территориальный контроль Конфедерации над главным портом Южной Каролины.
Осада, соотношение сил и провал миссии снабжения
- Инженерная и артиллерийская блокада: в марте 1861 года командование конфедеративными силами в Чарльстоне (около 6 000 ополченцев) принял первый бригадный генерал армии КША Пьер Гюстав Тутан Борегар — бывший ученик и ассистент Андерсона по Вест-Пойнту. Он перерезал доставку продовольствия из города и развернул вокруг бухты 43 орудия и мортиры в фортах Мултри и Джонсон, на бронированной плавучей батарее и в так называемой Железной батарее на Каммингс-Пойнт (остров Моррис).
- Уязвимость форта Самтер: укрепление, рассчитанное на 135 орудий и гарнизон в 650 человек, было готово лишь примерно на 90% и спроектировано против настильного огня кораблей, а не против навесной траектории береговых мортир. Из 60 установленных пушек Андерсон мог безопасно использовать главным образом 21 орудие нижнего казематного яруса, испытывая дефицит солдат, провианта и пороховых картузов (рабочим приходилось шить мешки даже из шерстяных носков офицеров).
- Решение об экспедиции Фокса и ультиматум КША: узнав 4 марта об истощении припасов форта, Линкольн 29 марта санкционировал морскую экспедицию под началом Густава Вазы Фокса и 6 апреля официально уведомил губернатора Пикенса о доставке исключительно продовольствия без ввода войск, если не будет оказано сопротивление. Параллельно подготовленная секретная операция у форта Пикенс привела к организационной накладке: боевой пароход «Поухатан» был перенаправлен во Флориду. Кабинет Конфедерации 9 апреля (при возражении одного лишь госсекретаря Роберта Тумбса, предупреждавшего об ударе по «осиному гнезду») приказал Борегару добиться сдачи форта до подхода федерального конвоя.
Бомбардировка и капитуляция гарнизона
- Переговоры 11–12 апреля: 11 апреля адъютанты Борегара предъявили Андерсону ультиматум. Майор отклонил капитуляцию, отметив, что без снабжения гарнизон всё равно умрёт с голоду через несколько дней, а в ночь на 12 апреля предложил эвакуироваться к полудню 15 апреля при отсутствии новых инструкций. Парламентёры сочли условие неприемлемым и в 03:20 уведомили об открытии огня через час.
- 34-часовой артиллерийский обстрел: в 04:30 утра 12 апреля 1861 года сигнальный 10-дюймовый мортирный выстрел из форта Джонсон возвестил начало Гражданской войны; один из первых боевых снарядов с Каммингс-Пойнт выпустил известный виргинский сецессионист Эдмунд Руффин. Орудия южан били с двухминутным интервалом против часовой стрелки для экономии боеприпасов. Гарнизон Самтера открыл ответный огонь лишь в 07:00 выстрелом капитана Эбнера Даблдэя, вскоре ограничив стрельбу шестью орудиями. Подошедший в 03:00 пароход Фокса «Балтик» без «Поухатана» и в условиях разразившегося шторма не смог прорваться через огонь береговых батарей.
- Пожар, перемирие и эвакуация: 13 апреля калёные ядра южан подожгли деревянные казармы, главные ворота и подступили к пороховому погребу с 300 бочками пороха. Около 13:00 рухнул центральный флагшток, после чего бывший сенатор Луис Уигфолл на лодке под белым платком самовольно договорился с Андерсоном об условиях эвакуации; позднее их подтвердила официальная делегация Борегара. В 14:30 13 апреля гарнизон сдал форт, сохранив личное имущество и флаг, а 14 апреля покинул гавань на борту «Балтика». Примечательно, что за 34 часа обстрела (свыше 3 000 снарядов) не погиб ни один человек, но во время оговорённого условиями капитуляции салюта в 100 залпов из-за искры взорвался штабель зарядов, унеся жизни рядовых Дэниэла Хоу и Эдварда Гэлуэя — первых военных жертв конфликта.
Источниковедческая база и свидетельства
События у форта Самтер подробно документированы в официальной военно-дипломатической переписке и эго-документах обеих сторон. Основополагающим источником служат донесения майора Андерсона военному министру Саймону Камерону (включая телеграмму от 18 апреля 1861 года с описанием разрушений, пожаров и остатка лишь четырёх бочек пороха), инструкция Военного департамента от 11 декабря 1860 года за подписью Дона Карлоса Бьюэлла и Джона Флойда, а также оперативные рапорты П. Г. Т. Борегара и переписка кабинета в Монтгомери.
Ценные детали о быте осаждённого гарнизона, тактике артиллерийской дуэли и внутренней динамике командования содержатся в мемуарах капитана Эбнера Даблдэя («Воспоминания о фортах Самтер и Мултри в 1860–61 гг.», 1876) и отчётах капитана Густава Фокса. С конфедеративной стороны картину дополняют дневник чарльстонской свидетельницы Мэри Чеснат, зафиксировавшей предрассветную панику и воодушевление горожан на набережной, а также публицистические заметки и статьи Эдмунда Руффина. Источниковедческая критика, впрочем, требует сопоставления позднейших воспоминаний Джефферсона Дэвиса и вице-президента Александра Стивенса с синхронными документами апреля 1861 года: постфактум лидеры Юга стремились переложить всю ответственность за эскалацию на северную экспедицию снабжения, сглаживая роль политического давления внутри самой Южной Каролины. Разночтения сохраняются и вокруг степени информированности Андерсона о маршруте и сроках подхода эскадры Фокса, а также статуса несанкционированной миссии полковника Уигфолла в финале осады.
Исторические итоги и долгосрочное значение
В чисто военном отношении потеря недостроенного и изолированного форта Самтер не нарушила стратегического баланса в пользу Конфедерации, однако её политико-психологический резонанс оказался колоссальным и необратимым. Бомбардировка федерального флага мгновенно сплотила общественное мнение Севера, заставив даже колеблющихся консерваторов признать факт вооружённого мятежа. Уже 15 апреля 1861 года президент Линкольн издал прокламацию о созыве 75 000 добровольцев (милиции) сроком на 90 дней для подавления восстания и возвращения федеральной собственности.
В свою очередь, призыв Линкольна к применению военной силы разрушил хрупкий нейтралитет Верхнего Юга. Губернаторы пограничных и центрально-южных штатов отказались отправлять контингенты против южных соседей, что вызвало вторую, решающую волну сецессии: к Конфедерации присоединились экономически и демографически мощная Виргиния (17 апреля, куда перенесли столицу КША — в Ричмонд), Арканзас, Северная Каролина и Теннесси. Менее чем через неделю после падения Самтера в Балтиморе произошли уличные столкновения с первыми кровопролитными потерями. Конфедераты удерживали руины форта на протяжении почти всей войны, отражая морские штурмы 1863 года, и лишь после падения Чарльстона в феврале 1865 года федеральные войска вернули контроль над укреплением. Символической точкой стала церемония 14 апреля 1865 года — ровно через четыре года после сдачи форта — когда произведённый в генерал-майоры Роберт Андерсон вновь поднял над Самтером тот же самый простреленный флаг США (в ту же ночь в Вашингтоне было совершено покушение на Линкольна).
Дискуссии и оценки в историографии
Главный историографический спор вокруг обстрела форта Самтер касается вопроса о «первом выстреле» и политической ответственности за развязывание войны. В первой половине XX века представители южной ревизионистской школы, прежде всего Чарльз У. Рамсделл (статья 1937 года), развивая тезисы Джефферсона Дэвиса и Александра Стивенса, утверждали, что Линкольн сознательно спровоцировал Конфедерацию: отправив экспедицию Фокса якобы с мирным продовольствием, президент будто бы загнал Дэвиса в ловушку, вынудив южан выстрелить первыми и тем самым консолидировать Север.
Противоположный взгляд восходит ещё к синхронной публицистике Карла Маркса (1861), указывавшего, что именно сецессионистские «ястребы» намеренно открыли огонь за три дня до неизбежной голодной капитуляции гарнизона, чтобы шумной военной акцией преодолеть колебания пограничных штатов и укрепить собственную государственность. Современные историки — Ричард Каррент, Уильям Дэвис, Дэвид Детцер (2001) и Уэсли Муди (2016) — в целом отвергают упрощённую теорию заговора Линкольна. По их оценке, президент США разработал гибкую «беспроигрышную» стратегию: если бы Конфедерация пропустила провиант, федеральное присутствие и авторитет Союза сохранились бы без выстрела; если бы она атаковала невооружённый гуманитарный конвой, моральная ответственность за войну падала на Ричмонд и Монтгомери. Вместе с тем историки подчёркивают внутреннюю логику эскалации со стороны самой Конфедерации, чьё правительство опасалось потери авторитета и утраты суверенитета при затягивании блокады, а также фатальную роль бюрократической неразберихи в Вашингтоне вокруг одновременной экспедиции на форт Пикенс.
