Предпосылки и исторический контекст
После Венского конгресса 1815 года Апеннинский полуостров оставался политически раздробленным и находился в сфере жёсткого австрийского преобладания. На территории Италии существовали Сардинское королевство (Пьемонт и Сардиния) под властью Савойской династии, подвластное Габсбургам Ломбардо-Венецианское королевство, формально независимые герцогства Парма, Модена и Тоскана, Папская область в центре и Бурбонское Королевство обеих Сицилий на юге. Идеологической и общественной реакцией на чужеземное господство и феодально-абсолютистскую реакцию стало движение национального возрождения и объединения — Рисорджименто.
На первом этапе освободительной борьбы доминировали конспиративные общества карбонариев и республиканско-демократическая организация «Молодая Италия», созданная в начале 1830-х годов Джузеппе Мадзини, отстаивавшим идею единой народной республики. Однако поражение революций 1848–1849 годов и Первой войны за независимость против Австрии (во главе с сардинским королём Карлом Альбертом) показало нереалистичность лозунга «Италия справится сама» без мощной регулярной армии и европейских союзников. В 1850-е годы центр притяжения национальных сил переместился в Сардинское королевство — единственное государство полуострова, сохранившее либеральную конституцию (Альбертинский статут 1848 г.). Премьер-министр граф Камилло Бенсо ди Кавур провёл экономическую и военную модернизацию Пьемонта, а вступление Сардинии в Крымскую войну на стороне Франции и Великобритании (1855) позволило ему поставить итальянский вопрос на Парижском конгрессе 1856 года.
Ход событий и ключевые механизмы
Дипломатия Кавура, война 1859 года и центральноитальянские плебисциты
Стратегия Кавура заключалась в сочетании династической дипломатии, привлечения французской военной мощи и умелого использования национально-революционного подъёма. 21 июля 1858 года на секретной встрече в Пломбьере Кавур и император Наполеон III договорились о совместной войне против Австрии, за что Сардиния обещала уступить Франции Савойю и Ниццу. Спровоцированная в апреле 1859 года Вторая война за независимость принесла франко-сардинской армии победы при Мадженте и Сольферино. Хотя Наполеон III неожиданно заключил с Австрией сепаратное Виллафранкское перемирие, по Цюрихскому миру (ноябрь 1859 г.) Пьемонт получил большую часть Ломбардии (без Венеции), а свергнувшие своих правителей жители Тосканы, Пармы, Модены и папской Романьи на плебисцитах в марте 1860 года высказались за присоединение к Сардинскому королевству (тогда же Туринским договором Франции были переданы Савойя и Ницца).
Поход «Тысячи» Гарибальди и политический синтез 1860 года
- Триумф на Юге: 11 мая 1860 года отряд из тысячи добровольцев-краснорубашечников во главе с Джузеппе Гарибальди высадился в Марсале на Сицилии. Опираясь на народное антибурбонское восстание и талант маневренной войны, Гарибальди разбил неаполитанскую армию при Калатафими, взял Палермо, переправился на материк и в сентябре 1860 года триумфально вступил в Неаполь, свергнув династию Бурбонов.
- Перехват инициативы Пьемонтом: Опасаясь, что республиканцы Гарибальди двинутся на Рим (где стоял французский гарнизон, защищавший светскую власть папы Пия IX) и спровоцируют общеевропейскую интервенцию или социальную революцию, Кавур в сентябре 1860 года направил сардинскую армию через папские области Марке и Умбрию (победа при Кастельфидардо) навстречу гарибальдийцам.
- Встреча в Теано и плебисциты: 26 октября 1860 года в Теано (близ Капуи) Гарибальди встретился с Виктором Эммануилом II и приветствовал его как короля Италии, добровольно уступив власть в завоёванных провинциях ради сохранения национального единства. В октябре–ноябре 1860 года плебисциты в Неаполе, Сицилии, Умбрии и Марке оформили их вхождение в единую монархию, а добровольческий легион Гарибальди вскоре распустили.
Общеитальянский парламент и закон от 17 марта 1861 года
В январе 1861 года по единым для королевства правилам высокого имущественного ценза (право голоса имело менее 2 % населения) прошли выборы, и 18 февраля 1861 года в туринском палаццо Кариньяно открылся первый общеитальянский парламент (сохранивший преемственность нумерации как VIII легислатура сардинского парламента). 14 марта палата депутатов утвердила, а 17 марта 1861 года король подписал закон № 4671, официально провозглашавший образование Королевства Италия; Виктор Эммануил II принял титул короля Италии «милостью Божией и волею нации» (сохранив династический номер «второй» как символ преемственности с Пьемонтом). Спустя десять дней, 27 марта, парламент по предложению Кавура торжественно объявил Рим будущей законной столицей Италии. Однако уже 6 июня 1861 года главный архитектор объединения граф Кавур скончался, оставив молодым институтам страны сложнейшую задачу реальной интеграции семи бывших государств.
Источниковедческая база и свидетельства
Юридическое и политическое становление Королевства Италия опирается на обширный корпус государственных актов, дипломатических архивов и публицистики. Центральным правовым памятником выступает текст закона от 17 марта 1861 года о королевском титуле, дополненный Альбертинским статутом 1848 года (действовавшим как конституция единой Италии вплоть до 1946–1948 гг.), декретами о плебисцитах 1860 года, королевским указом от 17 июля 1861 года о введении единой итальянской лиры и стенограммами прений туринского парламента (включая программные речи К. Кавура о «свободной церкви в свободном государстве» и резкую полемику с Дж. Гарибальди в апреле 1861 г. о судьбе южных добровольцев и уступке Ниццы).
Дипломатическую подоплёку событий раскрывают архивные документы Пломбьера и Виллафранки, обширная переписка К. Кавура, мемуары Дж. Гарибальди и труды Дж. Мадзини, отражающие драматическое напряжение между монархической и республиканской ветвями Рисорджименто. В российской дореволюционной литературе проблемы итальянского государственного строительства и последующих территориальных претензий основательно проанализированы в фундаментальной статье «Италия» Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (подробно излагающей парламентскую, финансовую и колониальную историю королевства с 1861 г.) и в исследовании барона Б. Э. Нольде «На старом рубеже: Италия и Австрия» (1915), прослеживающем дипломатическую связь между итогами объединения 1861–1866 годов и итальянским ирредентизмом; интересную историко-лингвистическую ретроспективу понятия даёт и ранняя русская публицистика начала XIX века (статья в «Вестнике Европы» 1805 г. о наполеоновском переименовании Ломбардии в Королевство Италия и различии титулов).
Исторические итоги и долгосрочное значение
Провозглашение Королевства Италия радикально изменило политическую карту Европы: в Средиземноморье возникло крупное национальное государство, вскоре признанное великими державами в качестве «шестой великой державы» (наряду с Великобританией, Францией, Пруссией, Австрией и Россией). Была заложена правовая, административная и экономическая основа модернизации страны: введена единая валюта — итальянская лира, началось ускоренное железнодорожное строительство (сеть к 1872 году утроилась), а унификация законодательства увенчалась впоследствии передовым уголовным кодексом 1889 года. Вместе с тем объединение 1861 года оказалось неполным: вне королевства оставались Венеция (присоединённая в результате союза с Пруссией в 1866 г., несмотря на неудачи при Кустоцце и Лиссе), Рим с Папской областью (занятый итальянскими войсками 20 сентября 1870 г. после поражения Франции под Седаном; столицей Рим стал в 1871 г.), а также населённые итальянцами Тренто и Триест (вошли в состав Италии лишь после Первой мировой войны в 1918–1919 гг.).
Внутреннее развитие королевства с 1861 года было осложнено тремя острейшими системными проблемами. Во-первых, возник непримиримый «Римский вопрос» — конфликт светского государства со Святым Престолом, усугубившийся после взятия Рима в 1870 году, когда папа Пий IX отверг Закон о гарантиях 1871 года и объявил себя «ватиканским узником», запретив католикам участвовать в политической жизни страны (урегулирован лишь Латеранскими соглашениями 1929 г.). Во-вторых, распространение пьемонтских законов, налогов и воинской повинности, а также слияние огромных государственных долгов прежних государств (8 млрд лир долга к началу 1870-х гг.) породили болезненный экономический и культурный раскол между индустриализировавшимся Севером и аграрным Югом («Южный вопрос»), который в 1861–1865 годах вылился в вооружённый «бригантизм» и массовую крестьянскую партизанщину, жестоко подавленную армией, а позже — в многомиллионную эмиграцию. В-третьих, узкая элитарная база либеральной монархии (преодолевавшаяся лишь реформами 1882 и 1912 гг.) обусловила длительную политическую нестабильность, приведшую в итоге к кризису либерального государства после Первой мировой войны и установлению фашистской диктатуры в 1922 году.
Дискуссии и оценки в историографии
Историография Рисорджименто и событий 1861 года прошла путь от национально-героического эпоса до жёсткого структурно-социального ревизионизма. В классической итальянской либеральной школе (Бенедетто Кроче, Луиджи Сальваторелли, позднее английский историк Денис Мак Смит) провозглашение королевства оценивалось как триумф морально-политического синтеза: мудрой государственности Кавура, героического порыва Гарибальди, идейного просвещения Мадзини и династической лояльности Виктора Эммануила II, ставших в национальной памяти «четырьмя отцами Отечества».
Коренной критический пересмотр этой традиции осуществил в «Тюремных тетрадях» философ-марксист Антонио Грамши (развитый затем в советской историографии В. Е. Невлером и К. Э. Кировой). Грамши охарактеризовал объединение Италии как «пассивную революцию» и «несостоявшуюся аграрную революцию»: умеренная партия Кавура перехватила руководство у демократов «Партии действия» (Мадзини и Гарибальди), не допустила радикального передела земли в пользу крестьян и построила новое государство на компромиссе северной буржуазии с южными латифундистами, что законсервировало отсталость Юга и слабость демократии.
В современной историографии (Розарио Ромео, Кристофер Дагган, Альберто Марио Банти, Сальваторе Луццатто) ведутся оживлённые дебаты вокруг двух проблем: «пьемонтизации» (навязанной унификации сверху вопреки местным традициям) и реального масштаба национальной консолидации в 1861 году. Многие современные историки указывают, что плебисциты 1860 года проходили при открытом голосовании и политическом контроле властей, а жестокое подавление восстаний на Юге (1861–1865) фактически носило черты гражданской войны, иллюстрируя знаменитую фразу, приписываемую Массимо д’Адзельо: «Мы создали Италию — теперь нужно создать итальянцев».