Предпосылки и исторический контекст
Во второй половине 1870-х годов российское революционное народничество столкнулось с глубоким тактическим и мировоззренческим кризисом. Теоретическая программа движения, восходившая к «русскому социализму» А. И. Герцена и Н. Г. Чернышевского и развитая в идеях М. А. Бакунина и П. Л. Лаврова, строилась на убеждении в возможности перехода России к социализму через крестьянскую общину, минуя капитализм. Однако массовое «хождение в народ» весны и лета 1874 года («летучая пропаганда») окончилось провалом: крестьянство настороженно отнеслось к призывам столичных интеллигентов, а полиция провела масштабные аресты, завершившиеся «Процессом 193-х» (1877–1878).
Образованная в 1876 г. при участии М. А. Натансона, А. Д. Михайлова и Г. В. Плеханова вторая «Земля и воля» попыталась устранить прежнюю стихийность за счёт строгой конспирации, иерархической структуры («Администрация» и специализированные группы) и перехода ко «второму хождению в народ» — оседлым поселениям революционеров в деревнях Поволжья и Дона под видом фельдшеров, писарей, учителей и ремесленников. Тем не менее к концу 1878 г. и эта тактика зашла в тупик: крестьянских восстаний не последовало, а большинство поселений было разгромлено властями. Одновременно на первый план в деятельности радикалов выступила «дезорганизаторская группа», первоначально созданная для самозащиты и мести за репрессии.
В 1878–1879 гг. волна политических покушений стремительно нарастала: выстрел В. И. Засулич в петербургского градоначальника Ф. Ф. Трепова (24 января 1878 г.) и её оправдание судом присяжных, убийства полицейских и жандармских чинов кружком В. А. Осинского на Юге, убийство шефа жандармов Н. В. Мезенцова С. М. Степняком-Кравчинским (4 августа 1878 г.), покушение на А. Р. Дрентельна (13 марта 1879 г.). Ответные казни и каторжные приговоры лишь ожесточали сторонников силового противостояния. Решающим катализатором внутреннего конфликта стало покушение А. К. Соловьёва на императора Александра II (2 апреля 1879 г.): часть землевольцев во главе с Г. В. Плехановым считала цареубийство гибельным для сельской пропаганды, тогда как сторонники террора — группа «Свобода или смерть» (май 1879 г.) и редакция «Листка „Земли и воли“» во главе с Н. А. Морозовым — увидели в ударе по верховной власти единственный путь к политической свободе.
Ход событий и ключевые механизмы
Размежевание внутри «Земли и воли» разворачивалось в три этапа летом 1879 года, отразив коренное расхождение в понимании соотношения политической борьбы и социальной революции.
Липецкий и Воронежский съезды (июнь 1879 г.)
- Липецкий съезд (15–17 июня 1879 г.): Сторонники политической борьбы и террора (А. Д. Михайлов, А. И. Желябов, Л. А. Тихомиров, Н. А. Морозов, М. Ф. Фроленко, А. А. Квятковский, С. Г. Ширяев, Н. Н. Колодкевич и др.) предварительно и тайно от крыла «деревенщиков» собрались в Липецке. Участники пересмотрели прежнее бакунинское «аполитичное» отрицание государства, признав приоритетной задачей завоевание политических свобод путём террористической дезорганизации правительства и создав ядро будущего Исполнительного комитета.
- Воронежский съезд (19–21 июня 1879 г.): Общее собрание около 20 представителей всех фракций «Земли и воли» в Воронеже должно было преодолеть разногласия. Против программы политического террора резко выступил Г. В. Плеханов, покинувший съезд после того, как большинство отказалось осудить террор как принцип борьбы. При посредничестве В. Н. Фигнер и сторонников компромисса формальное единство организации было временно сохранено, однако обе группы уже вели раздельную работу в Петербурге.
Окончательный раздел (15 августа 1879 г.) и программы новых организаций
- Петербургский раздел 15 (27) августа 1879 г.: На съезде в столице стало очевидно, что примирение сторонников «деревенской» агитации и политического террора невозможно. «Земля и воля» объявила о самороспуске; название прежней организации не досталось никому, а партийная касса и типографское оборудование были поделены между двумя вновь созданными организациями.
- Партия «Народная воля»: Объединила большинство активных революционеров и центральный аппарат под руководством строго законспирированного Исполнительного комитета (всего до 36 человек, среди них А. И. Желябов, А. Д. Михайлов, С. Л. Перовская, В. Н. Фигнер, Н. И. Кибальчич, М. Ф. Фроленко, Л. А. Тихомиров, А. В. Якимова), которому подчинялись до 80 территориальных, рабочих, студенческих и военных групп (около 500 активных членов и несколько тысяч сочувствующих). Программа «Народной воли» впервые в народничестве поставила прямой политической целью свержение самодержавия и передачу власти Учредительному собранию, избранному всеобщим голосованием, при одновременном переходе земли народу и широкой автономии общин. Индивидуальный террор — прежде всего постановление Исполкома от 26 августа 1879 г. о смертном приговоре Александру II — рассматривался как средство расшатывания власти и импульс к всенародному восстанию.
- Организация «Чёрный передел»: Сформировалась на базе около 16 «деревенщиков» (Г. В. Плеханов, В. И. Засулич, Л. Г. Дейч, П. Б. Аксельрод, О. В. Аптекман, Я. В. Стефанович, М. Р. Попов и др.). Отвергнув тактику заговорщичества и политического террора, чернопередельцы провозгласили верность классической народнической платформе: подготовке аграрной революции («чёрного передела» всех помещичьих, казённых и церковных земель по крестьянскому обычному праву) путём систематической пропаганды в деревне и среди городских рабочих, рассматривавшихся тогда ещё как тесно связанная с деревней часть крестьянства.
Источниковедческая база и свидетельства
История раскола 1879 г. детально документирована комплексом программных изданий, мемуаров участников обеих фракций и судебно-следственных материалов. Ключевое значение имеют нелегальные периодические издания 1878–1881 гг.: орган «Земли и воли» (№ 1–5, октябрь 1878 — апрель 1879), в котором Г. В. Плеханов опубликовал программную статью «Законы экономического развития и задачи социализма в России», радикализовавшийся «Листок „Земли и воли“» под редакцией Н. А. Морозова (№ 1–6, март–июнь 1879), газета «Народная воля» (выходившая с октября 1879 г.) и издания чернопередельцев — «Чёрный передел» и рабоче-крестьянский листок «Зерно» (1880–1881).
Мотивацию участников Липецкого и Воронежского съездов подробно раскрывают воспоминания В. Н. Фигнер («Запечатлённый труд»), М. Ф. Фроленко, О. В. Аптекмана, Л. Г. Дейча и Л. А. Тихомирова, хотя при их сопоставлении историки учитывают позднейшие идейные расхождения мемуаристов (эволюцию Плеханова и Дейча к марксизму, переход Тихомирова в монархический лагерь). Судебные отчёты по политическим процессам начала 1880-х гг. («Процесс шестнадцати», «Процесс двадцати», «Процесс семнадцати», «Процесс четырнадцати») и архивы Департамента полиции позволяют верифицировать численность, состав кружков, маршруты нелегальной транспортировки литературы и тайные типографии (включая разгромленную в январе 1880 г. типографию «Чёрного передела» в Петербурге и смоленскую типографию «Зерна»).
Исторические итоги и долгосрочное значение
Образование двух самостоятельных организаций коренным образом изменило весь спектр российского освободительного движения, задав ему две противоположные траектории развития. «Народная воля» в сжатые сроки создала высокодисциплинированную общероссийскую подпольную сеть, обладавшую собственной динамитной мастерской, паспортным бюро, военной организацией и конспиративными типографиями. В 1879–1881 гг. народовольцы провели серию покушений на Александра II (подрывы железнодорожного полотна осенью 1879 г., взрыв в Зимнем дворце С. Н. Халтурина в феврале 1880 г.), завершившуюся убийством императора 1 (13) марта 1881 г. Однако ожидаемого народного восстания не последовало: крестьянство восприняло цареубийство отрицательно, а правительственные репрессии (до 10 тысяч арестованных и сосланных в 1881–1884 гг., предательство С. П. Дегаева в 1883 г.) привели к разгрому Исполнительного комитета.
Судьба «Чёрного передела» внутри страны оказалась не менее трудной: после полицейского разгрома первой типографии 28 января 1880 г. и последующих арестов кружков в Петербурге, Москве, Туле и Харькове организация к концу 1881 — началу 1882 г. фактически прекратила существование в России. Однако именно её эмигрировавшее в Швейцарию руководство — Г. В. Плеханов, В. И. Засулич, П. Б. Аксельрод, Л. Г. Дейч (совместно с В. Н. Игнатовым) — совершило решающий мировоззренческий поворот. Осмыслив неудачу как «деревенской» агитации, так и заговорщического террора, плехановцы порвали с народнической утопией общины и в 1883 г. основали в Женеве первую российскую марксистскую организацию — группу «Освобождение труда». В то же время традиция «Народной воли» продолжалась в кружках 1880–1890-х гг. (Террористическая фракция 1886–1887 гг. А. И. Ульянова и П. Я. Шевырёва) и в начале XX в. легла в основу Партии социалистов-революционеров (1902).
Дискуссии и оценки в историографии
В историографии раскол августа 1879 г. оценивается как поворотный рубеж между классическим крестьянским народничеством 1870-х гг. и партийно-политическим этапом революционного движения. В советской исторической науке 1920–1930-х гг. (Ш. М. Левин, С. Н. Валк, Н. А. Морозов) активно изучались и «Народная воля», и «Чёрный передел» как представители разночинского этапа освободительной борьбы; после свёртывания этих исследований в конце 1930-х гг. (в русле оценок «Краткого курса истории ВКП(б)») научное изучение проблемы возобновилось в 1960–1980-е гг. в фундаментальных трудах С. С. Волка, В. А. Твардовской, Н. А. Троицкого, В. Ф. Антонова, Р. В. Филиппова.
Центральной темой научных споров остаётся вопрос о природе народовольческого террора и «бланкизма»: был ли поворот «Народной воли» к политической борьбе прогрессивным прорывом от бакунинского аполитизма к требованию конституционных свобод, или же ставка на узкий заговор Исполкома завела народничество в морально-политический тупик, оторвав его от масс. Историки (как отечественные, так и зарубежные — Ф. Вентури, А. Улам, Д. Филд, О. В. Будницкий) отмечают двойственность наследия 1879 г.: с одной стороны, народовольцы впервые поставили вопрос о демократической конституции в России, с другой — легитимировали практику политического террора. Напротив, «Чёрный передел», долгое время остававшийся в тени «Народной воли» из-за кратковременности своего существования, в современной историографии рассматривается как критически важное переходное звено от бакунизма к российскому марксизму.
