Предпосылки и исторический контекст
Глубинные истоки Второй Тихоокеанской войны уходили в незавершённость колониального разграничения границ после войн за независимость в Южной Америке и стремительный рост мирового спроса на азотные удобрения и селитру (калиш) — стратегическое сырьё для сельского хозяйства и производства пороха в Европе. С 1840-х годов перуанские острова Чинча, побережье провинции Тарапака и приморский боливийский департамент Литораль в пустыне Атакама превратились в центр мировой добычи гуано и натриевой селитры. При этом к 1870-м годам разработку залежей в боливийской Атакаме и значительной части перуанской Тарапаки вели преимущественно чилийские рабочие-рудокопы и смешанные чилийско-британские компании (крупнейшей из них была созданная в Вальпараисо Компания селитры и железной дороги Антофагасты — CSFA, где 34% капитала принадлежало лондонскому дому Энтони Гиббса).
В 1866 году Чили и Боливия заключили Договор о границе по 24-й параллели южной широты с совместным сбором налогов в зоне между 23° и 25° ю. ш., однако трения не утихали. В феврале 1873 года Перу и Боливия подписали секретный договор об оборонительном союзе (рассчитанный на сдерживание Чили и попытку привлечь Аргентину, чей сенат в итоге воздержался от ратификации). В 1874 году Чили и Боливия пересмотрели соглашение: Чили отказалась от притязаний на совместные доходы севернее 24° ю. ш. в обмен на чёткую 25-летнюю гарантию (статья 4), запрещавшую Боливии повышать налоги на чилийские горнопромышленные предприятия. Тем временем экономическое положение Перу резко ухудшилось из-за истощения залежей гуано и внешнего дефолта 1876 года; стремясь восстановить фискальную монополию, Лима в 1875 году экспроприировала частные селитреры Тарапаки и начала скупать концессии, чему мешала конкуренция неподконтрольной Перу CSFA в Антофагасте. 14 февраля 1878 года Национальная ассамблея Боливии при правительстве президента Илариона Дасы вопреки договору 1874 года ввела новый экспортный налог в 10 сентаво за квинтал селитры («налог десяти сентаво»), а в феврале 1879 года, после отказа CSFA платить, аннулировала её лицензию и назначила имущество компании на аукцион.
Ход событий и ключевые механизмы
Начало кризиса и борьба за господство на море (февраль — октябрь 1879 года)
В ответ на конфискацию имущества CSFA президент Чили Анибал Пинто 14 февраля 1879 года (в день назначенных торгов) приказал высадить в порту Антофагаста отряд из 200 солдат, беспрепятственно занявший город, 93–95% населения которого составляли чилийцы. 1 марта 1879 года Боливия прекратила торговые связи и объявила о состоянии войны (официально — 14 марта), а 23 марта произошёл первый сухопутный бой при Топатере у Каламы. Попытка перуанского посредничества (миссия Х. А. де Лавалье) провалилась после раскрытия тайного перуанско-боливийского пакта 1873 года: 5 апреля 1879 года Чили объявила войну Перу, а 6 апреля Лима признала союзный casus foederis.
Из-за безводных труднопроходимых пространств пустыни Атакама решающим фактором логистики стала борьба на море, где столкнулись два новейших британских казематных броненосца Чили («Альмиранте Кокрейн» и «Бланко Энкалада») и перуанский флот:
- Битва при Икике и Пунта-Груэса (21 мая 1879 года): перуанский башенный монитор «Уаскар» под командованием контр-адмирала Мигеля Грау потопил старый чилийский корвет «Эсмеральда», но в тот же день новейший перуанский броненосец «Индепенденсия» сел на рифы, преследуя чилийскую канонерку «Ковадонга». На протяжении лета 1879 года Грау на «Уаскаре» сковывал чилийские коммуникации и 23 июля захватил транспорт «Римак» с кавалерийским полком.
- Сражение у мыса Ангамос (8 октября 1879 года): чилийские броненосцы «Кокрейн» и «Бланко Энкалада» перехватили перуанские корабли; корвет «Уньон» сумел уйти, а «Уаскар» после ожесточённого боя и гибели Мигеля Грау был захвачен чилийцами. Господство на Тихом океане перешло к Чили, открыв путь для морских десантов.
Сухопутные кампании в Тарапаке, Такне и под Лимой (ноябрь 1879 — январь 1881 года)
Опираясь на флот и современное вооружение (винтовки Комблена и Гра, скорострельную артиллерию Круппа), чилийская армия развернула последовательное наступление на север. 2 ноября 1879 года экспедиционный корпус высадился в перуанских портах Писагуа и Хунин, 19 ноября отбросил союзников в бою при Долорес (Сан-Франциско) и 23 ноября занял Икике, несмотря на локальный тактический успех перуанцев генерала Хуана Буэндии при Тарапаке 27 ноября. Военные неудачи привели в декабре 1879 года к государственным переворотам: в Перу власть захватил Николас де Пьерола, а в Боливии смещённого Илариона Дасу в январе 1880 года сменил генерал Нарсисо Камперо.
Весной 1880 года 9,5-тысячный чилийский корпус высадился в Ило и разгромил 10-тысячную объединённую армию под командованием Камперо в битве при Такне (Альто-де-ла-Альянса) 26 мая 1880 года, после чего Боливия фактически вышла из активных сухопутных боёв и отвела войска в Анды. 7 июня 1880 года чилийские части штурмом взяли перуанскую крепость Арика. В сентябре–октябре морская экспедиция Патрисио Линча разорила сахарные и хлопковые плантации северного Перу, а организованная при посредничестве США на борту американского крейсера «Лакаванна» мирная конференция в Арике (22–27 октября 1880 года) завершилась безрезультатно из-за отказа Перу уступать территории. В ноябре–декабре 1880 года чилийцы довели экспедиционную армию до 42 тысяч человек, высадились в Кураяко и Лурине, 13 января 1881 года прорвали перуанские рубежи при Сан-Хуане и Чоррильосе, 15 января разбили ополчение в ожесточённом сражении при Мирафлоресе и 17 января 1881 года оккупировали Лиму и порт Кальяо.
Партизанская война в Сьерре и мирное урегулирование (1881–1884)
Падение столицы не означало немедленной капитуляции Перу: после неудачных попыток чилийской военной администрации договориться с марионеточным правительством Франсиско Гарсии Кальдерона (высланного в Чили в сентябре 1881 года) сопротивление в высокогорных Андах (Сьерре) возглавил генерал Андрес Авелино Касерес. Его отряды монтонерос нанесли чилийцам чувствительные удары при Пукаре (5 февраля 1882 года) и Консепсьоне (9 июля 1882 года). Однако усталость части перуанской элиты от затяжной войны и разрухи привела к выступлению генерала Мигеля Иглесиаса, который 31 августа 1882 года провозгласил необходимость мира ценой территориальных уступок и при поддержке чилийского командования возглавил временное правительство в Кахамарке. 10 июля 1883 года чилийские силы разгромили армию Касереса в решающем сражении при Уамачуко, открыв путь к официальному миру. 20 октября 1883 года был подписан Анконский договор с Перу, а 4 апреля 1884 года в Вальпараисо — соглашение о перемирии с Боливией.
Источниковедческая база и свидетельства
Источниковая база по Второй Тихоокеанской войне отличается высоким разнообразием дипломатических, военно-административных и публицистических документов. К первой группе относятся международно-правовые акты: договоры о границе между Боливией и Чили 1866 и 1874 годов (включая ключевую статью 4 о 25-летнем налоговом моратории), секретный перуанско-боливийский договор от 6 февраля 1873 года (опубликованный в 1879 году), Анконский мирный договор 1883 года, соглашение о перемирии в Вальпараисо 1884 года и чилийско-боливийский Договор о мире и дружбе 1904 года. Вторую группу составляют дипломатические депеши и парламентские протоколы США, Чили, Перу и европейских держав, в том числе материалы слушаний Конгресса США о политике госсекретаря Джеймса Блейна, мемуары перуанского посредника Хосе Антонио де Лавалье и переписка коммерческих домов вроде Antony Gibbs & Sons.
Важнейшее место среди нарративных источников конца XIX — начала XX века занимают официальные военно-исторические своды участников конфликта. Так, чилийский историк и участник событий Диего Баррос Арана уже в 1881 году опубликовал фундаментальную двухтомную Historia de la guerra del Pacífico, опиравшуюся на правительственные архивы Сантьяго и оперативные реляции армии и флота. Критический разбор причин и дипломатии 1873–1879 годов был представлен в многотомных исследованиях Гонсало Бульнеса (включая англоязычный свод 1920 года). Сочетание архивных сводок обеих сторон позволяет верифицировать численность корпусов, потери в сражениях и механизм снабжения в пустыне, отсекая военную пропаганду прессы 1879–1883 годов.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Война 1879–1884 годов кардинально перекроила геополитический и экономический баланс на Тихоокеанском побережье Южной Америки. По Анконскому договору от 20 октября 1883 года Перу навсегда уступало Чили богатейшую провинцию Тарапака; вопрос о статусе провинций Такна и Арика откладывался на 10 лет до проведения плебисцита, который так и не состоялся, а многолетний спор о «пленённых провинциях» был разрешён лишь при международном арбитраже по Лимскому договору 3 июня 1929 года (Такна вернулась Перу, Арика осталась за Чили). По перемирию в Вальпараисо (4 апреля 1884 года), закреплённому мирным договором 1904 года, Боливия уступила Чили весь прибрежный департамент Антофагаста в обмен на компенсацию в 300 тысяч фунтов стерлингов, свободный транзит и постройку железной дороги Арика — Ла-Пас (открытой в 1913 году), превратившись во внутриконтинентальное государство.
Всего к Чили отошло свыше 180 тысяч км² территории, включая почти все мировые запасы натриевой селитры, прибрежные залежи гуано, а впоследствии и крупнейшие в мире месторождения меди в пустыне Атакама (Чукикамата). Экспортные пошлины на селитру на четыре десятилетия стали главным источником доходов чилийского бюджета, профинансировав модернизацию инфраструктуры, армии и государственного аппарата, однако значительную долю собственности на рудниках в Тарапаке (выросшую с 13% до 70% к 1890 году) вскоре сконцентрировал британский капитал во главе с «селитряным королём» Джоном Томасом Нортом. Для Перу поражение обернулось экономическим крахом, утратой ресурсов и затяжным политическим кризисом, а для Боливии — травмой утраты выхода к морю, которая и в XXI веке остаётся ключевым предметом дипломатических и судебных споров с Чили.
Дискуссии и оценки в историографии
В мировой и латиноамериканской историографии Вторая Тихоокеанская война остаётся одной из самых дискуссионных тем. На протяжении десятилетий доминировали национальные интерпретации: чилийская традиция (Диего Баррос Арана, Гонсало Бульнес) трактовала вторжение в Антофагасту как вынужденную защиту законных экономических прав, нарушенных боливийским налогом 1878 года, и упреждающий ответ на враждебный тайный альянс Перу и Боливии 1873 года. Перуанская и боливийская историография (прежде всего классик перуанской исторической науки Хорхе Басадре и Алехандро Рейес), напротив, акцентировала экспансионистские планы чилийской элиты, стремившейся преодолеть экономическую стагнацию 1870-х годов за счёт захвата чужих природных богатств, и рассматривала пакт 1873 года как чисто оборонительный инструмент.
Острая полемика развернулась вокруг роли иностранного капитала. Отталкиваясь от известного заявления бывшего госсекретаря США Джеймса Блейна на сенатских слушаниях о том, что это была «война Англии с Перу руками чилийской армии», советские историки (В. Смоленский, А. М. Мартюшев) и марксистская школа Латинской Америки объясняли войну прямым столкновением британских и американских империалистических интересов и интригами английских банков вокруг перуанской монополии 1875 года. В современной западной и российской историографии (Виктор Кирнан, Уильям Сейтер, Брюс Фарко, Рори Миллер, А. А. Щелчков) эта детерминистская схема была существенно уточнена: показано, что британский дом Гиббса изначально сотрудничал именно с перуанской монополией и пытался сдерживать конфликт, а среди влиятельных чилийских политиков-акционеров CSFA были противники разрыва с Боливией. Современные исследователи сходятся во мнении, что к войне привело сложное переплетение ресурсного соперничества, фискального коллапса Перу и Боливии, внутриполитического давления националистической прессы и институционального преимущества стабильного чилийского государства перед внутренне нестабильными соседями.
