Предпосылки и исторический контекст
Взятие Рима в 410 году стало прямым следствием системного кризиса римско-варварских отношений, развернувшегося после Адрианопольской битвы (378) и смерти Феодосия I (395). Поселённые по договору 382 года во Фракии в качестве федератов вестготы (тервинги-визиготы) понесли тяжёлые потери в рядах армии Феодосия в битве при Фригиде (394). Недовольные пренебрежением Константинополя, в 395 году они провозгласили своим предводителем Алариха I из знатного рода Балтов, который объединил разрозненные дружины, остатки старых готских групп и беглых рабов в мобильное военно-племенное образование, требовавшее от империи постоянного содержания, плодородных земель для поселения и высокого воинского статуса для своего вождя.
После разорительного похода в Грецию (395–397) и службы магистром армии Иллирика при императоре Аркадии Аларих обратил взор на Италию. В 401–403 годах западноримский главнокомандующий Флавий Стилихон остановил вестготов в битвах при Полленции и Вероне, вынудив императора Гонория перенести резиденцию из уязвимого Медиолана в неприступную Равенну, однако впоследствии стремился использовать Алариха как союзника в борьбе против Восточного двора за Иллирик. Когда в конце 406 года рейнская граница рухнула под натиском вандалов, аланов и свевов, Стилихон убедил Римский сенат согласиться на выплату Алариху субсидии в 4 тысячи фунтов золота в обмен на военную помощь.
Эта политика компромисса вызвала яростное сопротивление антиварварской придворной партии в Равенне во главе с министром Олимпием. В августе 408 года Стилихон был обвинён в измене и казнён, а по городам Италии прокатилась волна погромов, в ходе которых римские солдаты перебили жён и детей служивших империи варварских федератов. До 30 тысяч разъярённых воинов-федератов немедленно перешли на сторону Алариха, превратив его армию в грозную силу, перед которой италийские дороги оказались практически открыты.
Ход событий и ключевые механизмы
Три осады Рима (408–410)
Гонорий, укрывшийся за равненскими болотами и поддержанный лишь небольшим восточноримским подкреплением (шестью легионами, прибывшими позднее), отказался удовлетворить умеренные требования Алариха о землях в Норике, ежегодной дани зерном и золотом и звании главнокомандующего. Вестготский король прибег к стратегии военно-экономической блокады древней столицы, насчитывавшей сотни тысяч жителей и критически зависевшей от подвоза продовольствия:
- Первая осада и выкуп (конец 408 г.): осенью 408 года Аларих обошёл Равенну и плотно обложил Рим, перекрыв судоходство по Тибру. Охваченный голодом и мором сенат пошёл на переговоры и в декабре выплатил гигантскую контрибуцию — 5000 фунтов золота, 30–35 тысяч фунтов серебра, 4000 шёлковых одежд, 3000 пурпурных шкур и 3000 фунтов перца, а также освободил находившихся в городе варварских рабов, пополнивших войско Алариха.
- Вторая осада и антиимператор Аттал (409 г.): поскольку Гонорий сорвал ратификацию мирного соглашения, в конце 409 года Аларих вновь подступил к Риму и захватил морской порт Остию (Порт) с государственными зерновыми складами. Под давлением голода сенат согласился низложить Гонория и провозгласил императором префекта города Приска Аттала, назначившего Алариха магистром армии. Убедившись в неспособности Аттала подчинить Африку, в июле 410 года Аларих публично лишил его пурпура близ Аримина, рассчитывая на последний компромисс с Равенной, однако внезапное нападение готского военачальника Саруса (соперника Алариха на римской службе) сорвало переговоры.
Взятие и разграбление города (24–27 августа 410 г.)
- Ночной вход через Саларские ворота: в третий раз осадив Рим, Аларих сосредоточил главные силы на севере города у Саларских ворот (Porta Salaria). В ночь на 24 августа 410 года ворота были открыты изнутри — вероятнее всего, вследствие измены или заговора голодающих горожан и бежавших к готам рабов (позднейшие легенды, зафиксированные Прокопием Кесарийским, приписывали это либо знатной римлянке Фальтонии Пробе, пожалевшей умирающий от голода город, либо хитрости с 300 готскими юношами-рабами).
- Разграбление и пожары: войдя в город, вестготы подожгли близлежащие кварталы, включая знаменитые Сады и дворцы Саллюстия на Пинчо, после чего в течение трёх суток методично грабили аристократические виллы Авентина и Целия, золотую и серебряную утварь, произведения искусства и драгоценности; беглые рабы нередко выдавали спрятанные сокровища своих бывших хозяев. В плен была захвачена сестра императора Галла Плацидия.
- Ограниченный характер насилия: в отличие от древних завоеваний, Аларих-христианин (исповедовавший арианство) приказал воинам щадить безоружных жителей, укрывавшихся в храмах, и объявил неприкосновенным убежищем великие базилики апостолов Петра и Павла, куда в торжественной процессии были даже возвращены обнаруженные золотые литургические сосуды.
- Уход из Рима и смерть Алариха: уже 27 августа 410 года, опустошив запасы и не желая оказаться в осаде, Аларих покинул Рим, двинулся через Кампанию на юг Италии с целью переправиться в Сицилию и житницу Италии — Северную Африку. Однако собранный в Регии флот был разбит бурей в Мессинском проливе, а сам Аларих вскоре заболел лихорадкой и скончался близ Козенцы в Калабрии, где по преданию был похоронен с сокровищами в отведённом русле реки Бусенто.
Источниковедческая база и свидетельства
События 408–410 годов восстанавливаются по мозаике латинских и греческих свидетельств современников, поскольку фундаментальный труд Аммиана Марцеллина обрывается на 378 годе. Наиболее точные светские подробности (размеры выкупа, интриги Олимпия, осады 408–409 гг. и возведение Аттала) сохранились в «Новой истории» язычника Зосима (книга V и обрывающаяся накануне штурма книга VI), опиравшегося на утраченную историю Олимпиодора Фиванского (отдельные фрагменты самого Олимпиодора о баснословных богатствах римской знати и разграблении переданы патриархом Фотием и Созоменом).
Саму ночь 24 августа 410 года и её морально-психологический эффект ярче всего отразили отцы западной и восточной церкви. Находившийся в Вифлееме Иероним Стридонский (письма 127 и 128, пролог к Толкованию на Иезекииля) с ужасом оплакивал гибель столицы мира и страдания знатных римских христианок (в частности, Марцеллы, замученной грабителями на Авентине). Павел Орозий в «Истории против язычников» (417) и Августин Блаженный в проповедях и трактате «О граде Божием» (кн. I–III) приводили свидетельства очевидцев о необычайном для варваров милосердии Алариха к базиликам Петра и Павла, стремясь доказать, что христианский Бог смягчил бедствие. Дополняют картину церковные истории Сократа Схоластика, Созомена и Филосторгия, краткие хроники Идация и Проспера Аквитанского, а также позднейшие сочинения Кассиодора–Иордана («Гетика», сохранившая легендарный рассказ о погребении Алариха в Бусенто) и Прокопия Кесарийского («Война с вандалами»).
Исторические итоги и долгосрочное значение
Хотя с военно-стратегической точки зрения к 410 году административной столицей Запада уже являлась Равенна, а материальный урон Рима оказался далеко не тотальным (большинство античных памятников, форумов и библиотек уцелело, и город быстро вновь заселился, хотя налоговая отдача Рима и окрестных провинций, по оценкам современников, на десятилетие упала в семь раз), политический и символический шок был колоссальным. Впервые за 800 лет (со времён разгрома Рима галлами Бренна в начале IV в. до н. э.) «Вечный город» (Roma Aeterna) пал перед завоевателем. В Константинополе император Феодосий II объявил трёхдневный траур, а по всей империи рухнула вера в незыблемость римского миропорядка.
Взятие Рима стало поворотным рубежом для становления раннесредневековой христианской историософии: языческие аристократы-беженцы в Африке и Италии обвинили христианство в том, что отказ от древних богов-покровителей навлек гибель на столицу. В ответ Августин Аврелий в 413–426 годах создал монументальный труд «О граде Божием» (De Civitate Dei), отделив судьбу вечного Града Божия от преходящего земного Рима и заложив основы средневековой христианской философии истории.
На политической карте Европы преемник Алариха король Атаульф (410–415) увёл вестготов из разоренной Италии в Южную Галлию (412), женился на пленённой Галле Плацидии (414), а при короле Валии в 418 году вестготы получили от Гонория в Аквитании земли по принципу hospitalitas, основав Тулузское королевство — первое долговечное варварское королевство внутри границ Римской империи, позднее сместившееся на Пиренейский полуостров.
Дискуссии и оценки в историографии
В историографии Нового и Новейшего времени оценки событий 410 года заметно эволюционировали. Классическая либерально-романтическая традиция XVIII–XIX веков (Э. Гиббон, Ф. Грегоровиус) видела во взятии Рима Аларихом драматический символ «позорного падения» выродившейся империи, причём Гиббон отмечал относительную умеренность готского грабежа, контрастировавшую с последующим более разрушительным набегом вандалов в 455 году или разграблением Рима войсками Карла V в 1527 году. Археология XX–XXI веков (исследования Рима и Остии Р. Краутхаймера, Н. Кристи, Б. Уорд-Перкинса) подтверждает, что масштабных пожаров в 410 году было немного (в основном район у Саларских ворот и Сады Саллюстия, а также базилика Эмилия), однако демографический отток, утрата сенатских состояний и падение благосостояния нанесли городской экономике долгосрочный удар.
Другой центральной темой современных споров стал характер самого вестготского войска и мотивы Алариха. Историки «венской школы» и их критики (Х. Вольфрам, П. Хизер, Р. Коллинз, М. Куликовский, Д. Бойн, в российской науке В. П. Буданова, А. Р. Корсунский, О. В. Ауров, Д. Клауде) показывают, что войско Алариха было не столько древним «чистым племенем», вышедшим из-за Дуная, сколько полиэтнической федератной армией в процессе этногенеза, состоявшей из тервингов, гревтунгов, бывших союзников Стилихона и беглых рабов. По мнению большинства современных специалистов (Хизер, Коллинз, Бойн), Аларих отнюдь не мечтал разрушить Римскую империю — напротив, все три осады 408–410 годов были отчаянной попыткой силового давления на Равенну с целью вырвать для своего народа законное место, землю и офицерский ранг внутри имперской системы, и лишь упрямство двора Гонория сделало штурм Рима неизбежным.
