Происхождение, среда и становление
Мохаммед Мосаддык родился 16 июня 1882 года в Тегеране в семье высшей каджарской бюрократии: отец Мирза Хидейятулла Хан Аштиани служил министром финансов в провинции Хорасан (после его смерти от холеры в 1892 году почётный титул «Мосаддык-ос-Салтане» перешёл к дяде, а затем к самому Мохаммеду), а мать, принцесса Малика Тадж-Ханум, была внучкой принца-реформатора Аббас-Мирзы и правнучкой Фетх Али-шаха (в 1901 году Мосаддык женился на Захре Ханум, внучке Насреддин-шаха). Несмотря на знатность, уже в 24 года он примкнул к Иранской конституционной революции 1905–1907 годов и был избран от Исфахана в первый меджлис, хотя не смог занять депутатское место из-за 30-летнего возрастного ценза. В 1909–1913 годах Мосаддык учился в парижском Институте политических исследований (Sciences Po) и Университете Невшателя в Швейцарии, став первым иранцем со степенью доктора права европейского университета.
Вернувшись в Тегеран в начале Первой мировой войны, он преподавал в Школе политических наук и строил политическую карьеру на защите конституционализма. Мосаддык выступил против кабального англо-иранского договора 1919 года (уехав в знак протеста в Швейцарию), в 1920–1923 годах занимал посты губернатора Фарса и Азербайджана, министра юстиции, министра финансов в правительстве Ахмада Кавама и министра иностранных дел, вновь избрался в меджлис. В декабре 1925 года он единственным выступил против упразднения династии Каджаров и воцарения Реза-хана Пехлеви как подрыва конституции 1906 года, после чего до 1941 года оставался в добровольной отставке.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
После отречения Реза-шаха под давлением Великобритании и СССР в 1941 году Мосаддык вернулся в парламент (1944) и в 1949 году вместе с Хосейном Фатеми, Каримом Санджаби и другими соратниками основал Национальный фронт Ирана (Джебхе Мелли). Стержнем его курса стал отказ от иностранных концессий и нейтралитет между великими державами. Главным объектом борьбы оказалась Англо-иранская нефтяная компания (AIOC, будущая BP), владевшая крупнейшим нефтеперерабатывающим заводом в Абадане, контрольный пакет которой принадлежал британскому правительству. 15 марта 1951 года меджлис принял закон о национализации нефтяной отрасли (с резервированием 25% чистой прибыли на законные компенсации компании), а 28 апреля избрал Мосаддыка премьер-министром (79 голосов против 12), вынудив шаха Мохаммеда Реза Пехлеви утвердить назначение.
Премьер отказал Лондону в участии в управлении промыслами и в октябре 1951 года лично отстаивал права Ирана в Совете Безопасности ООН, заявляя, что прежняя нефтяная концессия ничего не дала ни благосостоянию народа, ни индустриальному развитию страны. Внутри страны кабинет ввёл пособия по безработице и болезни рабочих, отменил принудительный крестьянский труд и принял в 1952 году закон о земельной реформе (20-процентный налог на доходы землевладельцев в пользу издольщиков и фондов развития деревень). Мосаддык урезал личный бюджет шаха, перевёл королевские земли государству, запретил монарху прямые контакты с иностранными дипломатами и выслал из страны принцессу Ашраф Пехлеви.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Ответ Британии на национализацию породил Абаданский кризис: Лондон вывез специалистов, блокировал продажу иранской нефти и нарастил добычу в Кувейте, Ираке и Саудовской Аравии. Добыча в Иране рухнула на 96% (с 664 тыс. баррелей в сутки в 1950 году до 27 тыс. в 1952 году), казна опустела, а в октябре 1952 года Мосаддык разорвал дипотношения с Великобританией. В июле 1952 года шах отказался передать премьеру пост военного министра; отставка Мосаддыка и назначение Ахмада Кавама вызвали пятидневные забастовки и кровопролитие (Си-е Тир), заставившие монарха вернуть Мосаддыка с чрезвычайными полномочиями на 6, а затем ещё на 12 месяцев.
Однако затяжная блокада и расширение полномочий премьера раскололи его коалицию: от него отошли спикер меджлиса аятолла Кашани (что подробно отражали телеграммы посла США Лоя Хендерсона в августе 1952 года), Хосейн Макки и Мозаффар Багаи. Остановка довыборов 1952 года и референдум августа 1953 года о роспуске меджлиса (с 99% «за» при раздельных урнах) усилили обвинения в авторитаризме. Опасаясь сползания Ирана к просоветской партии Туде, правительство Уинстона Черчилля убедило администрацию Дуайта Эйзенхауэра в США пойти на свержение Мосаддыка. В августе 1953 года резидент ЦРУ Кермит Рузвельт-младший и МИ-6 реализовали операцию «Аякс» (и британскую «Бут»): после провала первой попытки 16 августа и бегства шаха в Рим проплаченные толпы и танковые части генерала Фазлоллы Захеди с опорой на декреты шаха 19 августа штурмовали дом Мосаддыка. Премьер сдался, был осуждён за государственную измену на три года тюрьмы и затем до смерти 5 марта 1967 года находился под домашним арестом в Ахмадабаде.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Переворот 1953 года восстановил самодержавную власть шаха, заключившего в 1954 году Консорциумное соглашение с западными компаниями (AIOC, переименованная в British Petroleum, удержала 40% доли вместо прежней монополии), и привёл к разгрому Национального фронта и казни министра иностранных дел Хосейна Фатеми. Лишь в 2013 году правительство США официально признало свою роль в организации переворота.
В историографии (труды Эрванда Абрахамяна, Марка Гасиоровского, Стивена Кинзера) Мосаддык предстаёт пионером антиколониального ресурсного национализма и светского конституционализма. Его политика стала прообразом последующей борьбы развивающихся стран за контроль над сырьём. Вместе с тем историки отмечают жёсткость его переговорной позиции в Абаданском кризисе и ошибки во взаимоотношениях с парламентом и союзниками, ослабившие режим перед лицом внешнего вмешательства. Падение светской демократической альтернативы в 1953 году углубило антизападные настроения в Иране и, по мнению многих исследователей, стало одной из предпосылок Исламской революции 1979 года, после которой день 15 марта был признан в Иране национальным праздником.
