Происхождение, среда и становление
Уильям Рэндольф Херст родился 29 апреля 1863 года в Сан-Франциско в семье шотландско-ирландских протестантских корней (его прадед Джон Херст пересёк Атлантику из графства Монахан в Южную Каролину ещё в 1766 году). Отец Джордж Херст, разбогатевший на золотых и серебряных рудниках горный инженер, избирался сенатором США от Калифорнии (1887–1891); мать Фиби Эпперсон Херст прославилась как первая женщина-попечитель Калифорнийского университета в Беркли и крупный меценат библиотек и антропологии. После элитной школы Сент-Пол Уильям в 1885 году поступил в Гарвардский колледж, участвовал в юмористическом журнале Harvard Lampoon, но вскоре был исключён за шумные выходки и дерзкую сатиру против преподавателей. В 1885–1887 годах он освоил азы репортёрского ремесла в нью-йоркской газете Джозефа Пулитцера The New York World.
В 1887 году двадцатитрёхлетний Херст выпросил у отца убыточную газету San Francisco Examiner (доставшуюся сенатору за карточный долг в 1880 году), за год удвоил её тираж и запустил громкие расследования корпоративной коррупции. Ссора с отцом из-за нападок на влиятельные компании стоила сыну наследства, но после кончины Джорджа Херста в 1891 году капитал в $25 миллионов перешёл к матери, которая профинансировала честолюбивый бросок Уильяма на газетный рынок Нью-Йорка.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
В 1895 году Херст приобрёл переживавшую упадок New York Morning Journal («газету горничных» с тиражом 30 тысяч экземпляров), снизил цену до одного цента и втянул в изнурительную ценовую и тиражную войну своего бывшего наставника Пулитцера, вынудив World снизить цену вдвое. Он переманил трёх ведущих редакторов Пулитцера — Моррилла Годдарда, Соломона Карвальо и Артура Брисбена — а также художника Ричарда Аутколта, автора первого популярного цветного комикса о «Жёлтом малыше» (Yellow Kid), от которого и утвердилось понятие «жёлтая пресса» (yellow journalism). Под девизом «Пока другие говорят, Journal действует» газета печатала сенсационные расследования, натуралистические иллюстрации и авторские колонки, привлекая Стивена Крейна, Джулиана Готорна, Марка Твена, Амброза Бирса и создателя Krazy Kat Джорджа Херримана, а также открывая полосы для многоголосной политической полемики (прообраз современного раздела мнений op-ed).
К середине 1920-х годов холдинг Hearst Corporation включал до 28 ежедневных газет по всей стране (Chicago Examiner, Los Angeles Examiner, Boston American, таблоид New York Daily Mirror 1924 года), журналы Cosmopolitan, Good Housekeeping, Town and Country и Harper's Bazaar, агентства International News Service (1909) и Universal News, синдикат King Features, анимационную и киностудию Cosmopolitan Productions, радио WINS, а в 1948 году — одну из первых телестанций BWAL-TV в Балтиморе. На пике в середине 1930-х годов аудитория изданий Херста достигала 13–20 миллионов читателей ежедневно; в 1929 году он спонсировал первый кругосветный перелёт дирижабля LZ 127 Graf Zeppelin с корреспонденткой Грейс Хэй Драммонд-Хэй, а в калифорнийском Сан-Симеоне создал монументальное поместье Херст-касл.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
На рубеже XIX–XX веков Херст превратил газетный тираж в рычаг внешней и внутренней политики. С 1895 года Journal развернул кампанию за кубинских повстанцев (история Эвангелины Сиснерос, публикация похищенного письма испанского посла), а после взрыва броненосца «Мэн» в Гаване 15 февраля 1898 года ежедневный тираж превысил миллион (после выборов 1896 года, где газета одна из немногих на Востоке поддержала популиста У. Дж. Брайана, суммарный тираж выпусков достигал 1,5 млн). Хотя апокрифическую телеграмму художнику Фредерику Ремингтону («Вы обеспечьте иллюстрации, а войну я обеспечу») историки считают мифом, сам Херст высадился на Кубе с походной типографией и получил в дар от генерала Каликсто Гарсиа простреленный кубинский флаг. Избравшись дважды в Конгресс от демократов при поддержке Таммани-холла (1902, 1904) как представитель левого прогрессивизма, он затем проиграл выдвижение в президенты (1904), выборы мэра Нью-Йорка (1905, 1909) и губернатора штата (1906, Чарльзу Эвансу Хьюзу), а в 1922 году Альфред Смит заблокировал его кандидатуру в Сенат.
После 1918 года Херст перешёл на позиции жёсткого изоляционизма против Лиги Наций и антикоммунизма под шапкой «America First». В 1932 году он помог выдвижению Джона Гарнера вице-президентом при Франклине Рузвельте и снял фильм «Гавриил над Белым Домом» (1933), но к весне 1935 года яростно порвал с Новым курсом, объявив его неамериканским социализмом и запустив антисоветскую кампанию с материалами Гарета Джонса, Фреда Била и Томаса Уокера о голоде на Украине в пику Уолтеру Дюранти из New York Times. В 1934 году магнат посетил Берлин, взял интервью у Гитлера и публиковал статьи Геринга, Розенберга и самого фюрера; хотя после «Хрустальной ночи» в 1938 году его газеты осудили нацистские погромы, 23 июня 1941 года он назвал Гитлера «спасителем Европы» против СССР. Нарастающие долги Великой депрессии и отток читателей привели в 1937 году к судебной реорганизации империи — Херст стал наёмным редактором, распродав часть активов, а в 1941 году потерпел неудачу в попытке бойкотировать фильм Орсона Уэллса «Гражданин Кейн», воспроизводивший его судьбу и многолетний роман с актрисой Мэрион Дэвис (после разрыва с женой Миллисент Уилсон в середине 1920-х годов).
Наследие, влияние и оценки в историографии
Уильям Рэндольф Херст скончался 14 августа 1951 года, оставив оправившуюся после Второй мировой войны Hearst Corporation одним из крупнейших частных медиахолдингов. Он коренным образом изменил структуру печати, подняв престиж и гонорары журналистов, введя институты колумнистов, авторских синдикатов и визуальной подачи новостей.
В историографии оценки его роли резко расходятся. Писатели вроде Амброза Бирса и историки-ревизионисты (Кеннет Уайт в книге «Некоронованный король») ценят редакторскую смелость Херста и полагают, что «жёлтая пресса» стимулировала гражданский интерес рабочих масс через человеческие истории. Напротив, академический мейнстрим и новейшие количественные исследования медиавоздействия (показавшие, что рост тиража газет Херста на 10 процентных пунктов снижал поддержку Рузвельта на 2,1 процентных пункта) рассматривают его империю как архетип олигархической манипуляции общественным мнением.
