Граница на Селенгинском коридоре и миссия Саввы Рагузинского
Выбор места для Кяхты определялся географией евразийских путей: сибирские реки вели к Байкалу, а далее долина Селенги прорезала Селенгинское среднегорье, открывая естественный выход в степи Монголии и Северный Китай. Речка Кяхта (от бурятского «хяагта» — «пырейное место») лежала ровно на этом пограничном перевале в 234 километрах юго-западнее современного Улан-Удэ. В 1727 году миссия графа Саввы Лукича Рагузинского-Владиславича увенчалась подписанием Буринского и Кяхтинского договоров с империей Цин, закрепивших границу и пограничный торг.
В 1727 году на месте Барсуковского зимовья заложили деревянный Троицкосавский острог (по освящённой 18 декабря 1728 года церкви Святой Троицы с приделом Саввы Сербского). Под командой капитана Княжнина его рубили 350 солдат Якутского полка, 30 верхнеудинских казаков и работные люди Илимского и Кабанского острогов. В трёх верстах южнее (в 80 саженях от границы) в 1728 году возникла Кяхтинская торговая слобода, а в 1730 году на китайской стороне вырос город-фактория Маймачен (ныне Алтан-Булаг). В 1743 году Кяхта получила официальный статус торговой слободы, в 1774 году обзавелась ратушей, а в 1792 году сюда перенесли таможню из Иркутска.
Острог, торговая крепостца и «Песчаная Венеция» классицизма
Градостроительный облик поселения отражал двойственную военно-коммерческую функцию. Троицкосавск служил административным и гарнизонным тылом (с 1805 года — уездный город, после чего ветхую деревянную крепость в начале XIX века разобрали). Непосредственно у границы стояла Кяхта — четырёхугольная крепостца со сторонами по 100 саженей, угловыми башнями и двумя воротами, вмещавшая 32 купеческие избы, казармы, таможню и Гостиный двор на 24 лавки и 24 амбара. С 1735 года до границы действовала почтовая связь от Посольского монастыря, а указ 1796 года проложил сюда Кругоморский (Кяхтинский) тракт.
Огромные барыши чайных компаний в XIX веке превратили скромный пограничный форпост в богатейший купеческий центр Забайкалья, прозванный современниками «Песчаной Венецией» и «Забалуй-городком». Хотя деревянная застройка страдала от огня (пожар 22 мая 1868 года уничтожил большую часть Кяхты и городские архивы до 1801 года), центр украсили монументальные здания русского классицизма: Троицкий собор (1812–1817), каменная Воскресенская церковь (1838, на смену первому храму 1738–1750 годов), Гостиные ряды с чайной биржей (1842 — середина XIX века, ныне памятник федерального значения), а позже Успенская (1884–1888) и полковая Михайловская церкви.
Монополия чайного торга, упадок тракта и потрясения XX века
После прекращения казённых караванов в Пекин (1762) Кяхта — Маймачен вплоть до Тяньцзиньского (1858) и Пекинского (1860) трактатов оставалась единственным законным сухопутным рынком между Россией и Китаем, несмотря на шесть временных закрытий торга в XVIII веке. Из Китая ввозили шёлк, хлопчатобумажные ткани, фарфор, ревень, но свыше 90 % оборота составлял чай, известный в России как кяхтинский, а в Европе — как «русский». Из России шли пушнина, юфть, скот, плис и специально вырабатываемые сукна («мезирицкое» и «корновое»). До 1854–1855 годов расчёты золотом и серебром запрещались, и торг вёлся строгим меном через выборных купеческих «компаньонов» (с 1800 года), породив самобытный кяхтинский русско-китайский пиджин.
Исключительный статус закрепило учреждение Кяхтинского градоначальства (1851–1863) и передовых учебных заведений: Русско-Монгольской школы (1833), таможенного училища китайского языка (1835), Алексеевского реального училища (1876), а также газеты «Кяхтинский листок» (1862) и первой в Забайкалье метеостанции (1873). Однако доступ к внутреннему Китаю (1858–1860), морской подвоз чая через Суэцкий канал (1869) и прокладка КВЖД (1903) и Транссиба подорвали транзитную монополию: вывоз русских товаров упал с 7 млн рублей в 1850-х до 2,61 млн в 1894-м и 888 тыс. рублей в 1912 году, а город сосредоточился на торговле с Внешней Монголией.
В начале XX столетия Кяхта вновь вошла в большую политику: 25 мая 1915 года здесь подписали тройственное соглашение о статусе Внешней Монголии. В Гражданскую войну город пережил «Троицкосавский переворот» (март 1918), власть белочехов, расправу над узниками в «Красных казармах» (зима 1919–1920), ввод китайских войск и стал колыбелью монгольской революции: 1 марта 1921 года в Кяхте прошёл I съезд Монгольской народной партии во главе с Сухэ-Батором и Чойбалсаном, а 11–13 июня 1921 года под Троицкосавском была разбита бригада барона фон Унгерна. В 1934 году Троицкосавск и Кяхта были слиты в единый город Кяхта.
Востоковедческие экспедиции и историческое наследие
Утратив торговую монополию, Кяхта во второй половине XIX века стала стартовой базой великих русских экспедиций в Центральную Азию: отсюда начинали или здесь завершали маршруты Н. М. Пржевальский, Г. Н. и А. В. Потанины, П. К. Козлов и В. А. Обручев. Местное Троицкосавско-Кяхтинское отделение Императорского Русского географического общества (ИРГО) создало музей и издавало научные «Труды».
Сегодня Кяхта входит в перечень 41 исторического поселения России и сохраняет значение крупного международного пункта пропуска на границе с Монголией (МАПП «Кяхта»). Архитектура классицизма и собрания краеведческого музея им. В. А. Обручева, Музея российско-монгольской дружбы, дома-музея Сухэ-Батора и Музея К. К. Рокоссовского берегут память о столице Великого чайного пути.
