Дисковая революция Эмиля Берлинера и коммерческий взлёт
В 1887 году немецкий эмигрант в США Эмиль Берлинер, опираясь на теоретический проект «палеофона» Шарля Кро и опыты записи звука на закопчённой поверхности Скотта де Мартенвиля, отказался от цилиндров Эдисона в пользу плоского диска. 26 сентября 1887 года он подал заявку, а 8 ноября получил патент США № 372 786 на «граммофон». Первую пластинку Берлинер вытравил в кислоте на цинке сквозь восковой слой, с 1892 года выпускал 5-дюймовые эбонитовые диски, а с 1895 года перешёл на 7-дюймовые пластинки из твёрдого шеллачного композита. Плоский диск решил главную производственную проблему ранней фонографии: вместо дорогостоящего ручного перезаписывания валиков пластинки массово штамповали на прессах с одной гальванопластической матрицы, рассылая дубликаты матриц на фабрики по всему миру.
Массовый сбыт обеспечила механика: в 1896 году инженер Элдридж Ривз Джонсон сконструировал надёжный заводной пружинный привод с регулятором скорости и усовершенствовал звуковую мембрану, доведя чистоту звучания до уровня лучших восковых валиков. В 1901 году Берлинер и Джонсон основали могущественную Victor Talking Machine Company (в Британии и Европе действовала партнёрская Gramophone Company, безуспешно пытавшаяся отстоять в судах до 1910 г. монополию на само слово «граммофон»). В 1903–1904 годах Джонсон внедрил поворотный тонарм, снизивший износ канавки и позволивший крепить крупные акустические рупоры, а в 1907 году французская фирма братьев Патэ представила портативный чемоданчик со встроенным рупором — «патефон», чьё имя закрепилось в СССР за всеми переносными механическими проигрывателями.
Поперечная канавка, электрификация и винил LP (1948)
В отличие от глубинной (вертикальной) канавки фонографа Эдисона, резец Берлинера колебался в горизонтальной плоскости — поперёк спиральной дорожки постоянной глубины. Поперечная запись в десятки раз снизила нелинейные искажения и повысила громкость уже первых моделей примерно в 16 раз (+12 дБ), избавив слушателей от ушных трубок. Стандартом постепенно стала скорость 78 об/мин, а в 1925 году Берлинер, RCA и Western Electric выпустили первые серийные электрофоны и внедрили микрофонную электрозапись, убравшую гнусавый рупорный призвук и резко расширившую частотный диапазон.
Однако шеллак со сланцевой пылью и сажей оставался тяжёлым, ломким, шумным (требуя замены стальной иглы после каждой стороны) и вмещал всего 3–5 минут музыки на сторону, заставляя издавать симфонии в громоздких «альбомах» из 4–6 пластинок. С 1930-х годов поливинилхлорид (Vinylite) применялся для профессиональных радиотранскрипций, а в годы Второй мировой войны армия США заказывала миллионы небьющихся 78-оборотных виниловых дисков V-Disc для фронтовых посылок солдатам (уже в 1945 г. в США вышел первый бытовой виниловый комплект «Князь Игорь» фирмы Asch Records с советских матриц). Опираясь на этот опыт, 21 июня 1948 года инженеры Питер Голдмарк и Уильям Бахман (Columbia Records, прямая наследница Volta Graphophone) представили 12-дюймовый винил LP на 33⅓ об/мин с тонкой микроканавкой (microgroove) до 22–25 минут на сторону. После короткой «войны скоростей» с 7-дюймовыми синглами RCA Victor на 45 об/мин (1949) оба виниловых стандарта прочно поделили мировой рынок.
Звёздная индустрия, звуковое кино и альбомная культура
Штамповка пластинок превратила музыку в глобальный капиталистический товар: миллионные тиражи Энрико Карузо для Victor Red Seal (с 1902–1904 гг.) и Фёдора Шаляпина принесли академический вокал в гостиные среднего класса, а заводы грампластинок в США, Европе и Российской империи (Петербург, Москва, Рига) обслуживали спрос всех сословий на романсы, марши, эстраду, джаз и блюз. В 1927 году синхронизированная 16-дюймовая грампластинка на 33⅓ об/мин системы Vitaphone принесла живую речь в голливудское кино в фильме «Певец джаза» (Warner Bros.), прежде чем уступила место оптической фонограмме. В СССР 1930–1940-х годов патефон и пластинки Апрелевского завода (позднее — всесоюзной фирмы «Мелодия») стали главным каналом массовой песни, радиоспектаклей и фронтовых концертных записей. В послевоенном мире формат LP 1948 года породил концепцию музыкального альбома как цельного художественного цикла и культуру иллюстрированных обложек, переносные транзисторные проигрыватели вроде Philco TPA-1 (1955) для 45-ок ускорили молодёжную рок-культуру, а прямоприводной проигрыватель Technics SL-1200 Сюити Обаты (1969) дал старт клубному диджеингу и хип-хоп-культуре.
Вершина Hi-Fi, цифровое вытеснение и виниловый ренессанс
В 1957–1970-е годы единая кривая частотной коррекции RIAA, векторная стереозапись под 45° к стенкам канавки, уравновешенные тонармы с антискейтингом и тангенциальным слежением, а также электромагнитные головки звукоснимателей довели виниловый тракт до стандарта высокой верности звучания (Hi-Fi). Однако механическое трение иглы вызывало постепенный износ диска, а сами пластинки уступали в портативности и не допускали домашней перезаписи. В 1963 году первую серьёзную конкуренцию составила портативная компакт-кассета Philips, а к концу 1980-х годов оптический компакт-диск CD (1982, Sony и Philips) с бесконтактным лазерным считыванием, высоким динамическим диапазоном и отсутствием поверхностного шума почти полностью вытеснил винил из массовой розницы. И всё же с конца 2000-х годов в противовес нематериальному цифровому стримингу начался устойчивый «виниловый ренессанс»: тактильная 12-дюймовая пластинка превратилась в главный коллекционный носитель музыки, вновь обогнав CD по объёмам выручки на ряде западных рынков в начале 2020-х годов.
