Термин, этимология и художественные принципы
Барокко — центральная категория истории и теории культуры, обозначающая художественный стиль конца XVI — XVIII века и сопутствующий комплекс мировоззренческих установок. Происхождение слова остаётся спорным: чаще всего его возводят к португальскому pérola barroca («жемчужина неправильной формы») и к названию схоластического силлогизма baroco, переосмысленного в XVI веке (включая М. де Монтеня) как синоним надуманности; выдвигались также связи с корнями verruca, bis-roca и именем Ф. Бароччи.
Первоначально слово имело бранный оттенок: в «Словаре Французской академии» 1694 года оно относилось к неровным жемчужинам, а к 1762 году означало «странный, неровный». В 1734 году критика назвала оперу Ж.-Ф. Рамо «Ипполит и Арисия» du barocque, Ж.-Ж. Руссо (1768) и Катрмер де Кенси (1788) закрепили негативную оценку в музыке и архитектуре, а В. И. Даль (1880) определил «бароко» как всё странное, неправильное и насильственное в искусстве. Эстетику стиля формируют контрасты, динамизм, патетика, иллюзии trompe-l'œil и потолочные росписи-quadratura, синтез искусств и поэтика concetto — аллегорического «остроумия».
Эволюция стиля в Европе, России и Новом Свете
Колыбелью барокко стал Рим рубежа XVI–XVII веков: фасад церкви Иль-Джезу (1584), Санта-Сузанна Карло Мадерны (1603) и достройка собора Св. Петра (1606–1619). Зрелое римское барокко определили Лоренцо Бернини (балдахин, кафедра и колоннада площади Св. Петра, капелла Корнаро с «Экстазом святой Терезы», 1645–1652) и Франческо Борромини (Сан-Карло алле Куатро Фонтане, 1634–1646; иллюзия перспективы палаццо Спада), а также своды Дж. Б. Гаулли и Андреа Поццо в Сант-Иньяцио (1685–1695). В Венеции стиль развивал Бальдассаре Лонгена, в Турине — Гварино Гварини, на Сицилии — архитектура после землетрясения 1693 года.
В живописи кьяроскуро Караваджо породило европейский караваджизм (рядом с болонской школой Карраччи и Гвидо Рени), во Фландрии — полотна П. П. Рубенса и А. Ван Дейка, в Испании — творчество Д. Веласкеса и полихромную скульптуру Педро де Мены, в Голландии — Рембрандта, Ф. Хальса и Я. Вермеера при сдержанности архитектуры Я. ван Кампена. В Испании и Америке сложились чурригереско (братья Чурригера, Нарсисо Томе) и «ультрабарокко», в Португалии — «простой стиль» (Estilo Chão) и постройки Н. Назони, в Центральной Европе и Германии — ансамбли Дрездена, Праги и Баварии (лютеранская Фрауэнкирхе 1743 г., Динценхоферы, И. Б. Фишер фон Эрлах, Б. Нейман).
Во Франции XVII века возник классицизированный «большой стиль» Людовика XIV (Во-ле-Виконт, Версаль; Ф. Мансар, Л. Лево, А. Ленотр, Ш. Лебрен, Ж. Ардуэн-Мансар), в Речи Посполитой — сарматское и виленское барокко (Я. К. Глаубиц, Тильман ван Гамерен). В России «нарышкинский стиль» конца XVII века (Б. Р. Виппер и О. М. Иоаннисян относят к собственно барокко лишь церковь Знамения в Дубровицах, 1690–1703) сменился «петровским барокко» Д. Трезини (Петропавловский собор, Петергоф) и елизаветинским барочно-рокайльным синтезом Б. Ф. Растрелли и С. И. Чевакинского (Зимний и Екатерининский дворцы). В литературе звучали мотивы Vanitas, Memento Mori и Carpe Diem (П. Кальдерон, Г. Гриммельсгаузен, Дж. Марино, Л. де Гонгора, Дж. Донн, прециозный салон, Симеон Полоцкий, Феофан Прокопович; трактаты Б. Грасиана 1648 г. и Э. Тезауро 1655 г.), в музыке — К. Монтеверди, Ж.-Б. Люлли, Г. Пёрселл, А. Вивальди, Г. Ф. Гендель и И. С. Бах. В интерьерах и декоративно-прикладном искусстве барокко отвергало пустое пространство: роспись, позолота, мраморная облицовка, шпалеры, карманные часы с эмалью, броши из неправильного жемчуга и кубки-наутилусы создавали атмосферу демонстративной роскоши.
Исторический контекст и мировоззренческие основы
Барокко ответило на слом ренессансной картины мира: открытия Колумба, Васко да Гамы и Магеллана, гелиоцентризм Коперника и наука XVII века (Галилей, Кеплер, Левенгук, Ньютон, Линней) разрушили образ замкнутой, неподвижной Вселенной. Человек превратился из всемогущего центра мира у Пико делла Мирандолы в трагический «мыслящий тростник» Блеза Паскаля на грани бесконечности и небытия, что обострило разлад между видимостью и знанием.
Мощными импульсами стали Контрреформация — решения Тридентского собора (1545–1563), требовавшие от искусства эмоциональной силы воздействия (особенно у иезуитов), — а также лютеранская культура и абсолютизм. Дворы Европы превратили регулярные парки, фейерверки, маскарады, парики, жюстокоры и этикет в зрелищное «облагораживание» естества на началах разума (Р. Декарт, Б. Спиноза, Т. Гоббс, Г. В. Лейбниц).
Историография и споры о границах барокко
В XVIII–XIX веках барокко считали упадком вкуса (Д. Дидро, Я. Буркхардт 1855 г., и даже С. Рейнак в 1904–1905 гг., писавший о «суетливом иезуитском стиле»). Перелом произвёл Генрих Вёльфлин («Ренессанс и барокко», 1888; «Основные понятия истории искусств», 1915), описавший барокко как закономерную фазу искусства через пять пар категорий: линейность — живописность, плоскость — глубина, замкнутая — открытая форма, множественность — единство, ясность — неясность.
Позднее М. Дворжак выделил из раннего барокко маньеризм, Э. Панофский увидел в барокко продолжение классицизма, а Э. Гомбрих проследил эволюцию самого термина. Наряду с локализацией стиля в XVII–XVIII веках Х. Ортега-и-Гассет, А. Карпентьер и Р. Вентури (1966) трактовали «барочность» как вневременную константу человеческой культуры.
