Понятие послевоенных репараций и сущность Плана Дауэса
Репара́ции после Первой мировой войны — система финансовых и материальных возмещений ущерба, возложенных державами-победительницами на Германию по части VIII (статьям 231–247) Версальского мирного договора 1919 года. План Да́уэса (англ. Dawes Plan), подписанный в Лондоне 16 августа 1924 года и вступивший в силу 1 сентября 1924 года, установил новый порядок репарационных выплат Веймарской республики, соотнесённый с её экономическими возможностями и подкреплённый крупным международным займом.
Юридически платежи связывались со статьёй 231 договора об ответственности Германии и её союзников за развязывание войны. Чтобы вывести проблему из политического тупика, доклад комитета экспертов под председательством американца Чарльза Г. Дауэса провозгласил, что «предлагаемые гарантии носят экономический, а не политический характер», а устойчивость германской валюты должна предшествовать переводу средств кредиторам.
От Лондонского ультиматума 1921 года к Рурскому кризису 1923 года
Версальский договор предусматривал предварительный взнос в 20 млрд марок до апреля 1920 года, оставляя итоговый расчёт Межсоюзнической репарационной комиссии. В апреле 1921 года комиссия утвердила Лондонский график платежей в 132 млрд золотых марок (разделённых на три класса; фактически взыскиваемыми считались первые два на 50 млрд). После ультиматума союзников от 5 мая 1921 года с угрозой оккупации Рура рейхстаг 11 мая принял условия. Канцлер Йозеф Вирт избрал «политику выполнения» (Erfüllungspolitik), чтобы показать невыполнимость требований, но вызвал ненависть правых радикалов, приведшую к убийствам Маттиаса Эрцбергера (1921) и министра иностранных дел Вальтера Ратенау (1922).
После первого взноса летом 1921 года Германия сорвала поставки угля и древесины, и в январе 1923 года франко-бельгийские войска оккупировали Рурский регион для изъятия «продуктивных залогов». Ответное «пассивное сопротивление» Берлина, финансировавшееся печатным станком, вызвало разрушительную гиперинфляцию и ноябрьскую попытку путча 1923 года. Новый канцлер Густав Штреземан прекратил пассивное сопротивление, стабилизировал валюту и инициировал переговоры. В ноябре 1923 года США и Великобритания, зависимые от возврата союзниками военных долгов за счёт германских репараций, добились создания комитета из десяти экспертов от пяти держав (США, Британии, Франции, Бельгии, Италии) во главе с Ч. Дауэсом (при участии Оуэна Юнга), работавшего с января по апрель 1924 года; 29 августа план утвердил рейхстаг (решающие 48 голосов обеспечила часть депутатов НННП под давлением промышленников и аграриев).
Механизм Плана Дауэса, «золотые двадцатые» и финал в Лозанне
План Дауэса ввёл ступенчатый график: с 1 млрд золотых марок в первый год до 2,5 млрд с пятого (1928) с поправкой на «индекс процветания», без фиксации конечного срока и общей суммы. Платежи обеспечивались таможенными пошлинами, акцизами на алкоголь, табак и сахар, бюджетными взносами, закладной на промышленность в 5 млрд марок (в рамках 16-миллиардного облигационного пула) и доходами Имперских железных дорог. Железные дороги акционировали под надзором кредиторов, а Рейхсбанк сделали независимым от правительства (семь немцев и семь иностранцев в правлении).
Начальный стабилизационный заём в 800 млн золотых марок (около половины размещено на Уолл-стрит) позволил Германии в первый год выплатить самостоятельно лишь 200 млн марок. Комитет по трансфертам во главе с Сеймуром Паркером Гилбертом защищал курс рейхсмарки, возлагая валютные риски на получателей и отдавая приоритет коммерческим долгам. К 25 августа 1925 года оккупация Рура завершилась. За 1924–1929 годы в Германию пришло от 21 до 29 млрд марок зарубежных (в основном американских) кредитов: промышленное производство выросло на 50%, доля в мировой торговле превысила уровень 1913 года, наступили «золотые двадцатые», а сам Дауэс в 1925 году разделил Нобелевскую премию мира с Остином Чемберленом. Однако Германия не имела достаточного торгового профицита и платила репарации за счёт краткосрочных займов США. После замены плана в 1929 году Планом Юнга Великая депрессия вызвала отзыв кредитов и банковский крах 1931 года: в 1931 году президент Г. Гувер объявил годичный мораторий, а Лозаннская конференция 1932 года фактически обнулила репарационные долги.
Историография репарационного вопроса
Первичные документы урегулирования опубликованы в серии Госдепартамента США Foreign Relations of the United States (т. XIII Парижской мирной конференции), детально раскрывающей эволюцию статей 231–247 от Висбаденского соглашения до кризиса 1923 года. В советской историографии («Советская историческая энциклопедия», «Дипломатический словарь» 1948 г.) План Дауэса оценивался критически — как орудие англо-американского капитала для возрождения германской тяжёлой индустрии и оттеснения Франции.
В западной литературе А. Дж. П. Тейлор («Истоки Второй мировой войны») видел в урегулировании 1924 года хрупкую временную передышку, не снявшую противоречий Версаля. В фундаментальном исследовании Стивен Шукер (The End of French Predominance in Europe, 1976) показал, что кризис 1924 года и принятие Плана Дауэса стали точкой утраты Францией европейской гегемонии в пользу англо-американских финансовых кругов — вывод, разделяемый в работах Ф. Гилберта (1970) и Б. Дж. К. Маккерчера (1990).
