Предпосылки сражения и диспозиция под Москвой
После поражения при Клушине и свержения Василия Шуйского летом 1610 года Семибоярщина впустила польско-литовский гарнизон в Москву и признала царём королевича Владислава. Восстание москвичей в марте 1611 года и распад Первого народного ополчения после убийства Прокопия Ляпунова оставили у стен столицы лишь казачьи отряды князя Д. Т. Трубецкого. Осенью 1611 года в Нижнем Новгороде Кузьма Минин и князь Дмитрий Михайлович Пожарский сформировали Второе народное ополчение, которое весной 1612 года создало в Ярославле временное правительство — «Совет всей земли». Получив известия о походе к Москве деблокадной армии великого гетмана литовского Яна Кароля Ходкевича, ополчение в августе 1612 года опередило неприятеля, принесло взаимную присягу с казаками Трубецкого и заняло позиции у столицы.
Численность Второго ополчения не превышала 7–8 тысяч человек (около 4 тысяч казаков, 1 тысяча стрельцов, дворянские отряды, включая опытных смолян, дорогобужан и вязьмичей, а также слабо вооружённые посадские и крестьянские ополченцы) плюс 2,5 тысячи казаков Д. Т. Трубецкого. Им противостояли около 12 тысяч бойцов Я. К. Ходкевича (около 8 тысяч запорожцев, в том числе 4 тысячи атамана Ширая, 1,5 тысячи пехоты — полк Ф. Невяровского, венгерские гайдуки Граевского, отряд С. Корецкого и немецкие наёмники — а также конные хоругви А. Зборовского) и около 3 тысяч осаждённых в Кремле во главе с Николаем Струсем и Иосифом Будило. Оборона ополчения опиралась на вал и стены Белого города: левый фланг В. Туренина стоял у Чертольских ворот, правый (М. Дмитриев и Ф. Левашов) — у Петровских, Д. П. Лопата-Пожарский — у Тверских, а главные силы Пожарского, Минина и И. А. Хованского-Большого — в деревянном остроге у Арбатских ворот на пути со Смоленской дороги. Замоскворечье прикрывал лагерь Трубецкого.
Ход боёв 22–24 августа (1–3 сентября) 1612 года
Утром 22 августа (1 сентября) армия Ходкевича переправилась у Новодевичьего монастыря и устремилась к Арбатским и Чертольским воротам. Семь часов длился упорный конный бой, а когда гетман поддержал кавалерию пехотой и поколебал левый фланг русских, Пожарский приказал всей коннице спешиться и укрыться за укреплениями станов. Одновременные вылазки гарнизона Кремля от Чертольских, Водяных ворот и Алексеевской башни были отбиты с тяжелейшим уроном для осаждённых («такой урон, как никогда», по словам И. Будило). Несмотря на медлительность самого Трубецкого, пять приданных ему конных сотен и четыре казачьих атамана (около тысячи всадников) самовольно форсировали Москву-реку и ударили во фланг гетману, отбросив его на Поклонную гору.
В ночь на 23 августа (2 сентября) измена дворянина Григория Орлова позволила 600 гайдукам Невяровского прорваться в Кремль через Замоскворечье, что, впрочем, лишь ускорило продовольственный кризис осаждённых. Захватив Георгиевский острожек в Яндове и заняв Донской монастырь, Ходкевич перенёс главный удар на Замоскворечье. В ответ Пожарский сдвинул ставку к церкви Ильи Обыденного на Остоженке и сосредоточил основные силы за валом Земляного города и в Климентьевском остроге на Большой Ордынке, испещрив местность ямами от разрушенных дворов.
24 августа (3 сентября) Ходкевич атаковал широким фронтом: сам возглавил левое крыло, в центре шла венгерская пехота с полком Невяровского и казаками Зборовского, на правом фланге — 4 тысячи запорожцев Ширая. Пять часов конные сотни сдерживали натиск, но затем дрогнули и вплавь ушли за Москву-реку, несмотря на личные попытки Пожарского остановить отступление. Польская и венгерская пехота при поддержке кремлёвской вылазки выбила ополченцев с валов, захватила Климентьевский острог и ввела туда 400 возов с продовольствием.
Перелом наступил в полдень, когда келарь Троице-Сергиева монастыря Авраамий Палицын обещанием жалованья из монастырской казны поднял казаков Трубецкого в контратаку: Климентьевский острог был взят обратно с большими потерями для гетманской пехоты, а обоз захвачен. Последовала пауза: русская пехота «легоша по ямам и по кропивам», не пуская врага в город, пока Палицын колокольным звоном собирал бежавшую конницу на левом берегу. Вечером Кузьма Минин с эскадроном ротмистра Павла Хмелевского и тремя дворянскими сотнями переправился у Крымского двора и опрокинул стоявшую там литовскую роту во фланг табору гетмана. Одновременно пехота и спешенные конники «из ям и из кропив» навалились на обоз Ходкевича у церкви св. Екатерины. Армия гетмана была смята, бросила табор и 25 августа (4 сентября) ушла к Можайску.
Решающий тактический фактор и потери сторон
Победу Второго ополчения обеспечило умелое использование стеснённой городской местности Замоскворечья, земляных валов, острогов и противокавалерийских ям, парализовавших ударную польско-литовскую конницу. Потеряв значительную часть своей немногочисленной отборной пехоты (всего около 1,5 тыс. чел.) в борьбе за Климентьевский острог, Ходкевич утратил способность действовать внутри Земляного города, а согласованный фланговый удар конницы Минина и Хмелевского с массовым натиском пеших ополченцев завершил разгром.
Единой сводной ведомости потерь за три дня не сохранилось. В первый день 22 августа с поля было собрано, по данным «Нового летописца», свыше тысячи тел солдат Ходкевича (сопоставимые потери около тысячи человек понесла и русская сторона), а кремлёвский гарнизон испытал тяжелейший урон. 24 августа значительные потери понесли защитники Климентьевского острога и венгерско-польская пехота гетмана, а победителям достались 400 продовольственных возов, обоз, шатры, знамёна и литавры.
Исторические и политические последствия
Поражение под Москвой стало поворотным моментом Смутного времени. По признанию польского хрониста XVII века Кобержицкого, поляки понесли такую потерю, после которой «надежда завладеть целым Московским государством рушилась невозвратно». Попытка короля Сигизмунда III осенью 1612 года лично прийти на помощь Москве провалилась под Волоколамском.
Оставшись без продовольствия и надежды на деблокаду, гарнизон Московского Кремля капитулировал: 26 октября из крепости вышли русские бояре во главе с Ф. И. Мстиславским, а 27 октября сложили оружие войска Струся и Будило. Освобождение столицы открыло путь к созыву Земского собора 1613 года и избранию царём Михаила Фёдоровича Романова, восстановившему российскую государственность.
