Предпосылки операции и союзнические обязательства
К началу кампании 1916 года стратегическое планирование стран Антанты опиралось на решения конференции в Шантильи (ноябрь — декабрь 1915 года) о согласованном летнем наступлении союзников на всех европейских театрах. На совещании в Ставке 11 февраля 1916 года главный летний удар намечался усилиями левого фланга Северного и правого фланга Западного фронтов. Однако 21 февраля германская армия начала мощный штурм французской крепости Верден. Главнокомандующий французской армией Жозеф Жоффр, французский представитель при Ставке генерал П. По и посол Морис Палеолог (демонстрировавший Николаю II пропагандистский фильм о защитниках Вердена) обратились к российскому командованию с настоятельной просьбой немедленно провести отвлекающее наступление на Восточном фронте.
Хотя ещё в январе главнокомандующий Западным фронтом генерал от инфантерии А. Е. Эверт предупреждал, что удар желательно нанести до начала весны, пока озёра, реки и болота скованы льдом, решение приняли лишь на совещании в Ставке 24 февраля. Сжатые сроки подготовки обернулись острым дефицитом материального обеспечения: в корпусах 2-й армии не хватало 23 807 винтовок, а подвоз снарядов обеспечил лишь половину скудных суточных норм (200 выстрелов на 76,2-мм пушку, 100 на 122-мм и 50 на 107-мм и 152-мм орудия).
По плану операции главный удар на 60-километровом фронте у озёр Нарочь и Вишневское в направлении Свенцяны — Вилькомир наносила 2-я армия Западного фронта под командованием уроженца Витебска генерала А. Ф. Рагозы (сменившего заболевшего В. В. Смирнова). В её состав входили 10 армейских и 1 кавалерийский корпус (355 989 штыков, 16 943 сабли, 605 лёгких и 282 тяжёлых орудия, 12 аэропланов), разделённые на три группы: Северную генерала М. М. Плешкова (I, XXVII армейские, I Сибирский и VII кавалерийский корпуса), Центральную сковывающую генерала Л.-О. О. Сирелиуса (XXXIV армейский и IV Сибирский корпуса) и Южную генерала П. С. Балуева (V, XXXVI армейские, III Сибирский корпуса и Уральская казачья дивизия). Одновременно 5-я армия Северного фронта (генерал В. И. Ромейко-Гурко) наступала из района Якобштадта на Поневеж при содействии 12-й армии (В. Н. Горбатовский) на Бауск, а 1-я и 10-я армии Западного фронта проводили вспомогательные удары на Дукшты и Вильно (всего привлекалось до 17 корпусов и 600 тыс. человек). Им противостояла 10-я германская армия генерала Г. фон Эйхгорна (на участке 2-й армии — 73 775 штыков, 8200 сабель, 576 лёгких и 144 тяжёлых орудия), опиравшаяся на мощные, заблаговременно оборудованные укрепления.
Ход боевых действий в условиях весенней распутицы
К середине марта погода резко испортилась: оттепели с дождём и мокрым снегом сменялись ночными заморозками, превращая озёрный край в ледяную непроходимую топь. Главная ударная группировка 2-й армии перешла в наступление 5 (18) марта 1916 года после недостаточной артподготовки: плотность артиллерии была невысокой (7,5–13 орудий на километр фронта), воздушная разведка велась слабо, не хватало снарядов, а тяжёлые орудия увязли в грязи. Наступавшая густыми цепями пехота оказалась перед неразрушенными проволочными заграждениями под кинжальным перекрёстным огнём пулемётов и батарей, потеряв около 15 тыс. человек уже в первый день и ещё 5,6 тыс. 19 марта.
Северная группа Плешкова на отдельных участках вклинилась на 2–4 км, но разбилась о вторую тыловую позицию немцев (в эти дни совершили свои подвиги женщины-добровольцы — 17-летняя Евгения Воронцова из 3-го Сибирского полка, погибшая при прорыве проволоки, и награждённая Георгиевским крестом 4-й степени Екатерина Епачинцева, воевавшая в 26-м Сибирском полку под именем Бориса Борисова при штурме сопки «Фердинандов нос»). Главного тактического успеха добилась Южная группа генерала Балуева между озёрами Нарочь и Вишневское: с 21 по 24 марта русские полки прорвали две полосы обороны в районе Близника и Мокрицы на глубину до 9 км, захватив по газетным и фронтовым сводкам 20 офицеров, 1435 нижних чинов пленными, 18 пулемётов, 26 полевых и 10 ручных бомбомётов, 2 миномёта и 15-сантиметровую мортиру. Здесь же 8 (21) марта русские войска впервые применили химическую атаку (около 10 тыс. удушающих и ядовитых снарядов), но без заметного результата. Начатое 6 (19) марта наступление 5-й армии Северного фронта сорвалось из-за плохой организации и потери связи. Стянув резервы и сняв части с неатакованных участков, немцы контрударами оттеснили русские войска назад; 16–17 (29–30) марта Алексеев и Эверт приказали остановить операцию из-за истощения войск и полного весеннего половодья.
Причины неудачи и масштаб потерь
Нарочская операция вошла в историю как яркий пример неудачного лобового прорыва позиционного фронта методом «человеческой волны». Решающими факторами провала стали: несвоевременный выбор сроков в разгар распутицы, острый снарядный голод, слабая артиллерийская разведка и координация между фронтами при высокой инженерной прочности германской обороны. По наиболее точным подсчётам, потери русской стороны составили 1018 офицеров и 77 427 нижних чинов убитыми и ранеными (всего около 78 445 человек, включая 12 тыс. обмороженных и замёрзших; А. А. Керсновский называл цифру до 90 тыс., а Джон Киган — до 100 тыс.). Немецкие источники определяли собственные потери в 20 тыс. человек, однако отечественные военные историки (Н. Е. Подорожный и др.) оценивали реальный урон Германии в 30–40 тыс. человек.
Стратегические последствия и уроки для кампании 1916 года
В тактическом отношении мартовское наступление закончилось тяжёлым поражением, подорвало боевой дух войск и унесло больше жизней, чем всё Июньское наступление 1917 года. Однако на стратегическом уровне Нарочская операция выполнила свою коалиционную задачу: убедившись в сохранении боеспособности русской армии, германское командование на две недели прекратило атаки под Верденом, не рискнуло перебросить войска с Востока во Францию и усилило северный участок Восточного фронта четырьмя дивизиями из Галиции. Более того, немцы ожидали главного летнего удара именно на Западном фронте, что облегчило внезапность Брусиловского прорыва на Юго-Западном фронте, при планировании которого А. А. Брусилов напрямую учёл уроки Нарочи. В память об операции в 1917 году был сформирован 603-й пехотный Нарочский полк.
