Предпосылки и исторический контекст
Аддис-Абебский мирный договор стал дипломатическим итогом острого колониального кризиса на Африканском Роге в последней четверти XIX века. После открытия Суэцкого канала в 1869 году и начала «драки за Африку» Королевство Италия стремилось наверстать отставание от ведущих колониальных держав и закрепиться на побережье Красного моря. В 1882–1885 годах итальянцы установили контроль над портами Асэб и Массауа, а к 1 января 1890 года объединили захваченные прибрежные владения в колонию Эритрея. Продвижение Италии вглубь Эфиопского нагорья столкнулось с политикой негуса Шоа, а с 1889 года императора объединённой Эфиопии Менелика II, который стремился укрепить центральную власть и получить доступ к современному вооружению через порты Красного моря.
Непосредственным источником конфликта стал Уччальский договор «о дружбе и торговле», подписанный 2 мая 1889 года Менеликом II и итальянским графом Пьетро Антонелли. Двуязычный документ содержал принципиальное разночтение в статье 17: амхарский вариант предоставлял императору Эфиопии лишь право пользоваться услугами итальянской дипломатии в сношениях с европейскими державами, тогда как итальянский текст фиксировал обязанность Эфиопии вести все внешние дела исключительно через правительство в Риме. На основании итальянской редакции министр иностранных дел и премьер-министр Франческо Криспи в октябре 1889 года уведомил европейские столицы, согласно процедурам Берлинской конференции, об установлении итальянского протектората над Эфиопией.
Узнав о подмене смысла договора и столкнувшись с попытками итальянского экспедиционного корпуса расширить границы Эритреи за счёт северной эфиопской провинции Тигре (Тыграй), Менелик II в феврале 1893 года официально денонсировал Уччальский трактат. Обе стороны начали подготовку к вооружённому противостоянию. Используя противоречия между колониальными державами, Эфиопия закупала французское и российское стрелковое оружие и артиллерию, одновременно получая военно-дипломатическую и медицинскую поддержку из России и Франции. Когда в 1895 году итальянские части под командованием генерала Оресте Баратьери заняли ряд районов Тигре, началась Первая итало-эфиопская война.
Ход событий и ключевые механизмы
Военный разгром предопределил расстановку сил за столом переговоров. Мобилизовав свыше 80–100 тысяч воинов из различных провинций империи, Менелик II нанёс итальянским войскам поражения при Амба-Алаге (декабрь 1895 года) и Мэкэле (январь 1896 года), а 1 марта 1896 года в решающем сражении при Адуа полностью разгромил армию Баратьери. Итальянцы потеряли около шести тысяч человек убитыми и до трёх тысяч пленными; известие о катастрофе вызвало политический кризис в Риме и отставку правительства Криспи, которое сменил более осторожный кабинет маркиза Антонио Старабба ди Рудини.
Этапы дипломатического урегулирования
- Первоначальные секретные контакты (март 1896 года): Уже через несколько дней после битвы при Адуа, 11 марта 1896 года, майор Томмазо Сальса передал Менелику II предложение о прекращении огня и замене Уччальского договора новым трактатом о мире и дружбе. Однако Рим всё ещё пытался включить оговорку, запрещавшую Эфиопии принимать протекторат любой третьей державы. Восприняв эту формулу как завуалированное покушение на суверенитет страны, ради защиты которого он вёл войну, Менелик II в гневе потребовал вернуть проект соглашения и пригрозил задержать переговорщика в качестве заложника до аннулирования спорных условий.
- Смена позиции Рима и предварительное согласие (август 1896 года): Осознав невозможность новой масштабной военной кампании в условиях внутреннего антивоенного брожения и истощения казны, а также опасаясь уничтожения остатков гарнизонов в Эритрее, правительство Рудини 23 августа 1896 года дало согласие на безоговорочную отмену Уччальского договора и полное признание государственной независимости Эфиопии. После снятия главного принципиального барьера дипломатический диалог пошёл быстро.
- Миссия Чезаре Нераццини и подписание договора (октябрь 1896 года): Для выработки окончательного текста в эфиопскую столицу прибыл полномочный представитель Италии майор Чезаре Нераццини. Переговоры велись с позиции явного военного и морального превосходства Эфиопии, но при прагматичном стремлении Менелика II как можно скорее закрепить международно-правовую легитимность победы. 26 октября 1896 года стороны подписали в Аддис-Абебе мирный договор и сопровождавшую его конвенцию о военнопленных.
Основные положения Аддис-Абебских соглашений
- Аннулирование Уччальского трактата и суверенитет: Статья об отмене договора 1889 года сопровождалась прямым и недвусмысленным признанием Эфиопии со стороны Италии в качестве полностью независимого и суверенного государства.
- Территориальное разграничение и статус Эритреи: Между Эфиопией и итальянской Эритреей устанавливалась временная демаркационная линия по рекам Мэрэб — Бэлеса — Муна, причём Италия отказывалась от притязаний на остальные земли провинции Тигре. Согласно статье 5 договора, Италия обязывалась не уступать эритрейскую территорию никакой третьей державе, а в случае собственного ухода из Эритреи — передать её Эфиопии.
- Конвенция о пленных: Отдельный документ регулировал освобождение и репатриацию итальянских военнопленных, содержавшихся в Эфиопии в сравнительно мягких условиях. Чтобы не задевать национальное самолюбие Рима словом «контрибуция», компенсация в размере 10 миллионов итальянских лир (франков) была юридически оформлена как возмещение эфиопских расходов на содержание и пропитание пленных; эта сумма была выплачена Италией в 1897–1898 годах.
Источниковедческая база и свидетельства
Исследование Аддис-Абебского договора опирается прежде всего на тексты дипломатических актов 1889–1908 годов, опубликованные в фундаментальных сводах международного права и сборниках документов. Ключевые положения мирного трактата и конвенции о пленных представлены на амхарском, итальянском и французском языках в классическом собрании Эдуарда Херцлета The Map of Africa by Treaty (3-е издание, 1909), а в отечественной публикации переведены и систематизированы Ю. В. Ключниковым и А. В. Сабаниным в первом томе сборника «Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях» (1925).
Важный корпус свидетельств составляют итальянские парламентские «Зелёные книги» (Libri Verdi) и отчёты уполномоченных, прежде всего майора Чезаре Нераццини, раскрывающие эволюцию инструкций кабинета Рудини от попыток сохранить завуалированные ограничения эфиопской внешней политики к признанию поражения. С эфиопской стороны первостепенным источником служит придворная хроника Гебре Селласе «Тарике земен зедагмави Менелик» («История правления Менелика II»), а также дипломатическая переписка императора с европейскими дворами. Картину международной обстановки в Аддис-Абебе сразу после заключения мира дополняют донесения европейских и российских миссий, в том числе опубликованные в 1898 году дневники П. Н. Краснова («Казаки в Абиссинии») и отчёты русских врачей и офицеров, находившихся при эфиопском дворе в 1896–1898 годах.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Аддис-Абебский договор стал переломным событием в новейшей истории Африки: впервые на этапе завершения колониального раздела континента африканская держава одержала решительную военную победу над европейской армией и принудила метрополию к подписанию равноправного мирного договора. Эфиопия осталась единственным государством Тропической Африки, отстоявшим свой суверенитет перед лицом европейской экспансии (наряду с Либерией, находившейся под неформальной опекой США).
В результате признания независимости Эфиопии со стороны Италии крупнейшие колониальные державы, чьи владения граничили с эфиопской территорией, поспешили перевести отношения с двором Менелика II в официальное русло. В конце января 1897 года равноправный договор с Эфиопией подписала Франция (миссия Леонса Лагарда, закрепившая также транзит через порт Джибути), а 14 мая 1897 года — Великобритания (договор Реннелла Родда). В том же 1897 году в Аддис-Абебу прибыла первая постоянная российская дипломатическая миссия во главе с П. М. Власовым, установившая официальные отношения между Санкт-Петербургом и двором негуса. Победа при Адуа и Аддис-Абебский мир сделали Эфиопию символическим центром антиколониального сопротивления и панафриканизма («эфиопизма»).
Вместе с тем компромисс о границе по линии Мэрэб — Бэлеса — Муна, первоначально обозначенной как временная, закрепил фактическое существование итальянской Эритреи на Красном море. Линия границы была утверждена в качестве постоянной Итало-эфиопским договором от 10 июля 1900 года и уточнена в последующих соглашениях 1902 и 1908 годов. Долгосрочная стабильность оказалась хрупкой: уже в 1906 году Великобритания, Франция и Италия заключили трёхстороннее соглашение о разделе сфер экономического влияния в Эфиопии, а реваншистские настроения в Италии при фашистском режиме Бенито Муссолини в конечном счёте привели к новой итало-эфиопской агрессии 1935–1936 годов.
Дискуссии и оценки в историографии
Главный историографический спор вокруг Аддис-Абебского договора касается оценки территориальных уступок Менелика II на севере страны. Критики из среды эфиопской монархической традиции и историки региона Тыграй упрекали императора за то, что после триумфа при Адуа он не развил наступление к Красному морю и оставил за Италией земли за реками Мэрэб — Бэлеса — Муна (так называемый Мэрэб-Мэллаш), исторически входившие в орбиту Эфиопской империи и населённые родственным тигриньяязычным населением. По мнению ряда исследователей, это решение заложило мину замедленного действия под единство Северной Эфиопии и предопределило обособленную историческую судьбу Эритреи в XX веке.
Напротив, ведущие современные историки Эфиопии и зарубежные специалисты — среди них Харольд Маркус, Бахру Зевде и Раймонд Джонас — указывают на глубокий государственный реализм Менелика II. Эфиопская армия при Адуа представляла собой ополчение с ограниченными запасами продовольствия и боеприпасов, истощённое последствиями великого голода 1888–1892 годов; штурм укреплённых позиций в Эритрее грозил затяжной войной, вмешательством Великобритании или Германии и подрывом внутриимперской коалиции феодальных правителей. Отказ от рискованного похода к морю позволил императору обменять периферийную приморскую полосу на главное — юридическую отмену Уччальского договора, международное признание независимости Эфиопии и сохранение целостности основного ядра империи. В советской и российской африканистике (Г. В. Цыпкин, В. С. Ягья, М. В. Райт) особое внимание уделялось антиколониальному значению договора и роли российской дипломатии и военно-медицинской помощи, способствовавшей укреплению международного положения Эфиопии на рубеже XIX–XX веков.