Предпосылки и исторический контекст
Предпосылкой атомных бомбардировок стало соединение двух процессов — научно-технического прорыва в создании ядерного оружия и затяжной, предельно кровопролитной войны на Тихом океане. После открытия деления ядра в 1938 году и письма А. Эйнштейна и Л. Сциларда президенту Ф. Д. Рузвельту в 1939 году, а также британского отчёта комитета MAUD в 1941 году США при участии Великобритании и Канады развернули сверхсекретный Манхэттенский проект под руководством генерал-майора Лесли Гровса и научным руководством Роберта Оппенгеймера. При затратах свыше 2 млрд долларов и привлечении более 125 тыс. человек к лету 1945 года были созданы два типа атомных бомб: урановая пушечного типа «Малыш» (Little Boy) и плутониевая имплозивного типа «Толстяк» (Fat Man). В сентябре 1944 года в Гайд-парке Рузвельт и У. Черчилль согласовали возможность применения атомного оружия против Японии, что формально опиралось на Квебекское соглашение 1943 года о взаимном согласии.
К маю 1945 года, после капитуляции Германии, война на Тихом океане вступила в финальную стадию. Несмотря на крах японского торгового флота, голод и масштабные зажигательные бомбардировки 64 японских городов авиацией К. Лемея (включая налёт на Токио в ночь на 10 марта, унёсший около 100 тыс. жизней), императорское командование отвергало безоговорочную капитуляцию и готовило тотальную оборону метрополии («Операция Кэцуго») силами 2,3 млн солдат и 28 млн ополченцев. Тяжёлые потери союзников на Иводзиме и Окинаве (свыше 12 тыс. убитых американцев при 93—110 тыс. погибших японских военных и более 100 тыс. мирных жителей) порождали мрачные прогнозы относительно планируемого вторжения на Японские острова (операция «Даунфол»). В апреле — мае 1945 года Временный комитет при военном министре Г. Стимсоне и Комитет по выбору целей в Лос-Аламосе отобрали крупные городские промышленно-военные объекты, почти не тронутые обычными рейдами, — Хиросиму, Кокуру, Ниигату и Киото (которое Стимсон затем заменил Нагасаки из-за культурной значимости древней столицы). Предложение группы физиков во главе с Джеймсом Франком (июнь 1945 г.) ограничиться демонстрационным взрывом в безлюдном месте было отклонено из опасений технического отказа, срыва эффекта внезапности и нехватки готовых зарядов.
Ход событий и ключевые механизмы
Потсдам, отказ Японии от ультиматума и удар по Хиросиме (6 августа 1945 г.)
16 июля 1945 года на полигоне в Нью-Мексико прошло успешное испытание «Тринити» мощностью около 21 кт. 24 июля на Потсдамской конференции президент Г. Трумэн кратко сообщил И. В. Сталину о появлении у США нового оружия необычайной разрушительной силы (советская разведка, включая агента Теодора Холла, уже передала сведения о проекте в Москву). 25 июля был одобрен приказ о применении атомных бомб по Хиросиме, Кокуре, Ниигате или Нагасаки при первой благоприятной погоде после 3 августа, а 26 июля США, Великобритания и Китай обнародовали Потсдамскую декларацию с требованием безоговорочной капитуляции Японии. 28 июля премьер-министр Кантаро Судзуки публично отверг ультиматум, всё ещё рассчитывая на посредничество СССР или на изматывание союзников.
- Бомбардировка Хиросимы: рано утром 6 августа 1945 года с острова Тиниан (куда крейсер «Индианаполис» доставил заряд «Малыш») вылетел модифицированный B-29 «Enola Gay» полковника Пола Тиббетса в сопровождении самолётов наблюдения и разведки. Из-за малого числа машин японская ПВО после 08:00 отменила воздушную тревогу, сочтя полёт разведывательным. Около 08:15 по местному времени бомба мощностью 13—18 кт взорвалась на высоте около 576—600 м над центром Хиросимы (штаб Второй Основной армии и важный порт снабжения с населением около 245 тыс. человек).
- Физические и медицинские эффекты: мгновенная вспышка и ударная волна уничтожили до 90 % находившихся в радиусе 800 м от эпицентра, выбив стёкла в радиусе 19 км; возникший огненный шторм охватил свыше 11 км² преимущественно деревянной застройки. Спустя несколько дней среди выживших начались массовые смерти от острой лучевой болезни (первым официально признанным случаем гибели от радиационного поражения стала актриса Мидори Нака 24 августа 1945 г.). В уцелевших железобетонных остовах выстояло здание Промышленной палаты («Купол Гэмбаку»).
- Осознание масштаба катастрофы: после разрыва связи в 08:16 Токио три часа получал лишь сбивчивые донесения, пока воздушная разведка и заявление Трумэна (спустя 16 часов) не подтвердили применение ядерного оружия; окончательную проверку по замерам радиации и засвеченным плёнкам провела направленная в город комиссия японского физика Ёсио Нисины.
Второй удар: Нагасаки (9 августа 1945 г.) и планы последующих атак
- Полёт «Bockscar» и смена цели: первоначально удар намечался на 11 августа, но был перенесён на 9 августа из-за прогноза непогоды. Из-за неисправности топливного насоса на B-29 «Bockscar» майора Чарльза Суини, 40-минутного ожидания самолёта сопровождения и 70-процентной облачности над основной целью Кокурой экипаж после трёх заходов направился к запасной цели — крупному порту и судостроительному центру Нагасаки.
- Взрыв и разрушения: в 11:02 по местному времени, с заходом по радару сквозь разрывы облаков, плутониевая бомба «Толстяк» (ок. 21 кт) была сброшена на высоте около 500 м над промышленной долиной Ураками между заводами «Мицубиси». Горный рельеф Нагасаки частично экранировал жилые и деловые кварталы от прямого действия волны, но из 52 тыс. зданий 14 тыс. были полностью разрушены, а 5,4 тыс. серьёзно повреждены; мгновенно и в первые месяцы погибли десятки тысяч горожан.
- Планы продолжения атак: 10 августа руководитель Манхэттенского проекта Л. Гровс доложил Дж. Маршаллу о готовности следующей бомбы после 17—18 августа, однако Маршалл запретил её применение без прямой санкции президента, а в Пентагоне обсуждали, копить ли заряды для поддержки осенней высадки.
Источниковедческая база и свидетельства
Документальную основу изучения бомбардировок составляют прежде всего рассекреченные американские правительственные, дипломатические и военные архивы. В серии публикаций Госдепартамента США (FRUS — материалы Берлинской конференции 1945 года, том I, документ № 619) сохранился сверхсекретный протокол заседания Объединённого политического комитета от 4 июля 1945 года, где фельдмаршал Г. М. Уилсон официально зафиксировал согласие Великобритании на применение атомного оружия против Японии, а министр Г. Стимсон сформулировал рекомендации Трумэну о том, в какой мере информировать Сталина в Потсдаме во имя сохранения союзнического доверия и будущего международного контроля над ядерной энергией. К этому же корпусу относятся протоколы Временного комитета, «доклад Франка» от 11 июня 1945 года, боевые приказы Маршалла и Хэнди, а также отчёты американского Стратегического обзора бомбардировок.
С японской стороны важнейшими источниками служат протоколы заседаний Высшего военного совета, радиообращение императора Хирохито от 14—15 августа 1945 года (где прямо упоминалось «новое ужасное оружие», грозящее гибелью нации и цивилизации) и показательный для источниковедческого сравнения «Рескрипт солдатам и морякам» от 17 августа, в котором акцент сделан уже на вступлении СССР в войну в Маньчжурии. Незаменимый пласт представляют свидетельства выживших («хибакуся») — в частности, воспоминания Акико Такакуры о «трёх цветах» взрыва в Хиросиме и Сумитэру Танигути о разрушении Нагасаки, — а также данные американской Комиссии по изучению последствий атомных взрывов (создана в ноябре 1946 г., с 1975 г. — Фонд исследований радиационных эффектов) и материалы советской разведывательно-научной группы, обследовавшей оба города в сентябре 1945 года.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Непосредственным военно-политическим следствием событий 6—9 августа 1945 года — в совокупности с объявлением Советским Союзом войны Японии и началом Маньчжурской стратегической операции 9 августа — стал паралич японской военной партии. На ночном заседании Высшего военного совета с 9 на 10 августа при равенстве голосов (3 против 3) вмешательство императора Хирохито склонило чашу весов к принятию Потсдамской декларации при единственном условии сохранения императорского института. 15 августа Япония объявила о капитуляции, а 2 сентября на борту линкора «Миссури» был подписан Акт о безоговорочной капитуляции, завершивший Вторую мировую войну.
Гуманитарная цена двух ударов оказалась беспрецедентной: к концу 1945 года погибло от 90 до 166 тыс. человек в Хиросиме и от 60 до 80 тыс. в Нагасаки; с учётом отложенных смертей от онкологических заболеваний и лучевой болезни пятилетние оценки достигали свыше 200 тыс. и 140 тыс. погибших соответственно (среди жертв были не только японцы, но и принудительно мобилизованные корейские и китайские рабочие, а также союзные военнопленные). Вследствие неосведомлённости в 1945 году о природе радиоактивного заражения эвакуация населения не проводилась, что усугубило долгосрочное число жертв среди «хибакуся». В глобальной перспективе Хиросима и Нагасаки открыли ядерный век, подстегнули советский атомный проект и гонку вооружений, а с другой стороны — сформировали «ядерное табу» и мощное международное антиядерное движение (организация выживших «Нихон Хиданкё» в 2024 году была удостоена Нобелевской премии мира).
Дискуссии и оценки в историографии
Вот уже более восьми десятилетий историография ведёт острую полемику по двум взаимосвязанным вопросам: о решающей причине капитуляции Японии и об этической и военной оправданности применения атомной бомбы. Сторонники традиционной («ортодоксальной») позиции, опираясь на мемуары Г. Трумэна и Г. Стимсона и исследования вроде монографии Р. Франка «Downfall» (1999), доказывают, что именно шок от двух ядерных взрывов сломил решимость японских милитаристов и предотвратил операцию «Даунфол», которая стоила бы сотен тысяч жизней американских солдат и миллионов японцев, а также ускорила освобождение народов Азии.
Противоположное («ревизионистское») направление и значительная часть российской и международной историографии (включая исследования Ц. Хасэгавы «Racing the Enemy», 2006) утверждают, что к августу 1945 года Япония уже была фактически задушена морской блокадой и обычными бомбардировками, а решающим политико-военным фактором, похоронившим последнюю надежду Токио на посреднический мир, стало вступление СССР в войну 9 августа и разгром Квантунской армии. Кроме того, критики указывают, что бомбардировки имели целью прежде всего «атомную дипломатию» — демонстрацию военной монополии США Советскому Союзу накануне холодной войны, — и квалифицируют удары по мирным городам как морально недопустимые, несмотря на отсутствие в международном праве 1945 года прямого запрета на ядерное оружие.
