Определение понятия и исторические прецеденты
Гонка вооружений — длительное военно-политическое и технологическое противостояние двух или нескольких держав (а в XX в. — целых военных блоков) за качественное и количественное превосходство в области вооружённых сил либо достижение стратегического паритета. В отличие от разового оборонного проекта, гонка вооружений представляет собой спиралевидный, открытый во времени процесс: усиление арсеналов одной стороны воспринимается противником как прямая угроза («дилемма безопасности»), порождая ответный виток перевооружения и взаимной эскалации.
Феномен сложился ещё до ядерной эпохи: крупнейшим прецедентом стала морская «дредноутная гонка» 1897–1914 гг. между Великобританией и Германской империей (в разных масштабах в ней участвовали Россия, Франция, США, Япония, Австро-Венгрия, Османская империя, Италия, а также Бразилия, Аргентина и Чили), завершившаяся Первой мировой войной и временно ограниченная Вашингтонским морским договором 1922 г. Однако беспрецедентный глобальный масштаб это явление приобрело в 1945–1991 гг. в виде ракетно-ядерной гонки СССР и США.
Ракетно-ядерная гонка 1945–1991 годов
Советско-американское военное соперничество периода холодной войны прошло четыре этапа:
- Преодоление атомной монополии (1945–1953 гг.) — после атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки США обладали ядерной монополией до первого советского испытания 29 августа 1949 г. (а в 1953 г. СССР испытал термоядерный заряд). Одновременно США перевели стратегическую авиацию на реактивную тягу (B-47, B-52).
- Ракетно-космический рывок (1950-е — начало 1960-х гг.) — испытание в СССР первой МБР Р-7 и запуск первого спутника (1957 г.; в США ракета «Атлас» испытана в 1958 г.) открыли сопряжённую космическую гонку. Опасения «бомбардировочного» и «ракетного отставания» (bomber gap, missile gap) ускорили накопление зарядов, привели к испытаниям «Царь-бомбы» (1961 г.) и Карибскому кризису (1962 г.).
- Стратегический паритет и контроль (конец 1960-х — 1970-е гг.) — создание ядерных триад, разделяющихся головных частей и советских тяжёлых ракет Р-36 сформировало ситуацию взаимного гарантированного уничтожения (образно описанную астрономом Карлом Саганом как положение двух людей по колено в бензине — одного с тремя спичками, другого с пятью). Осознание невозможности победы сделало возможными договоры ОСВ-1 и по ПРО (1972 г.).
- Кризис евроракет, СОИ и завершение (конец 1970-х — 1991 г.) — развёртывание советских ракет средней дальности РСД-10 «Пионер» (с 1976 г.), «двойное решение» НАТО (1979 г.) с размещением «Першинг-2» и «Томагавков», начало выпуска нейтронного оружия и провозглашение США Стратегической оборонной инициативы (СОИ, март 1983 г.) вызвали новый виток эскалации. Перелом наступил в годы перестройки: принятие доктрины «разумной достаточности», подписание Договора о ликвидации РСМД (8 декабря 1987 г.), одностороннее сокращение советской армии и распад СССР в 1991 г. завершили биполярную гонку.
Экономические и технологические последствия
Концентрация ресурсов и лучших научных кадров в оборонных отраслях стала мощным катализатором прогресса в вычислительной технике, электронике, ядерной энергетике, материаловедении и космонавтике. Одновременно страх ядерной катастрофы порождал политические инициативы за разоружение, среди которых ранняя Декларация Верховного Совета СССР от 9 февраля 1955 г. с призывом прекратить гонку вооружений и запретить атомное оружие под международным контролем.
Обратной стороной соперничества стали гипертрофия военно-промышленного комплекса (ВПК) и хроническое истощение гражданского сектора экономики. В заявлении об отставке 25 декабря 1991 г. президент СССР М. С. Горбачёв подчёркивал, что общество оказалось вынуждено «нести страшное бремя гонки вооружений», и называл остановку «безумной милитаризации» одним из главных итогов реформ. В XXI в., после временного спада 1990-х гг., мировые военные расходы с 2004 г. вновь превысили 1 трлн долл., а конкуренция держав распространилась на гиперзвуковые системы и военный искусственный интеллект (LAWS), что в политологии сопоставляют с новой технологической гонкой.
Историография и теоретические модели
В исследованиях международных отношений (С. Хантингтон, Т. Смит, М. Интрилигейтор и Д. Брито, Дж. Даунс, обобщающий труд под ред. Т. Манкена, Дж. Майоло и Д. Стивенсона 2016 г.) спорят о том, повышают ли гонки вооружений риск войны. В 1945–1991 гг. ядерное сдерживание удержало сверхдержавы от прямого столкновения, однако соперничество выливалось в локальные «прокси-войны» в Азии, Африке и на Ближнем Востоке.
Политолог Ч. Глейзер отмечал, что в большинстве случаев гонка вооружений субоптимальна (расточает ресурсы, портит отношения и повышает угрозу конфликта), кроме редких сдвигов в балансе наступления и обороны. Историки дискутируют и о роли военной нагрузки в распаде СССР — от тезиса о целенаправленном «доизматывании» (Ю. Брун) до акцента на системной неэффективности плановой экономики и падении цен на нефть в 1980-е годы.
