Предпосылки и исторический контекст
Парагвайская война (в Аргентине и Уругвае — Война Тройственного альянса, в самом Парагвае — Guerra Grande, в старой русской военной литературе — Парагвайская речная война) стала кульминацией геополитической нестабильности в бассейне реки Ла-Плата, возникшей после распада испанского вице-королевства Рио-де-ла-Плата в начале XIX века. Границы между молодыми латиноамериканскими республиками и Бразильской империей не были чётко делимитированы ещё со времён колониальных споров Испании и Португалии (от Тордесильясского договора 1494 г. до договоров 1750 и 1777 гг.). Между Рио-де-Жанейро и Буэнос-Айресом не прекращалось соперничество за контроль над речными путями Параны, Парагвая и Уругвая, уже приводившее к войне 1825–1828 годов, в результате которой возник буферный Уругвай.
Довоенный Парагвай при диктатуре Хосе Гаспара Родригеса де Франсии и президентстве Карлоса Антонио Лопеса (1844–1862) развивался по уникальной государственно-автаркической модели. Около 98% земель принадлежало государству (включая 64 «поместья Родины»), действовал строгий протекционизм, отсутствовал внешний государственный долг, а приглашённые европейские специалисты строили телеграф, железную дорогу, верфи в Асунсьоне и литейный завод в Ибикуи. Ставший президентом в 1862 году Франсиско Солано Лопес усилил армию и речные укрепления, но экономика континентального Парагвая критически зависела от свободного судоходства к Атлантике через Парану и Ла-Плату. Для Бразилии же река Парагвай служила единственной транспортной артерией к глубинной провинции Мату-Гросу, где в начале 1860-х годов бразильцы построили форт Дорадус на спорной территории.
Непосредственным детонатором выступил кризис в Уругвае. В апреле 1863 года лидер партии Колорадо Венансио Флорес при скрытой поддержке аргентинского президента Бартоломе Митре поднял восстание («Освободительный крестовый поход») против уругвайского правительства партии Бланко, союзной Парагваю. В апреле 1864 года Бразилия направила в Уругвай миссию Жозе Антониу Сараивы с финансовыми претензиями и отвергла посредничество Асунсьона. Несмотря на ноту Парагвая от 30 августа 1864 года, предупреждавшую, что оккупация Уругвая нарушит равновесие в бассейне Ла-Платы, 12 октября бразильская армия вторглась в Уругвай и привела к власти Флореса. В ответ 12 ноября парагвайский пароход «Такуари» захватил бразильское судно «Маркиз Олинда» с губернатором Мату-Гросу, а 13 декабря 1864 года Парагвай объявил войну Бразилии. Отказ Аргентины пропустить парагвайские войска через провинцию Коррьентес привёл к объявлению Парагваем войны Аргентине в марте 1865 года и заключению в Буэнос-Айресе 1 мая 1865 года секретного Договора о Тройственном альянсе между Бразилией, Аргентиной и Уругваем под верховным командованием Б. Митре.
Ход событий и ключевые механизмы
Главной географической особенностью театра военных действий стало бездорожье, из-за которого переброска армий и снабжение почти полностью зависели от контроля над реками Парагвай и Парана. Парагвай вступил в войну с крупной отмобилизованной армией (до 38–60 тыс. обученных солдат при 400 орудиях, хотя значительная часть пехоты была оснащена устаревшими гладкоствольными мушкетами), тогда как у союзников регулярные сухопутные силы первоначально уступали по численности, однако Бразилия располагала мощным морским и речным флотом и ресурсной базой империи.
Этапы вооружённой борьбы (1864–1870)
- Наступление Парагвая и перелом на реках (декабрь 1864 — сентябрь 1865 г.): парагвайские колонны вторглись в Мату-Гросу (заняв форт Нова-Коимбра и Корумбу), в апреле 1865 года захватили аргентинский город Коррьентес и вышли к реке Уругвай, заняв Сан-Боржа и Уругваяну. Однако расчёт Лопеса на поддержку аргентинского федералиста Уркисы не оправдался. 11 июня 1865 года в речном сражении при Риачуэло бразильская эскадра адмирала Баррозо уничтожила парагвайский флот, закрепив стратегическое господство на реках. 17 августа корпус П. Дуарте был разбит при Жатаи, а 18 сентября окружённая в Уругваяне парагвайская группировка капитулировала.
- Вторжение союзников и позиционный тупик у Умайты (1866 — начало 1868 г.): в апреле 1866 года 50-тысячная армия альянса форсировала Парану и заняла Пасо-де-ла-Патрия. 24 мая 1866 года в первом сражении при Туйюти — крупнейшей битве в истории Южной Америки — попытка Лопеса отбросить союзников завершилась тяжёлыми потерями (до 12 тыс. парагвайцев и около 6 тыс. союзников). Сорвались и мирные переговоры Митре и Лопеса в Ятайти-Кора (12 сентября 1866 г.), поскольку 6-я статья договора альянса запрещала мир без отстранения парагвайского президента. 22 сентября 1866 года штурм укреплённой батареи Курупайти (под командованием Х. Э. Диаса) обернулся разгромом союзников (около 5–8 тыс. потерь) и приостановкой наступления на 10 месяцев, усугублённой антивоенными мятежами в Аргентине и эпидемией холеры.
- Реформы Кашиаса, падение Умайты и «декабрьская кампания» (1867–1868 гг.): назначенный командующим бразильскими силами маршал Луис Алвис ди Лима и Силва (маркиз, позднее герцог Кашиас) реорганизовал тыл, санитарную службу и применил обходной манёвр. 19 февраля 1868 года бразильские броненосцы прорвались мимо речных батарей и изолировали главную крепость Умайту, павшую 25 июля 1868 года. На линии Пикиссири Кашиас провёл фланговый манёвр через болота Чако и в серии декабрьских битв (Итороро, Аваи, Ломас-Валентинас и Ангостура) уничтожил остатки регулярной парагвайской армии. 1 января 1869 года союзники заняли Асунсьон и создали временное правительство.
- Партизанская «Кордильерская кампания» (1869 — март 1870 г.): отклонив ультиматум о капитуляции, Лопес вёл отчаянную войну в горах на северо-востоке против 21-тысячной армии бразильского зятя императора, графа д’Э. При истощении мужского населения в армию мобилизовали стариков, женщин и детей: 16 августа 1869 года при Акоста-Нью из 6 тыс. парагвайских бойцов 3,5 тыс. составляли дети и подростки 9–15 лет. 1 марта 1870 года бразильский кавалерийский отряд настиг и убил Лопеса на реке Акидабан у Серро-Кора.
Источниковедческая база и свидетельства
Источниковая база конфликта включает богатый дипломатический и военный корпус государств-участников. Среди официальных актов первостепенное значение имеют ноты парагвайского МИДа и уругвайской миссии Сараивы 1864 года, секретный текст Договора о Тройственном альянсе от 1 мая 1865 года (опубликованный в Лондоне и Буэнос-Айресе и вызвавший международный резонанс), протоколы переговоров 1872 и 1876 годов, а также арбитражное решение президента США Ратерфорда Хейса 1878 года. Военно-оперативные аспекты отражены в донесениях Б. Митре, маркиза Кашиаса, графа д’Э, отчётах бразильского адмиралтейства и воспоминаниях иностранных инженеров и врачей на службе Парагвая (в частности, британского инженера Джорджа Томпсона, автора одного из самых ценных мемуарных описаний крепости Умайта).
В российской дореволюционной военно-научной традиции конфликт рано привлек внимание специалистов по морской и речной тактике: подробный очерк был включён в XVII том «Военной энциклопедии» И. Д. Сытина (1914) под названием «Парагвайская речная война», а действия броненосных мониторов и береговых укреплений разбирались в трудах по применению морской артиллерии. Особую проблему для источниковедения составляет демографическая статистика: перепись 1871 года зафиксировала около 221 тыс. выживших жителей (из них лишь около 28 тыс. взрослых мужчин), тогда как численность довоенного населения Парагвая (от 450–525 тыс. до 1,3 млн человек по разным ведомостям) остаётся предметом критической верификации.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Поражение обернулось для Парагвая национальной катастрофой беспрецедентного для Нового времени масштаба. По наиболее взвешенным современным демографическим расчётам страна потеряла от 60% до 70% своего населения (до 300 тыс. и более человек от болезней, голода и боевых действий, а по традиционным оценкам — ещё выше), причём гибель подавляющей части мужского населения привела к резкому гендерному перекосу и неформальной или временной легализации многожёнства для восстановления населения. Промышленный потенциал, верфи и плантации были разрушены, а оккупация союзными войсками продолжалась до 1876 года. По сепаратным мирным договорам с Бразилией (9 января 1872 г.) и Аргентиной (3 февраля 1876 г.) Парагвай утратил около 140 тыс. км² — почти половину предвоенной территории (хотя Рио-де-Жанейро заблокировал аргентинское предложение о полном разделе страны, сохранив Парагвай как буфер, а часть региона Гран-Чако была закреплена за Парагваем арбитражем США в 1878 г.). Парагвай впервые вступил в систему внешних займов (лондонский заём в 1 млн фунтов стерлингов) и открыл рынок иностранному капиталу.
Для победителей война имела глубокие структурные последствия. Аргентина преодолела провинциальный сепаратизм, модернизировала экономику и на десятилетия стала наиболее процветающей республикой Южной Америки. В Уругвае власть партии Колорадо закрепилась вплоть до 1958 года. В Бразилии война потребовала мобилизации около 146 тыс. человек, в том числе тысяч освобождённых рабов, и легла тяжёлым финансовым бременем (лондонские кредиты домов Беринга и Ротшильдов погашались вплоть до 1940-х годов). Политическое сплочение бразильской армии и усиление аболиционистских настроений стали важными факторами отмены рабства в 1888 году и падения монархии Педру II в 1889 году.
Дискуссии и оценки в историографии
На протяжении полутора столетий историография Парагвайской войны пережила три крупных сдвига. В последней трети XIX — первой половине XX века господствовала либеральная версия стран-победительниц (поддержанная антилопесовскими кругами в самом Парагвае): конфликт описывался как война «цивилизации против варварства», вызванная экспансионистским безумием диктатора Солано Лопеса и освободившая парагвайский народ от деспотии. Напротив, в парагвайском национализме XX века (Х. Э. О’Лири и др.) Лопес был реабилитирован как трагический герой антиимпериалистического сопротивления.
В 1960–1970-е годы латиноамериканские ревизионисты и сторонники теории зависимости (Л. Помер, Э. Галеано) выдвинули тезис о «четвёртом участнике» альянса — Великобритании, якобы спровоцировавшей разгром самодостаточной индустриализирующейся экономики Парагвая ради открытия рынков и поставок хлопка в условиях Гражданской войны в США. Современная академическая историография (Л. Бетелл, Т. Уингэм, Ф. Доратиото, Х. М. Кальес) подвергла эту концепцию аргументированной критике, показав, что британские дипломаты в действительности выступали против войны, угрожавшей торговле на Ла-Плате, а причины катастрофы коренились прежде всего в региональной борьбе за геополитический баланс, пограничных конфликтах и роковых политических просчётах как Солано Лопеса, так и элит Бразилии и Аргентины.
