Предпосылки и исторический контекст
Создание в Российской империи первого общенационального законодательного парламента и обновление фундаментального государственного права весной 1906 года стали прямым юридическим результатом Первой русской революции. Ещё 18 февраля (3 марта) 1905 года Николай II подписал противоречивую пару актов: манифест о борьбе с «крамолой» и рескрипт министру внутренних дел А. Г. Булыгину о разработке законосовещательного народного представительства. Изданный 6 (19) августа 1905 года Булыгинский манифест отводил Государственной думе лишь совещательную роль и отстранял от выборов рабочих и широкие городские слои, из-за чего был сорван общественным бойкотом.
Перелом наступил в ходе Всероссийской октябрьской политической стачки. Высочайшим манифестом от 17 (30) октября 1905 года император пообещал даровать гражданские свободы, расширить избирательные права и установить правило, что никакой закон не может вступить в силу без одобрения Государственной думы. Указом от 11 (24) декабря 1905 года право голоса (через систему неравных курий — землевладельческой, городской, крестьянской и рабочей — с многоступенчатыми выборами) получили крестьяне, рабочие крупных фабрик и мелкие городские налогоплательщики.
Однако по мере подавления декабрьских вооружённых восстаний в Москве и ряде других городов самодержавная бюрократия стремилась максимально ограничить права будущего парламента до начала его работы. Учреждённый в феврале 1906 года обновлённый Государственный совет (наполовину назначаемый царем, наполовину избираемый от духовенства, дворянства, земств, науки и промышленников) стал равноправной верхней палатой-противовесом Думе. Именно в преддверии открытия парламента правительство С. Ю. Витте и придворное совещание в Царском Селе подготовили новую редакцию Основных государственных законов, призванную разграничить прерогативы монарха и законодательных палат прежде, чем Дума сможет объявить себя Учредительным собранием.
Ход событий и ключевые механизмы
Принятие Основных государственных законов от 23 апреля (6 мая) 1906 года
За четыре дня до созыва парламента, 23 апреля (6 мая) 1906 года, Николай II утвердил новую редакцию Основных государственных законов Российской империи (за день до этого С. Ю. Витте, добившийся крупного международного займа, подал в отставку, а премьер-министром стал консервативный бюрократ И. Л. Горемыкин). Документ из 11 глав и 223 статей фактически выполнял роль первой российской конституции, хотя сам термин «конституция» избегался. Основные механизмы власти распределялись следующим образом:
- Статус монарха (ст. 4, 9–17): из статьи 4 исчезло слово «неограниченная», однако закреплялось, что императору принадлежит «Верховная Самодержавная власть». Он сохранял исключительный контроль над внешней политикой, армией и флотом, назначением и увольнением министров (ответственных только перед царем, а не перед Думой), правом роспуска палат и абсолютным вето на законопроекты.
- Законодательная процедура (ст. 7, 86): законодательную власть государь осуществлял «в единении с Государственным Советом и Государственною Думою»; ни один новый закон не мог последовать без их одобрения и утверждения монархом.
- Чрезвычайное указное право (ст. 87): во время перерывов между думскими сессиями Совет министров при чрезвычайных обстоятельствах мог представлять царю временные указы с силой закона (кроме изменения самих Основных законов и избирательных правил), однако такие меры требовали внесения в Думу в первые два месяца после возобновления её работы.
- Гражданские права и бюджетные изъятия: впервые в Основной закон вошла глава «О правах и обязанностях российских подданных» (неприкосновенность личности и жилища, свобода совести, слова, собраний и союзов с оговоркой «в пределах закона»), но значительная часть бюджетных статей (расходы на императорский двор, кредиты армии и государственные долги) оставалась «бронированной» от думского сокращения.
Выборы, открытие и партийный состав Первой Государственной думы
Выборы в I Государственную думу проходили в феврале–апреле 1906 года в условиях частичного бойкота со стороны большевиков, эсеров и крайне правых монархистов. Официальная ведомость предусматривала до 524 мест с учётом окраин, однако реально в разное время в заседаниях участвовали от 478 до 499 депутатов (многие сибирские и кавказские выборы прошли позже). Вопреки расчётам правительства на консерватизм крестьянства, состав палаты оказался резко оппозиционным:
- Кадеты (Партия народной свободы): около 176–179 депутатов — ведущая фракция, давшая Думе председателя, известного правоведа и профессора С. А. Муромцева (избранного 27 апреля 426 голосами из 436).
- Трудовая группа (трудовики): около 97–107 депутатов из числа крестьян и народнической интеллигенции, требовавших радикальной конфискации помещичьих земель.
- Национально-региональные группы и автономисты: Польское коло (ок. 32–34 чел.), мусульманская, украинская и прибалтийская группы.
- Умеренные и левые: небольшая фракция социал-демократов (около 17–18 меньшевиков), октябристы и близкие к ним умеренные (ок. 13–16 чел.), а также около 100 беспартийных депутатов, часто блокировавшихся с левыми и кадетами.
Торжественное открытие I Думы состоялось 27 апреля (10 мая) 1906 года: после императорского приёма депутатов в Георгиевском зале Зимнего дворца парламентарии перешли в Таврический дворец, где приступили к работе.
Конфликт с правительством и роспуск 8 (21) июля 1906 года
С первых дней I Дума вступила в лобовое столкновение с правительством И. Л. Горемыкина. В Ответном адресе на тронную речь депутаты потребовали полной политической амнистии, создания ответственного перед Думой министерства, упразднения Государственного совета, введения всеобщего избирательного права, гражданского равноправия без различия национальности и вероисповедания, а также принудительного отчуждения частновладельческих земель в пользу крестьян. Правительство 13 мая ответило категорическим отказом по всем пунктам, заявив о «недопустимости» принудительного передела земли. Последовали десятки депутатских запросов о незаконных действиях полиции и погромах, а также разработка аграрных законопроектов (кадетского «проекта 42-х» о частичном выкупе и трудового «проекта 104-х» о национализации всей земли).
В начале июля Дума попыталась обратиться напрямую к населению по аграрному вопросу. Проработав всего 72 дня и утвердив лишь два малозначительных закона (об ассигновании средств на продовольственную помощь пострадавшим от неурожая и об отмене смертной казни во втором чтении в Думе без прохождения через Госсовет и царя), 8 (21) июля 1906 года I Государственная дума была распущена указом Николая II, а премьер-министром был назначен П. А. Столыпин. В ответ около 200 оппозиционных депутатов (преимущественно кадетов и трудовиков) собрались в финляндском Выборге и 10 (23) июля подписали Выборгское воззвание с призывом к пассивному сопротивлению — не платить налоги и не давать рекрутов в армию до созыва новой Думы, что впоследствии обернулось для них судом и лишением избирательных прав.
Источниковедческая база и свидетельства
Источниковая база изучения конституционной реформы 1906 года и деятельности I Государственной думы включает три фундаментальных комплекса документов. Первый составляют нормативно-правовые акты — прежде всего Манифесты 6 августа и 17 октября 1905 года, Положение о выборах 11 декабря 1905 года и текст Основных государственных законов в редакции от 23 апреля 1906 года, а также протоколы особых царскосельских совещаний, позволяющие проследить редакторскую борьбу вокруг статей 4, 86 и 87.
Второй комплекс образуют стенографические отчёты заседаний I Государственной думы, тексты её законопроектов и ответного адреса. Ценнейшим свидетельством ранней парламентской повестки являются дореволюционные аналитические очерки и энциклопедические своды, вобравшие выдержки из думских прений: статья «Государственная Дума» в Энциклопедическом словаре Гранат (1912), очерк «Дума Государственная» в Еврейской энциклопедии Брокгауза и Ефрона (1910), подробно воспроизводящий дебаты вокруг внесённого 15 мая 151 депутатом законопроекта о полном гражданском равноправии всех национальностей и вероисповеданий (включая выступление Ф. Ф. Кокошкина 5 июня), а также исследование юриста-международника Е. Коровина «Государственная Дума и внешняя политика (1906–1916)», в котором зафиксированы первые шаги парламента на международной арене (включая речь М. М. Ковалевского и декларацию комиссии 19-ти).
Третий пласт составляют мемуары и переписка политических деятелей: записки С. Ю. Витте, воспоминания В. Н. Коковцова, П. Н. Милюкова, В. А. Маклакова и И. И. Петрункевича, передающие психологический контраст торжественного открытия в Зимнем дворце, атмосферу митинговых речей в Таврическом дворце и расчёты власти при назначении П. А. Столыпина.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Несмотря на короткий 72-дневный срок жизни и практическое отсутствие принятых крупных законов, созыв I Государственной думы и издание Основных законов 23 апреля 1906 года стали поворотной вехой в истории российской государственности. В стране возник постоянно действующий (до Февраля 1917 года) представительный и законодательный орган, включённый в систему высших государственных учреждений наравне с Государственным советом. Основные государственные законы создали первую в истории России кодифицированную систему конституционных норм, закрепив принцип обязательности парламентского одобрения законов и бюджета (с рядом изъятий) и судебную охрану провозглашённых гражданских прав.
Вместе с тем события весны–лета 1906 года выявили глубокую институциональную дисфункцию новой модели — так называемой «думской монархии». Отсутствие парламентской ответственности министров, право царя распускать Думу и широкое использование статьи 87 превращали сотрудничество исполнительной и законодательной власти в хроническое противостояние. Сразу после роспуска I Думы именно по статье 87 правительство П. А. Столыпина провело ключевые указы аграрной реформы (октябрь–ноябрь 1906 года) и учредило военно-полевые суды (август 1906 года). Судебное преследование подписантов Выборгского воззвания (около 180 бывших депутатов, в том числе цвет кадетской интеллигенции, получили по три месяца тюрьмы и лишились права избираться) обескровило легальную либеральную оппозицию, а победа ещё более левой II Думы привела к Третьеиюньскому перевороту 1907 года.
Тем не менее сама Дума превратилась в главную трибуну публичной политики империи, школу парламентской процедуры и центр консолидации оппозиции, сыгравший решающую организационную роль в событиях Февральской революции 1917 года.
Дискуссии и оценки в историографии
Главный теоретико-правовой спор в историографии и государственном праве с 1906 года по настоящее время связан с определением характера государственного строя, установленного Основными законами от 23 апреля 1906 года. Дореволюционные либеральные правоведы (Н. И. Лазаревский, Ф. Ф. Кокошкин, В. М. Гессен) и многие современные историки (В. А. Дёмин, А. Ф. Смирнов, А. Н. Медушевский) квалифицируют этот строй как ограниченную дуалистическую конституционную монархию, поскольку монарх более не обладал единоличной законодательной властью. Напротив, консервативные юристы начала XX века (П. Е. Казанский, Н. О. Куплеваский) и впоследствии советская историография (Н. И. Васильева, А. Я. Аврех, авторы коллективной монографии «Кризис самодержавия в России») доказывали сохранение сущностно самодержавной власти царя («мнимый конституционализм» по формуле М. Вебера), ссылаясь на статью 4, статью 87 и последующий Третьеиюньский переворот.
Второй фокус дискуссий касается оценки тактики I Государственной думы. В советских трудах кадетов критиковали за «конституционные иллюзии» и стремление направить революционную энергию крестьян в легальное русло. В постсоветской историографии (Б. В. Ананьич, В. В. Шелохаев, К. А. Соловьёв, В. А. Маклаков в эмигрантской публицистике) широко обсуждается вопрос о том, была ли неизбежна «война» I Думы с правительством: одни исследователи видят корень провала в непримиримости кадетского руководства, отказавшегося от поэтапной законодательной работы и требовавшего немедленного «ответственного министерства» и принудительного отчуждения земли, тогда как другие указывают на изначальное нежелание придворной бюрократии и самого Николая II делиться реальной исполнительной властью.
