Предпосылки и исторический контекст
Истоки Суэцкого кризиса 1956 года коренились в переплетении многолетнего англо-египетского противостояния, арабо-израильского конфликта и глобального соперничества эпохи холодной войны. Суэцкий канал, открытый в 1869 году как французско-египетское предприятие, уже в 1870-х годах перешёл под финансово-политический контроль Лондона после выкупа правительством Бенджамина Дизраэли 44 % акций, принадлежавших обременённому долгами Египту. В XX веке канал приобрёл критическое значение не только как связующее звено Британской империи, но и как главная морская артерия доставки нефти из Персидского залива в Западную Европу. Согласно англо-египетскому договору 1936 года Египет признавался независимым государством, однако британский военный контингент сохранял базы в зоне канала сроком на двадцать лет — до 1956 года.
После Второй мировой войны подъём египетского национализма сделал иностранное военное присутствие неприемлемым. В 1951 году лидер победившей на выборах партии Вафд Нахас Паша в одностороннем порядке аннулировал договор 1936 года, что вызвало нападения на британских солдат. Кровавая стычка 25 января 1952 года у полицейского участка в Исмаилии, где погибло около пятидесяти египетских полицейских, спровоцировала на следующий день каирские погромы («Чёрную субботу») и углубила политический кризис. В июле 1952 года движение «Свободных офицеров» во главе с Советом революционного руководства свергло короля Фарука, упразднило монархию и провозгласило республику, лидером которой вскоре стал полковник Гамаль Абдель Насер. Подписанный 19 октября 1954 года новый англо-египетский договор предусматривал вывод британских войск из зоны канала к июню 1956 года с правом возвращения лишь при внешней угрозе.
Одновременно обострялись отношения Египта с западными державами и Израилем. После отказа Великобритании продавать Египту вооружение в феврале 1955 года Каир при посредничестве Китая заключил крупную сделку с Чехословакией и СССР: в Египет поступили сотни танков Т-34, бронетранспортёров, артиллерийских орудий, реактивные истребители МиГ-15бис и МиГ-17Ф, бомбардировщики Ил-28 и корабли. Опасаясь сближения Насера с Восточным блоком и признания им КНР, США и Великобритания в июле 1956 года отказались от обещанного финансирования строительства высотной Асуанской плотины. В ответ 26 июля 1956 года Насер объявил о национализации компании Суэцкого канала с выплатой компенсации акционерам по последней котировке на Парижской бирже и направлении доходов от судоходства на возведение плотины. Этот шаг болезненно задел экономические и стратегические интересы Лондона, а Париж убедил, что падение режима Насера необходимо для прекращения египетской поддержки повстанцев в Алжирской войне.
Для Израиля, находившегося в состоянии перманентной конфронтации с арабскими соседями после войны 1948–1949 годов, главным раздражителем оставалась блокада его судоходства через Суэцкий канал (вопреки резолюции Совета Безопасности ООН от 1 сентября 1951 года) и Тиранский пролив, закрытый с 1950 года для судов, следовавших в порт Эйлат. На границе с контролируемым Египтом сектором Газа ежегодно фиксировались тысячи нарушений рубежей, минирование дорог и вылазки отрядов фидаинов, курируемых египетской военной разведкой (согласно израильским данным, к 1956 году погибло более ста израильтян). В свою очередь, израильские силы отвечали жёстким пограничным огнём и рейдами возмездия, а провал диверсионной операции «Сусанна» в Египте (1954) вызвал в Израиле громкое «дело Лавона». Провал американо-британского посреднического «Плана Альфа» (1955) и миссии генсека ООН Дага Хаммаршёльда весной 1956 года окончательно подтолкнул руководство Израиля к силовому сценарию.
Ход событий и ключевые механизмы
Секретные Севрские соглашения (22–24 октября 1956 года)
Хотя Великобритания и Франция уже 27 июля 1956 года приняли принципиальное решение о силовой акции против Египта, отсутствие готовых экспедиционных сил на месте (французские войска были связаны в Алжире, британские — в Иордании) вынудило Лондон и Париж пойти на длительную перегруппировку. За это время Египет гарантировал свободу прохода для международных судов (кроме израильских), что лишило западную интервенцию широкой международной поддержки. Выход был найден в координации с Израилем. С 22 по 24 октября 1956 года в пригороде Парижа Севре прошли 48-часовые секретные переговоры, в которых участвовали премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион, начальник Генштаба Моше Даян и Шимон Перес, министр обороны Франции Морис Буржес-Монури, министр иностранных дел Кристиан Пино и генерал Морис Шалль, а с британской стороны — министр иностранных дел Селвин Ллойд и Патрик Дин.
На встрече был отклонён первоначальный амбициозный проект Бен-Гуриона по радикальному переделу ближневосточных границ за счёт Иордании и Ливана, и стороны утвердили совместный трёхсторонний сценарий, закреплённый в подписанном письменном Севрском протоколе:
- Израильская армия начинала масштабное наступление на Синайском полуострове с выходом к зоне Суэцкого канала (операция «Кадеш»), имитируя непосредственную угрозу международному судоходству.
- Великобритания и Франция выдвигали обоим противникам ультиматум об отводе войск от канала; предсказуемый отказ Египта служил предлогом для англо-французского вторжения в зону канала под видом «разделения враждующих сторон» и защиты судоходного пути (операция «Мушкетёр»).
- Израиль рассчитывал на аннексию всего Синая или его восточной полосы от Эль-Ариша до Шарм-эш-Шейха и обязывался не атаковать Иорданию.
Военные операции «Кадеш» и «Мушкетёр»
Вооружённая фаза кризиса развивалась стремительно, продемонстрировав подавляющее технико-тактическое превосходство коалиции на суше, в воздухе и на море, несмотря на масштабные советско-чехословацкие поставки вооружений Египту:
- 28–29 октября 1956 года: накануне вторжения израильский истребитель сбил самолёт с возвращавшейся из Сирии египетской военной делегацией (погибли 18 офицеров генштаба), а 29 октября сухопутные части и десант Израиля начали операцию «Кадеш» на Синае, застав египетское командование врасплох.
- 30 октября 1956 года: в соответствии со сговором Великобритания и Франция наложили вето на предложенную США резолюцию Совета Безопасности ООН с требованием прекратить израильскую агрессию и предъявили Египту и Израилю 12-часовой ультиматум об отводе войск на 30 км от канала.
- 31 октября — 4 ноября 1956 года: после отказа Каира палубная авиация Великобритании и Франции приступила к бомбардировкам египетских аэродромов в рамках операции «Мушкетёр», уничтожив на земле большую часть ВВС Египта и парализовав его воздушное прикрытие; на море британский крейсер «Ньюфаундленд» и эсминец «Диана» потопили египетский фрегат «Думьят», а эсминец «Ибрагим эль-Аваль» был захвачен у побережья Хайфы (при этом 3 ноября израильские самолёты по ошибке атаковали британский шлюп «Крэйн»).
- 5 ноября 1956 года: англо-французский десант высадился в районе Порт-Саида и Порт-Фуада и за двое суток овладел городом и северным участком канала; в тот же день израильские войска заняли Шарм-эш-Шейх, установив контроль почти над всем Синайским полуостровом и сектором Газа. За четверо суток боёв Египет потерял около 460 единиц бронетехники (включая танки Sherman и Т-34), тогда как израильские потери составили около 100 бронемашин, часть которых удалось эвакуировать и восстановить.
Дипломатическое давление и прекращение огня
Военный успех агрессоров немедленно обернулся тяжелейшим внешнеполитическим поражением. Действия Лондона, Парижа и Тель-Авива вызвали осуждение подавляющего большинства государств и поставили в крайне неловкое положение администрацию президента США Дуайта Эйзенхауэра, не извещённую о Севрском сговоре и обеспокоенную отвлечением внимания от подавления СССР Венгерского восстания, а также падением престижа Запада в странах Азии и Африки. 2 ноября 1956 года Чрезвычайная специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН подавляющим большинством голосов потребовала немедленного прекращения огня, вывода иностранных войск с территории Египта и открытия канала.
Решающий дипломатический импульс пришёл со стороны обеих сверхдержав. Советский Союз, чей председатель Совета Министров Н. А. Булганин 5 ноября направил жёсткие послания руководителям Великобритании, Франции и Израиля, пригрозил применением решительных мер, вплоть до ракетно-ядерного воздействия, что несло риск глобального термоядерного столкновения. Одновременно Вашингтон оказал беспрецедентное финансово-экономическое давление на Великобританию, заблокировав поддержку фунта стерлингов со стороны МВФ и поставки американской нефти, и пригрозил Израилю санкциями. По инициативе канадского дипломата Лестера Пирсона Генассамблея ООН санкционировала создание первых в истории Чрезвычайных миротворческих сил ООН (ЮНЕФ), развёртывание которых обеспечил генеральный секретарь Даг Хаммаршёльд. 6 ноября 1956 года стороны прекратили огонь; уже 15 ноября в зоне канала высадились первые подразделения ЮНЕФ под командованием генерала Э. Л. М. Бернса. Великобритания и Франция эвакуировали войска к декабрю 1956 года, а Израиль вывел части с Синая и из Газы в марте 1957 года, получив от США и ООН гарантии свободы судоходства через Тиранский пролив.
Источниковедческая база и свидетельства
Исследование Суэцкого кризиса опирается на обширный и многоязычный корпус архивных документов, мемуаров и публикаций прессы. Основополагающее значение имеют рассекреченные протоколы британского Кабинета министров, переписка Форин-офис, материалы Министерства обороны Франции (включая отчёт генерала Андре Бофра) и израильские государственные архивы. Особую источниковедческую судьбу пережил секретный Севрский протокол, подписанный в трёх экземплярах: на протяжении десятилетий британское правительство во главе с Энтони Иденом отрицало сам факт предварительного сговора с Израилем, ввиду чего долгое время главными свидетельствами оставались публикации французских журналистов Сержа и Мерри Бромберже, израильские мемуары и лишь позднее — открытые документы и свидетельства участников (в частности, Шимона Переса).
Незаменимым источником со стороны Израиля выступает «Дневник Синайской кампании» начальника Генерального штаба Моше Даяна, детально фиксирующий планирование операции «Кадеш», пограничную обстановку вокруг сектора Газа и дискуссии на Севрской конференции, а также речь Давида Бен-Гуриона в кнессете 7 ноября 1956 года, в которой прозвучал намёк на возможную аннексию Синая и острова Тиран («Йотват»). С египетской стороны ключевыми документами служат программные выступления Гамаля Абдель Насера (прежде всего александрийская речь 26 июля 1956 года о национализации канала, опубликованное в журнале Foreign Affairs 1955 года обоснование оборонительной политики Египта и воинственные заявления 31 августа 1955 года), а также мемуары и аналитические книги ближайшего соратника президента Мохамеда Хейкала. Взгляд советской дипломатии и спецслужб отражён в нотах советского правительства от 5 ноября 1956 года (подписанных Н. А. Булганиным), документах МИД СССР и позднейших воспоминаниях В. А. Крючкова. Наконец, важнейшую юридическую и гуманитарную базу составляют резолюции Совета Безопасности и Чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, дипломатические ноты США (администрация Эйзенхауэра), а также материалы израильской правительственной комиссии конца 1990-х годов и судебных разбирательств по эпизодам гибели мирных жителей (трагедия в Кафр-Касеме) и египетских военнопленных.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Суэцкий кризис стал поворотным рубежом в истории международных отношений XX века, радикально перекроив баланс сил на Ближнем Востоке и в мире. Несмотря на военный разгром египетской армии, конфликт обернулся оглушительным политическим триумфом Египта и лично Гамаля Абдель Насера, превратившегося в признанного лидера панарабского национализма и вдохновителя антиколониальных движений по всему «третьему миру». Суэцкий канал остался в египетской собственности и после расчистки фарватера возобновил работу весной 1957 года, принеся Египту стабильный источник валютных доходов. В знак протеста против тройственной агрессии Египет, Ирак, Ливан и Камбоджа бойкотировали Олимпийские игры в Мельбурне в ноябре 1956 года.
Для европейских колониальных держав последствия оказались катастрофическими. Политическое поражение вынудило британского премьер-министра Энтони Идена уйти в отставку в январе 1957 года, наглядно обнажив критическую финансовую и стратегическую зависимость Великобритании от Соединённых Штатов и ознаменовав фактическую утрату Лондоном статуса мировой сверхдержавы. Провал попытки свергнуть Насера не остановил Алжирскую войну, а напротив, приблизил падение Четвёртой республики во Франции и углубил отчуждение Парижа от Вашингтона, подтолкнув в дальнейшем французское руководство к развитию независимого ядерного сдерживания и европейской интеграции. Параллельно СССР резко расширил своё политическое, военное и экономическое присутствие на Ближнем Востоке (включая последующее финансирование и строительство Асуанского гидроузла), тогда как США провозгласили в январе 1957 года «доктрину Эйзенхауэра» для заполнения образовавшегося геополитического вакуума.
Долгосрочные институциональные и экономические эффекты кризиса вышли далеко за рамки региона. На уровне международного права и дипломатии Суэцкий кризис существенно укрепил авторитет Организации Объединённых Наций: развёртывание контингента ЮНЕФ стало первой в истории успешной миротворческой операцией ООН и сформировало саму концепцию «голубых касок». В мировой экономике закрытие Суэцкого канала с октября 1956 по март 1957 года и перекрытие Сирией нефтепровода Iraq Petroleum Company вызвали острый топливный дефицит в Европе и продемонстрировали уязвимость традиционных маршрутов. Это стимулировало революцию в мировом судостроении — массовое появление гигантских супертанкеров, способных экономично доставлять ближневосточную нефть в Европу в обход Африки вокруг мыса Доброй Надежды. Для Израиля же, вопреки вынужденному отступлению с Синая, десятилетнее присутствие сил ООН на границе и прорыв блокады Тиранского пролива обеспечили относительное спокойствие на южном рубеже вплоть до мая–июня 1967 года.
Дискуссии и оценки в историографии
Историография Суэцкого кризиса прошла путь от апологетических мемуаров участников до архивно-документального переосмысления, причём основные научные споры концентрируются вокруг четырёх узловых проблем. Первая дискуссия касается распределения ответственности за срыв дипломатии и характер сговора в Севре. В ранней британской литературе и мемуарах Энтони Идена интервенция оправдывалась как вынужденная мера по пресечению «ближневосточного Мюнхена» и защите международного судоходства, однако исследования Кейта Кайла (Suez: Britain's End of Empire in the Middle East) и Скотта Лукаса (Britain and Suez: The Lion's Last Roar) убедительно показали целенаправленное стремление Лондона свергнуть Насера и сознательный обман парламента и союзников в США относительно Севрского сговора. Американские и международные историки (Дональд Нефф, Дайана Кунц, Уильям Бёрнс, Дэниел Ергин) подробно проанализировали роль нефтяного фактора, англо-американского финансового противостояния и «экономической дипломатии» Вашингтона.
Вторая острая полемика разворачивается вокруг оценки ситуации на египетско-израильской границе в 1949–1956 годах и военных действий на Синае. Классическая израильская историография (Хаим Герцог, Моше Даян) трактовала операцию «Кадеш» как превентивную самооборону против террора фидаинов и надвигавшейся совместной атаки арабских государств, перевооружённых Советским Союзом. Напротив, представитель израильских «новых историков» Бенни Моррис (Righteous Victims) подверг сомнению масштаб организованного египетского террора до 1954–1955 годов: согласно его данным, из 10–15 тысяч ежегодных нарушений границы в 1949–1954 годах менее 10 % носили диверсионный характер, тогда как подавляющее большинство составляли палестинские беженцы или контрабандисты (из которых 2700–5000 погибли от огня и мин израильских пограничников), а эскалация со стороны Египта стала в значительной степени ответом на израильские рейды возмездия; кроме того, Моррис оспаривает тезис о военном превосходстве Египта в 1956 году, указывая на качественное и оперативное преимущество ЦАХАЛ. Третий блок дискуссий связан с оценкой роли СССР в прекращении войны: если советская историография приписывала решающий вклад ультимативным нотам Булганина и угрозам Москвы, то современные исследователи (Джон Льюис Гэддис, Г. В. Костырченко, С. Л. Печуров) рассматривают советскую ракетно-ядерную риторику в тесной связке с венгерским кризисом 1956 года, отмечая, что решающим фактором для немедленного прекращения операции союзниками стало сочетание жёсткого экономического давления США и угрозы международной изоляции в ООН. Четвёртой темой остаётся осмысление Суэца как момента окончательного демонтажа европейского империализма, подробно исследованное в работах Доминика Ливена, Джона Дарвина и Майкла Торнхилла.
