Предпосылки и исторический контекст
После Второй мировой войны в Венгрии к власти пришла компартия (позднее ВПТ): получив на выборах 1945 года лишь 17% голосов против 57% у Партии мелких хозяев, она с советской помощью «тактикой салями» к 1949 году установила однопартийную диктатуру во главе с Матьяшем Ракоши. Форсированная индустриализация, репарации и падение уровня жизни дополнялись террором Управления государственной безопасности (ÁVH / УГБ): досье завели на миллион человек, сотни тысяч пострадали от лагерей и показательных судов (процессы кардинала Й. Миндсенти и Л. Райка).
После смерти Сталина в 1953 году премьер-реформатор Имре Надь начал амнистию и смягчил экономический курс, но в апреле 1955 года был смещён Ракоши. XX съезд КПСС (февраль 1956 г.) и отставка Ракоши (июль 1956 г., преемник Эрнё Герё) всколыхнули общество. Созданный 14 мая 1955 года Варшавский договор продлил советское военное присутствие даже после подписания 15 мая договора о нейтралитете Австрии. На волне «Польского октября», дискуссий «Кружка Петёфи» и перезахоронения Л. Райка (6 октября) студенты в Сегеде возродили независимый союз MEFESZ (16 октября), а 22 октября в Будапештском техническом университете приняли программу из «16 пунктов» с требованием возвращения И. Надя, свободных выборов и вывода советских войск.
Ход событий и ключевые механизмы
Начало восстания и провал первого ввода войск (23–27 октября 1956 г.)
23 октября 200-тысячная демонстрация в Будапеште, возмущённая враждебной радиоречью Э. Герё, снесла памятник Сталину и двинулась к Дому радио. После того как охрана ÁVH открыла огонь, вспыхнул вооружённый штурм, а демонстранты захватили оружие в казармах Килиана. По просьбе Герё (устно 23 октября) и премьера А. Хегедюша (письменно 24 октября) Москва задействовала план «Волна» (5 дивизий, 31,5 тыс. солдат), введя в ночь на 24 октября в столицу части Особого корпуса (ок. 6 тыс. человек, 290 танков).
- Уличные бои и смена руководства: в ночь на 24 октября премьером стал Имре Надь, 25 октября произошёл расстрел митингующих на площади Кошута (в день прибытия А. Микояна, М. Суслова, И. Серова и замены Герё на Яноша Кадара). Советские колонны без карт и тыла увязли в боях с мобильными группами повстанцев («коктейли Молотова») и к 27 октября потерпели тактическое поражение; на сторону революции перешла часть армии во главе с Палом Малетером, а власть на местах взяли рабочие советы.
Перемирие 28 октября и операция «Вихрь» (28 октября — 11 ноября)
28 октября И. Надь признал движение революцией, добился прекращения огня, распустил ÁVH, начал вывод советских частей из столицы и 30 октября объявил о многопартийности. Однако в стране нарастала радикализация: освобождены 13 тыс. заключённых, отряды повстанцев совершали самосуды (разгром горкома ВПТ 30 октября). Тем временем в Москве 31 октября решили подавить восстание силой, воспользовавшись отвлечением Запада на Суэцкий кризис и нейтралитетом США (директива СНБ NSC 5608 отвергла интервенцию). В ответ 1 ноября Надь объявил о выходе из ОВД и нейтралитете. 3 ноября в Сольноке Я. Кадар возглавил просоветское правительство, вечером в Тёкёле арестовали делегацию П. Малетера, а в 05:20 4 ноября началась операция «Вихрь» (17 дивизий под командованием маршала И. С. Конева и генерала П. Н. Лащенко). Упорные бои в Будапеште (у кинотеатра «Корвин», на горе Геллерт, в Чепеле) стихли к 7–11 ноября, а всеобщая забастовка рабочих советов длилась до декабря.
Источниковедческая база и свидетельства
После десятилетий цензуры источниковая база радикально обновилась в 1990-е годы с рассекречиванием архивов Москвы и Будапешта. Ключевую роль играют рабочие записи Президиума ЦК КПСС («папка Малина»), шифротелеграммы посла Ю. В. Андропова (включая депешу от 23 октября о растерянности венгерских лидеров), приказы маршалов Г. К. Жукова и И. С. Конева, а также рассекреченные А. Гёнцем данные по операции «Волна».
С венгерской и международной стороны важнейшими источниками служат студенческие «16 пунктов» (22 октября), записи Радио Будапешт, доклад Специального комитета ООН 1957 года и подборка документов СНБ и ЦРУ в Архиве национальной безопасности США (NSAEBB76). Незаменимые свидетельства очевидцев содержат мемуары главы столичной полиции Шандора Копачи, воспоминания советского генерала Е. И. Малашенко, репортажи Питера Фрайера и сводки потерь (по данным Н. Шефова: 720 погибших и 1450 раненых советских военных; ок. 2,5 тыс. убитых и св. 19 тыс. раненых венгров).
Исторические итоги и долгосрочное значение
Поражение восстания привело к гибели около 2–2,5 тысяч венгров и более 700 советских военнослужащих, а около 200 тысяч граждан бежали через Австрию на Запад. В 1957–1959 годах при режиме Я. Кадара и кураторстве Ю. В. Андропова прошли массовые суды и интернирования, кульминацией которых стала казнь в июне 1958 года Имре Надя, Пала Малетера и Миклоша Гимеша.
- Эволюция режима и кризис левых: пережив шок 1956 года, Кадар с 1960-х годов перешёл к амнистии и экономической либерализации («гуляш-коммунизм»). В западных компартиях подавление Венгрии вызвало тяжёлый идейный раскол и отток интеллигенции, а негласное невмешательство США закрепило ялтинские сферы влияния в Европе.
- Историческая память: перезахоронение И. Надя в 1989 году стало символом крушения однопартийной системы в ВНР, а в 1991 году именно в Будапеште были оформлены решения о роспуске ОВД и СЭВ.
Дискуссии и оценки в историографии
В эпоху холодной войны оценки носили полярный характер: советская официальная историография квалифицировала события как подготовленный Западом «контрреволюционный (фашистский) мятеж», замалчивая неудачи октября и переговоры с Надем, тогда как западные и эмигрантские авторы (Х. Арендт, Ф. Фейтё) видели в них образец антитоталитарной народной революции и самоуправления рабочих советов.
Современная архивная наука (А. С. Стыкалин, Т. М. Исламов, Ч. Бекеш, Й. Райнер, Л. Контлер, М. Лаар) преодолела обе крайности, характеризуя события 1956 года как антисталинистскую национально-демократическую революцию. Она выросла из внутреннего запроса на обновление социализма и национальный суверенитет, без реальной военной поддержки Запада, но сопровождалась острой стихийной радикализацией, вспышками уличного самосуда и сложными колебаниями в самом кремлёвском руководстве между выводом войск и силовой реставрацией блока.
