Предпосылки и исторический контекст
К началу 1988 года курс Перестройки, инициированный Генеральным секретарём ЦК КПСС М. С. Горбачёвым после прихода к власти в марте 1985 года, столкнулся с глубоким институциональным тупиком. Провозглашённая на январском пленуме ЦК 1987 года политика демократизации и гласности, а также запущенная летом того же года экономическая реформа (Закон о государственном предприятии) натолкнулись на глухое сопротивление партийно-государственной номенклатуры, отраслевых министерств и региональных обкомов. Высшее руководство в лице реформаторского крыла (М. С. Горбачёв, А. Н. Яковлев, В. А. Медведев) пришло к убеждению, что без преобразования самой политической системы и демонтажа партийной опеки над хозяйственными и советскими органами социально-экономические реформы окажутся блокированы.
Одновременно обострилась идейно-политическая борьба внутри партии и общества. Осенью 1987 года произошёл открытый конфликт между Горбачёвым и первым секретарём Московского горкома КПСС Б. Н. Ельциным, обвинённым в «политической незрелости» и снятым со своего поста (затем переведённым в Госстрой СССР). С другого фланга весной 1988 года консервативные силы предприняли контрнаступление: 13 марта в газете «Советская Россия» вышло письмо Н. А. Андреевой «Не могу поступаться принципами», воспринятое многими обкомами как сигнал к свёртыванию гласности и реабилитации сталинизма; лишь спустя три недели, 5 апреля, «Правда» опубликовала ответную редакционную статью в поддержку Перестройки. Поскольку очередной XXVIII съезд КПСС по уставу должен был состояться только в 1991 году, Горбачёв возродил не применявшийся с XVIII конференции 1941 года институт Всесоюзной партийной конференции. 23 мая 1988 года Пленум ЦК утвердил Тезисы к XIX конференции, после чего кампания по выборам делегатов впервые сопровождалась острыми общественными дебатами и давлением неформальных демократических движений.
Ход событий и ключевые механизмы
Доклад М. С. Горбачёва и проект новой государственности
XIX Всесоюзная конференция КПСС работала с 28 июня по 1 июля 1988 года в Кремлёвском Дворце съездов при участии 4991 делегата; ход заседаний подробно транслировался и освещался прессой, приковав внимание всего общества. В основном докладе «О ходе реализации решений XXVII съезда КПСС и задачах по углублению перестройки» М. С. Горбачёв впервые открыто заявил о необходимости коренного переустройства политической системы СССР. Ключевой идеей проекта стал отказ партийных органов от прямой подмены государственных и хозяйственных структур и передача полновластия обновлённой системе Советов под лозунгом возвращения к «ленинской концепции» народовластия.
Предложенная архитектура власти предполагала учреждение двухъярусного высшего представительного органа — Съезда народных депутатов СССР (2250 депутатов, избираемых частично по территориальным и национально-территориальным округам на альтернативной основе, а частично от общественных организаций, включая КПСС, профсоюзы, ВЛКСМ и научные общества), который должен был формировать постоянно действующий двухпалатный Верховный Совет СССР и избирать его Председателя с широкими государственными полномочиями. Предполагалось также ограничить пребывание на всех выборных партийных и советских должностях двумя пятилетними сроками, а секретарей партийных комитетов — рекомендовать для избрания на посты председателей соответствующих Советов (сам Горбачёв вскоре совместил высшие посты в партии и государстве).
Открытая полемика делегатов и конфликт вокруг реформ
Вопреки многолетней традиции единодушного одобрения, трибуна конференции стала ареной открытых политических столкновений. Наибольший общественный резонанс вызвало выступление Б. Н. Ельцина, избранного делегатом от Карельской АССР: раскритиковав медлительность Перестройки, номенклатурные привилегии и кулуарный стиль кадровых решений, он потребовал отменить как политически ошибочное постановление ноябрьского пленума 1987 года в свой адрес. В ответ секретарь ЦК КПСС Е. К. Лигачёв выступил с жёсткой отповедью («Борис, ты не прав!»), защищая партийную дисциплину и обвиняя Ельцина в популизме и развале работы Московского горкома. В прениях ярко проявилось размежевание между сторонниками углубления демократизации и свободы слова (Ю. Н. Афанасьев, Г. Я. Бакланов, М. А. Ульянов, Л. И. Абалкин) и представителями консервативного партийного и литературно-государственного истеблишмента (А. Г. Мельников, Ю. В. Бондарев и др.).
Принятые резолюции и запуск конституционной трансформации
- Базовые политические резолюции: 1 июля 1988 года делегаты утвердили заглавную резолюцию «О ходе реализации решений XXVII съезда КПСС и задачах по углублению перестройки» и программную резолюцию «О демократизации советского общества и реформе политической системы» (дополненную организационным постановлением о практических мерах по осуществлению реформы), закрепившую переход к альтернативным выборам, разграничение функций партии и государства, а также двухсрочное ограничение полномочий руководителей.
- Резолюции «О гласности» и «О борьбе с бюрократизмом»: провозгласили право граждан на получение полной и достоверной информации по любым вопросам общественной жизни (за исключением государственной тайны), недопустимость административного давления на прессу и курс на сокращение управленческого аппарата.
- Резолюции «О правовой реформе» и «О межнациональных отношениях»: сформулировали концепцию формирования «социалистического правового государства», укрепления независимости суда, расширения состязательности и защиты прав личности, создания Комитета конституционного надзора, а также переосмысления национально-государственного устройства СССР на фоне обострившихся конфликтов в Нагорном Карабахе и Прибалтике.
- Постконференционная реализация (июль — декабрь 1988 г.): уже 4 июля Политбюро приняло постановление «О сооружении памятника жертвам репрессий» (по итогам выступления Горбачёва на закрытии форума); осенью был реорганизован аппарат ЦК КПСС (ликвидированы отраслевые отделы) и обновлено Политбюро; 1 октября 1988 года Горбачёв стал Председателем Президиума Верховного Совета СССР; 1 декабря 1988 года были приняты масштабные поправки к Конституции СССР 1977 года и новый Закон «О выборах народных депутатов СССР».
Источниковедческая база и свидетельства
Главным первоисточником по истории форума выступает официальный двухтомный «Стенографический отчёт» XIX Всесоюзной конференции КПСС, изданный Политиздатом в том же 1988 году, в совокупности с опубликованными в мае 1988 года Тезисами ЦК КПСС и окончательными текстами принятых резолюций. Сравнительный анализ этих документов с проектами, готовившимися рабочей группой ЦК и академическими советниками, позволяет проследить компромиссный характер конституционной модели, соединившей демократическую выборность с квотами от общественных организаций.
Закулисную динамику подготовки конференции, реакцию Политбюро на письмо Нины Андреевой, редакционную борьбу вокруг резолюций и кадровые решения последующих пленумов (включая отправку в 1989 году на пенсию более 100 членов ЦК КПСС) освещают рассекреченные архивные протоколы ЦК КПСС, систематизированные в трудах историка и руководителя Росархива Р. Г. Пихои («Советский Союз: история власти. 1945–1991»). Исключительную ценность имеют ежедневные дневниковые записи помощника генсека А. С. Черняева («Шесть лет с Горбачёвым», 1993), а также воспоминания непосредственных участников — А. Н. Яковлева, Е. К. Лигачёва, Б. Н. Ельцина, М. С. Горбачёва и материалы советской прессы лета 1988 года.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Решения XIX Всесоюзной конференции КПСС запустили необратимую трансформацию советской государственности. Передача распорядительных функций от партийных комитетов Советам и введение в действие конституционных поправок от 1 декабря 1988 года привели к первым в истории СССР состязательным выборам народных депутатов в марте — мае 1989 года. В ходе этих выборов десятки влиятельных партийных руководителей (включая первых секретарей обкомов и горкомов) потерпели поражение от независимых кандидатов, а открывшийся в мае 1989 года I Съезд народных депутатов СССР стал трибуной подлинной парламентской оппозиции (Межрегиональной депутатской группы во главе с А. Д. Сахаровым и Б. Н. Ельциным), сделав реальностью политический плюрализм и подготовив отмену 6-й статьи Конституции СССР в марте 1990 года.
Вместе с тем заложенная конференцией модель политической реформы породила острые системные дисбалансы. Совмещение партийного руководства с председательством в Советах не укрепило легитимность КПСС, а, напротив, ослабило партийную дисциплину и ускорило раскол элит на союзном и республиканском уровнях. Новые избирательные институты в условиях обостряющегося экономического кризиса 1989–1991 годов и подъёма национальных движений в союзных республиках привели к «параду суверенитетов» и потере союзным центром контроля над регионами. Таким образом, политическая реформа 1988 года разрушила старую монопольную конструкцию власти быстрее, чем сформировались устойчивые демократические и федеративные институты.
Дискуссии и оценки в историографии
В исторической и политологической литературе XIX партконференция оценивается как центральная развилка Перестройки, вокруг которой сложились противоположные концептуальные интерпретации. Большинство западных и либеральных историков (А. Браун, Р. Саква) рассматривают форум лета 1988 года как смелый реформаторский прорыв Горбачёва, сознательно перенёсшего центр тяжести власти из закрытых кабинетов партийной олигархии в публичное парламентское пространство и обеспечившего мирный выход страны из однопартийного режима. При этом отмечается, что квотирование мест от общественных организаций и сохранение поста генсека были неизбежным тактическим компромиссом для нейтрализации аппарата ЦК.
Отечественные историки власти и политических институтов (Р. Г. Пихоя, А. В. Шубин) оценивают результаты конференции более критически и многослойно. Так, Пихоя показывает, что попытка реформировать государственность через партийный форум и искусственное «сращивание» первых секретарей с председателями Советов без создания многопартийной ответственности породила управленческий хаос и двоевластие, оставив СССР без работоспособной исполнительной вертикали. В лево-демократической и альтернативной историографии (А. В. Шубин, «Парадоксы перестройки») подчёркивается упущенный шанс углубления низового самоуправления при доминировании аппаратных компромиссов, тогда как представители государственно-консервативного направления усматривают в решениях июня 1988 года разрушение несущей политической опоры Советского государства, ускорившее его распад в 1991 году.