Предпосылки и исторический контекст
После изгнания остатков Великой армии за Неман в декабре 1812 года в российском руководстве развернулся спор о целях дальнейшей борьбы. Фельдмаршал М. И. Кутузов, канцлер Н. П. Румянцев и А. С. Шишков опасались, что перенос войны в Европу истощит Россию в интересах Великобритании и Австрии. Однако император Александр I настоял на продолжении кампании, считая, что сохранение власти Наполеона в Германии и Варшавском герцогстве неминуемо приведёт к новому вторжению. Переход прусского корпуса И. Йорка к нейтралитету по Таурогенской конвенции (декабрь 1812), вступление русских войск в Польшу и Пруссию, а также подписание Калишского союзного договора с Пруссией 16 (28) февраля 1813 года при финансовой поддержке Англии и участии Швеции положили начало Шестой антинаполеоновской коалиции.
Ход событий и ключевые механизмы
Кампания 1813 года в Германии и «Битва народов»
Весной 1813 года Наполеон быстро восстановил 200-тысячную армию и перехватил инициативу в Саксонии. После кончины М. И. Кутузова в Бунцлау 16 (28) апреля союзное командование приняли П. Х. Витгенштейн, а с мая — М. Б. Барклай-де-Толли.
- Люцен, Бауцен и Плейсвицкое перемирие: Потерпев тактические неудачи при Люцене (2 мая) и Бауцене (20–21 мая), союзники заключили летнее перемирие, позволившее мобилизовать резервы и привлечь в коалицию Австрию (август 1813) на основе Трахенбергского плана: три коалиционные армии (Богемская К. Шварценберга, Силезская Г. Блюхера и Северная Ж. Бернадота) уклонялись от самого Наполеона и громили его маршалов.
- Перелом лета–осени 1813 года: После неудачи под Дрезденом решающей стала победа под Кульмом (29–30 августа), где русская гвардия А. И. Остермана-Толстого и А. П. Ермолова (при участии лейб-гвардии Конного и Кавалергардского полков) с союзниками уничтожила корпус Д. Вандама. Вместе с успехами при Гросберене, Кацбахе и Денневице это подготовило разгром Наполеона в грандиозной Битве под Лейпцигом 16–19 октября 1813 года (св. 300 тыс. союзников, включая 127 тыс. русских, против 190 тыс. французов), после которой Бонапарт отступил за Рейн.
Кампания во Франции 1814 года и марш на Париж
В январе 1814 года союзные армии вступили во Францию. Маневрируя с 40–75 тыс. солдат против 150–200 тыс. коалиционных войск, Наполеон одержал ряд частных побед (в Шестидневной войне над Блюхером, при Мормане и Монтеро), но уступил при Ла-Ротьере, Лаоне и Арси-сюр-Об. Когда в 20-х числах марта Наполеон двинулся к северо-восточным крепостям в Сен-Дизье, рассчитывая угрозой тылу отвлечь противника, перехваченные русскими донесения подтвердили антивоенные настроения и слабую оборону столицы. 12 (24) марта Александр I по совету генерал-квартирмейстера К. Ф. Толя убедил союзников бросить главные силы прямо на Париж, выслав за Наполеоном заслон Ф. Ф. Винценгероде. На следующий день при Фер-Шампенуазе союзная кавалерия разгромила корпуса О. Мармона, Э. Мортье и резерв М.-М. Пакто.
Штурм и капитуляция Парижа (18–19 [30–31] марта 1814 года)
К вечеру 29 марта (н. ст.) свыше 100 тыс. союзных войск (ок. 63 тыс. русских) вышли к слабо укреплённому Парижу, который обороняли до 40 тыс. защитников (22–26 тыс. регулярных войск Мармона и Мортье и до 12 тыс. национальных гвардейцев Б. Монсея под номинальным руководством Жозефа Бонапарта).
- Штурм 18 (30) марта: В центре корпуса М. Б. Барклая-де-Толли (Н. Н. Раевский и Евгений Вюртембергский) с тяжёлыми потерями штурмовали Пантен, Роменвиль и Бельвиль, где в бой были введены гренадеры и русская гвардия А. П. Ермолова. К полудню Силезская армия Блюхера форсировала канал Урк и атаковала Лавилет и Монмартр (корпус А. Ф. Ланжерона), а колонна кронпринца Вюртембергского обошла правый фланг французов через Венсенский лес.
- Капитуляция и вступление в столицу: Бегство Жозефа Бонапарта и угроза артиллерийской бомбардировки с высот Монмартра вынудили Мармона и Мортье принять ультиматум Александра I. В 2 часа ночи 19 (31) марта в Лавилете была подписана капитуляция на условиях, составленных полковником М. Ф. Орловым (французская армия отводилась на северо-запад). В полдень 19 (31) марта император Александр I с гвардией торжественно вступил в Париж.
Источниковедческая база и свидетельства
Корпус источников охватывает журналы военных действий Главного штаба, дипломатические конвенции 1813–1814 годов (Калишская, Рейхенбахские, Шомонская) и документы французского Военного министерства. Ценнейшие детали тактического участия русских гвардейских частей сохранились в материалах «Военной энциклопедии» И. Д. Сытина (очерк о герое Кульма и Фер-Шампенуаза М. А. Арсеньеве) и «Русского биографического словаря» (жизнеописание участника сражений при Лейпциге и Париже Д. И. Шульгина I).
Ключевым свидетельством дипломатической развязки служат записки и письма составителя условий сдачи города полковника М. Ф. Орлова («Капитуляция Парижа», изд. 1963), фиксирующие контраст между подавленностью парижских предместий и энтузиазмом роялистов в центре столицы. Записки офицеров-очевидцев русской армии раскрывают эмоциональное восприятие штурма столицы Франции как «отмщения за Москву» и быстрое крушение наполеоновского режима на парижских улицах.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Завершение Заграничных походов изменило политическое устройство всей Европы:
- Низложение Наполеона и Первый Парижский мир: Лишившись поддержки армии (после отвода корпуса Мармона и давления маршалов во главе с М. Неем), 6 (11) апреля 1814 года Наполеон подписал безусловное отречение в Фонтенбло и был сослан на Эльбу; во Франции восстановилась династия Бурбонов в границах 1792 года.
- Геополитический триумф России: Российская империя утвердилась ведущей континентальной державой, что обеспечило ей ключевую роль на Венском конгрессе; Барклай-де-Толли стал фельдмаршалом, а участники штурма получили медаль «За взятие Парижа 19 марта 1814 года».
- Идейный импульс в русском обществе: Знакомство тысяч офицеров с европейскими конституционными и правовыми порядками способствовало зарождению декабристского движения («детей 1812 года»).
Дискуссии и оценки в историографии
Оценки Заграничных походов эволюционировали от официального патриотизма до глобального логистического анализа. В XIX веке А. И. Михайловский-Данилевский и особенно М. И. Богданович («История войны 1813 года», 1863; «История войны 1814 года», 1865) заложили архивную базу изучения кампаний, отмечая доблесть русской армии при критике нерешительности австрийского командования К. Шварценберга.
В раннесоветской школе М. Н. Покровского походы 1813–1814 годов клеймились как «реакционная интервенция» царизма; позднее (Е. В. Тарле, Л. Г. Бескровный) их признали исторически прогрессивной борьбой за освобождение Европы от наполеоновской гегемонии, хотя и использованной в итоге реакционными монархиями. В современной историографии Н. А. Троицкий и О. В. Орлик акцентировали декабристские последствия походов и конфликт в ставке союзников, а Д. Ливен в монографии «Россия против Наполеона» доказал, что именно русские армейские резервы, финансы, снабжение конницей и политическая воля Александра I стали решающим стержнем победы Шестой коалиции.
