Происхождение, среда и становление
Альфред Лотар Вегенер родился 1 ноября 1880 года в Берлине в семье теолога и преподавателя классических языков Рихарда Вегенера. После покупки поместья близ Райнсберга (1886) он вместе с братом Куртом с детства измерял глубину озёр и составлял карты. Окончив Кёльнскую гимназию лучшим учеником (1899), Вегенер поступил в Берлинский университет, где слушал лекции Вильгельма Фёрстера и Макса Планка, провёл по семестру в Гейдельберге и Инсбруке, а в марте 1905 года защитил докторскую диссертацию по астрономии. Уже в том же году он перешёл в Аэронавтическую обсерваторию в Линденберге, где с братом зондировал атмосферу аэростатами, установив в апреле 1906 года мировой рекорд беспосадочного полёта — 52,5 часа.
Соединение точного физического расчёта с полярным риском проявилось в датской гренландской экспедиции Людвига Мюлиуса-Эриксена (1906–1908), где Вегенер создал первую метеостанцию близ Данмарксхавна и пережил гибель трёх товарищей в ледяной пустыне. Став в 1908 году приват-доцентом в Марбургском университете, он выпустил учебник «Термодинамика атмосферы» (1911) и сблизился с климатологом Владимиром Кёппеном, на дочери которого Эльзе женился в 1913 году. Именно взгляд физика-аэролога, не скованного цеховыми догмами классической геологии, позволил Вегенеру по-новому увидеть строение земной коры.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
В 1910–1911 годах, сопоставив подводные шельфы по обе стороны Атлантики и ознакомившись с критикой теории «затонувших сухопутных мостов» как противоречащей изостазии, Вегенер сформулировал гипотезу горизонтального дрейфа материков. 6 января 1912 года он впервые изложил её во Франкфурте-на-Майне, а затем развернул в монографии «Происхождение континентов и океанов» (1915; дополненные издания выходили до 1929 года). Учёный предположил, что лёгкие материковые блоки («сиаль») некогда составляли единый праконтинент Пангею и расходятся поверх более плотного субстрата («симы»), подкрепляя вывод палеонтологическим, стратиграфическим и палеоклиматическим сходством Южной Америки, Африки, Индии и Австралии.
Столь же значительным был его вклад в полярные исследования, метеорологию и планетологию. Во второй гренландской экспедиции 1912–1913 годов с Йоханом Кохом четверо исследователей впервые перезимовали на внутреннем ледниковом щите при температурах ниже −45 °C и пересекли Гренландию в широчайшем месте. Возглавив в 1919 году отдел теоретической метеорологии Морской обсерватории в Гамбурге, а в 1924 году получив профессуру в Граце, Вегенер вместе с Кёппеном и при участии Милутина Миланковича издал труд «Климаты геологического прошлого» (1924), связав древние оледенения с дрейфом материков и орбитальными циклами. Кроме того, он составил первую европейскую климатологию смерчей (1917), отстаивал ударно-метеоритное происхождение лунных кратеров и выдвинул смелую гипотезу «геокорония» для объяснения зелёной линии полярных сияний (позже отнесённой к атомарному кислороду).
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Первая мировая война оборвала мирные исследования: в 1914–1915 годах офицер запаса Вегенер был дважды ранен на фронте в Бельгии и переведён в армейскую метеослужбу, где между разъездами подготовил первое издание своего главного труда. Когда после войны теория дрейфа получила международную известность, академический истеблишмент ответил жёстким отпором. Немецкий геолог Макс Земпер ещё в 1917 году высмеивал вмешательство метеоролога в чужую науку, а на симпозиуме Американской ассоциации нефтяных геологов в Нью-Йорке в ноябре 1926 года Чарльз Шухерт и Франц Коссмат отвергли гипотезу. Слабым местом концепции оставалась физика процесса: центробежная сила вращения Земли и приливное трение не могли проломить твёрдое океаническое дно, а скорость расхождения Гренландии и Европы Вегенер завышал примерно в сто раз (250 см в год вместо реальных 2,5 см).
Последний трагический поворот определила организованная при господдержке Германии третья и четвёртая гренландская экспедиция (1929–1931) по изучению толщины льда и полярного антициклона. В 1930 году ледовая блокада задержала высадку на шесть недель, моторные сани не справились со снегом, а морозы до −60 °C парализовали доставку грузов на центральную станцию «Айсмитте». Пробившись туда на собачьих упряжках 30 октября и отпраздновав 1 ноября своё пятидесятилетие, Вегенер из-за ошибочной оценки остатков провизии отправился с 27-летним гренландцем Расмусом Виллумсеном обратно к западному побережью. Истощённый перенапряжением учёный скончался от сердечной недостаточности в середине ноября на полпути и был найден лишь в мае 1931 года под лыжами, воткнутыми в снег его пропавшим спутником.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Реабилитация идей Вегенера стала классическим примером научной революции XX века. В 1930–1940-х годах шотландский геолог Артур Холмс указал на тепловую конвекцию в мантии Земли как движущую силу перемещения плит, а в 1950–1960-х годах исследования палеомагнетизма (С. Ранкорн, П. Блэкетт), карты океанического дна Мари Тарп и Брюса Хизена, открытие спрединга и зон субдукции Вадати — Бениоффа превратили гипотезу дрейфа в современную теорию тектоники плит. С 1993 года движение материков напрямую фиксируется спутниковой системой GPS.
Новейшая историография пересмотрела упрощённый миф о Вегенере как о «непризнанном одиночке»: ещё в 1920-е годы его концепцию поддержали крупные европейские и южнополушарные геологи (Эмиль Арган, Александр дю Туа), тогда как дольше всего сопротивлялась североамериканская школа «перманентизма». Имя учёного носят основанный в 1980 году Институт полярных и морских исследований в Бремерхафене, медаль Европейского союза наук о Земле, полуостров в Гренландии, кратеры на Луне и Марсе и астероид.
