Происхождение, среда и становление
Георгий Николаевич Данелия родился 25 августа 1930 года в Тифлисе в семье, соединившей советскую техническую интеллигенцию и старую грузинскую культуру. Его отец Николай Дмитриевич Данелия, выходец из крестьян, стал главным инженером Метростроя Москвы и получил в годы войны звание генерал-майора за строительство подземных командных пунктов, а мать Мери Ивлиановна Анджапаридзе происходила из дворянского рода, работала вторым режиссёром на «Мосфильме» и Тбилисской киностудии и стала лауреатом Сталинской премии первой степени (1950); тётя Верико Анджапаридзе и её муж Михаил Чиаурели принадлежали к элите советской сцены и экрана, а двоюродная сестра Софико Чиаурели позднее снялась у Данелии. С 1931 года мальчик рос в Москве, проведя два первых военных года (1941–1943) в эвакуации в Тбилиси.
Снимаясь подростком в массовках картин Чиаурели, Данелия всё же выбрал сначала архитектуру и в 1955 году окончил МАРХИ, после чего работал архитектором в Институте проектирования городов. Однако уже в 1956 году он поступил в первый набор Высших режиссёрских курсов при «Мосфильме» в мастерскую Михаила Калатозова, ассистировал Григорию Рошалю на «Хождении по мукам» (где познакомился со своей многолетней спутницей жизни Любовью Соколовой) и с 1959 года стал режиссёром «Мосфильма». Архитектурная выучка воспитала в нём редкое чувство городского пространства и точной композиции кадра.
Дебютный фильм «Серёжа» (1960), поставленный совместно с Игорем Таланкиным по повести Веры Пановой с участием Сергея Бондарчука и Ирины Скобцевой, мгновенно заявил о рождении нового мастера лирического психологизма и завоевал «Хрустальный глобус» кинофестиваля в Карловых Варах.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
После ленты «Путь к причалу» (1962) Данелия в 1963 году вместе со сценаристом Геннадием Шпаликовым поставил программную картину оттепели «Я шагаю по Москве» (с дебютантом Никитой Михалковым), отмеченную в программе Каннского кинофестиваля 1964 года. Чтобы защитить бессюжетную на взгляд Художественного совета интонацию картины, режиссёр придумал определение «лирическая комедия», закрепившееся как название целого направления советского кино. В конце 1960-х — 1970-е годы он превратил эту формулу в глубокую трагикомедию («Не горюй!», 1968; «Совсем пропащий», 1973), совмещавшую массовый зрительский успех с экзистенциальной горечью.
Как сценарист и художественный руководитель «Джентльменов удачи» Александра Серого (1971, в соавторстве с Викторией Токаревой) Данелия обеспечил картине 65 миллионов зрителей, а его собственный фильм «Афоня» (1975) собрал 62,2 миллиона человек. Международное признание закрепили «Мимино» (1977, Золотой приз X ММКФ и Госпремия СССР) и «Осенний марафон» (1979, «Золотая раковина» в Сан-Себастьяне, две премии Пазинетти в Венеции и Госпремия РСФСР). В 1982 году вышла драма «Слёзы капали», а в 1986 году — культовая фантастическая антиутопия «Кин-дза-дза!», в гротескной притче предсказавшая социальный и культурный распад позднего СССР (в 2013 году режиссёр выпустил её анимационную версию «Ку! Кин-дза-дза»).
Важнейшей частью его наследия осталась организационная, сатирическая и литературная работа. В 1967–1974 годах он снял ряд сюжетов для киножурнала «Фитиль» (включая «Трезвый подход» с Евгением Леоновым), руководил Экспериментальным творческим объединением (1965–1969), Высшими курсами сценаристов и режиссёров (с 1967, в 2019 году ВКСР присвоено его имя), Объединением комедийных и музыкальных фильмов (1975–1987) и студией «Ритм» на «Мосфильме» (с 1987), в 2015 году создал в Петербурге «Театр Георгия Данелия», а также написал мемуарную трилогию («Безбилетный пассажир», «Тостуемый пьёт до дна», «Кот ушёл, а улыбка осталась»).
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Карьера Данелии требовала постоянной дипломатии с цензурой. Когда Геннадий Шпаликов попал в опалу после критики Никитой Хрущёвым «Заставы Ильича», Данелия лично убедил зампреда Госкино Владимира Баскакова разрешить съёмки «Я шагаю по Москве». Однако сатирическую комедию «Тридцать три» (1965) с Евгением Леоновым быстро сняли с проката и положили «на полку». Позднее режиссёр с горечью вспоминал её судьбу: «Двадцать пять лет картина была запрещена, и все двадцать пять лет она время от времени появлялась на экранах — в клубах, в воинских частях и даже в кинотеатрах на окраинах Москвы…»
После запрета сатиры Данелия сознательно перешёл к иносказательной трагикомедии, сделав Леонова своим «талисманом», а Резо Габриадзе, Вахтанга Кикабидзе и композиторов Андрея Петрова и Гию Канчели — постоянными соавторами. Рубеж 1970–1980-х годов принёс тяжёлые личные испытания: в 1980 году режиссёр пережил клиническую смерть из-за перитонита и провёл год в больнице, а в 1985 году в возрасте 26 лет погиб его сын Николай Соколов-Данелия.
В перестройку и постсоветскую эпоху картины «Паспорт» (1990), «Настя» (1993) и «Орёл и решка» (1995), принесшие режиссёру Государственную премию РФ (1997), отразили смятение человека на сломе государств. Народный артист СССР (1989) выступал за защиту Музея кино и Наума Клеймана, а войну в Грузии в августе 2008 года встретил словами: «Мне жаль, что я дожил до сегодняшнего дня». Умер Георгий Данелия 4 апреля 2019 года в Москве и похоронен на Новодевичьем кладбище.
Наследие, влияние и оценки в историографии
В истории отечественного кино Данелия стоит рядом с Леонидом Гайдаем и Эльдаром Рязановым как мастер, создавший собственный интонационный канон на границе народной комедии и философской притчи. Сквозные мотивы его фильмов — мистификация с вымышленным актёром Рене Хобуа в титрах, повторяющаяся народная песня «На речке, на речке» и кольцевые сюжеты — воспринимаются киноведами как единая авторская вселенная, фиксирующая хрупкость человеческих связей перед абсурдом истории.
Одновременно Данелия вошёл в историю как связующая фигура русской и грузинской культур (чему Гия Канчели посвятил сочинения «Маленькая Данелиада» и «…à la Duduki») и педагог ВКСР. Его именем названа улица в Тбилиси и Высшие курсы сценаристов и режиссёров в Москве, на доме № 23 по Чистопрудному бульвару в 2024 году открыта памятная доска работы Георгия Франгуляна, а цитатность «Мимино», «Осеннего марафона» и «Кин-дза-дза!» стала частью культурной памяти.
