От навигационных таблиц к бюджетному конфликту и замыслу 1837 года
В начале XIX века навигация, артиллерия, астрономия и страхование Британской империи опирались на печатные математические таблицы, однако ручной расчёт и набор в типографиях порождали опасные ошибки. Идею автоматического счёта на конечных разностях ещё в 1784–1786 годах описал гессенский инженер Иоганн Мюллер (не найдя финансирования), а в 1790-х годах француз Гаспар де Прони организовал в Париже трёхуровневую вычислительную мануфактуру, сведя расчёт таблиц к массовому рутинному сложению и вычитанию.
Изучив опыт де Прони, английский математик Чарльз Бэббидж в 1819–1822 годах решил заменить «живых вычислителей» паровой шестерёнчатой машиной с прямой печатью матриц. После показа малой модели в Королевском астрономическом обществе (июнь 1822 года) и поддержки Королевского общества британское казначейство выделило в 1823 году начальные 1500–1700 фунтов стерлингов. Однако полномасштабная Разностная машина № 1 (20-значные числа, шестые разности) требовала около 25 000 прецизионных деталей массой до 4 тонн. К 1832–1833 годам мастер Джозеф Клемент собрал лишь одну седьмую часть аппарата, после чего небывалая точность металлообработки, споры за оснастку и срыв сроков остановили работу.
К 1842 году правительство потратило свыше 17 000 фунтов стерлингов без единой готовой таблицы, а сам Бэббидж с 1837 года переключился на ещё более грандиозную Аналитическую машину. Для кабинета премьера Роберта Пиля старый заказ утратил смысл до завершения, поэтому в 1842 году государственное финансирование окончательно закрыли, оставив универсальный компьютер XIX века на чертежах.
Архитектура «мельницы» и «склада» и программирование на перфокартах
Если Разностная машина лишь многократно складывала числа для аппроксимации многочленов, то Аналитическая машина 1837 года задумывалась как универсальный цифровой компьютер (теоретически полный по Тьюрингу). Десятичный агрегат размером с локомотив должен был работать от парового двигателя и включать более 50 000 зубчатых колёс. Бэббидж впервые отделил обработку данных от их хранения и внешнего кода.
Вычисления выполняла «мельница» (mill) — механический прототип арифметико-логического устройства (АЛУ), поддерживавший все четыре действия (вычитание — через дополнение до десяти, как современный дополнительный код). Данные хранились в отдельном блоке памяти — «складе» (store), набранном из вертикальных колонн счётных дисков и вмещавшем сотни многоразрядных чисел. Результат передавался на автоматический принтер и штамп стереотипных клише.
Управлять машиной должны были сшитые перфокарты по образцу станка Жаккара в трёх независимых потоках: перфокарты операций задавали арифметическое действие, перфокарты переменных адресовали столбцы «склада», а числовые перфокарты загружали константы и заменяли внешнюю память. Механизм позволял проверять знак результата для условного ветвления и перематывать цепочки карт в циклы.
Туринские лекции, Ада Лавлейс и успехи более простых конкурентов
Не получив средств в Лондоне, в 1840 году Бэббидж прочёл лекции о своём проекте в Турине. Преподаватель артиллерийской академии Луиджи Менабреа в 1842 году опубликовал их конспект на французском, а в 1843 году английский перевод подготовила Ада Августа Лавлейс — дочь лорда Байрона и ближайший научный собеседник Бэббиджа.
Её комментарии («Примечания»), втрое превысившие объём статьи, стали манифестом грядущей эры программного обеспечения. В Примечании G Лавлейс составила таблицу команд и переходов регистров для вычисления чисел Бернулли — первую опубликованную компьютерную программу. Там же она проницательно отметила, что аналитическая машина способна оперировать не только числами, но любыми формализованными символами (вплоть до нотных партитур), строго выполняя лишь то, что предписано алгоритмом.
Тем временем коммерческую нишу заняли куда более скромные специализированные конструкции. Шведские изобретатели Пер Георг и Эдвард Шутцы в 1843–1853 годах за государственную субсидию построили компактную 15-значную Разностную машину (золотая медаль в Париже 1855 года), проданную в США (обсерватория Дадли) и Великобританию (1859). Позднее удачные разностные аппараты выпускали Мартин Виберг (1859–1875), Джордж Грант (1876) и Кристель Хаманн (1909), а в 1912–1931 годах Лесли Комри приспособил к конечным разностям серийные бухгалтерские машины Burroughs и Brunsviga.
Реабилитация чертежей в XX веке и место в культуре
Между 1846 и 1849 годами Бэббидж создал более экономную «Разностную машину № 2» (31-значные числа, седьмые разности), но также не довёл её до металла. После смерти изобретателя в 1871 году его сын Генри Прево Бэббидж собрал и продемонстрировал в 1906–1910 годах рабочий фрагмент «мельницы» и печати Аналитической машины, подтвердив корректность базовой механики.
Бэббидж предвидел, что пройдёт полвека, прежде чем кто-то вернётся к его задаче. В 1940-е годы архитектуру раздельной памяти, процессора и программного управления переоткрыли Говард Айкен (Гарвардский «Марк I», 1944), Конрад Цузе, Алан Тьюринг и создатели ЭНИАКа / EDVAC, перешедшие от тяжёлых шестерён к реле и электронным лампам.
Многолетний спор о том, не заклинили бы механизмы Бэббиджа при викторианской технологии, решился лишь на стыке XX–XXI веков: под руководством Аллана Бромли и Дорона Свейда лондонский Музей науки в 1985–1991 годах собрал действующую Разностную машину № 2 (8000 деталей, 5 тонн), а к 2002 году — её стереотипный принтер (дубликат по заказу Натана Мирвольда выставлен в США). Обе машины безупречно заработали при допусках XIX века, закрепив образ Бэббиджа как пророка цифровой эпохи и иконы жанра стимпанк, включая знаменитый роман Уильяма Гибсона и Брюса Стерлинга «Машина различий» (1990).
