Определение, этимология и основные измерения
Глобализация — процесс всемирной экономической, политической, культурной и социальной интеграции и унификации, превращающий национальные хозяйства в взаимосвязанные элементы единого мирового рынка и сетевой геоэкономики. Его последствиями становятся углубление мирового разделения труда, трансграничная миграция капитала, рабочей силы и технологий, стандартизация правовых и производственных норм и относительное ослабление традиционного государственного суверенитета.
Само слово «глобализация» в значении интенсивной международной торговли употребил ещё Карл Маркс в письме Фридриху Энгельсу конца 1850-х годов: «Теперь мировой рынок существует на самом деле. С выходом Калифорнии и Японии на мировой рынок глобализация свершилась». В англоязычной литературе термин эпизодически появлялся с 1930-х годов; в начале 1960-х годов французский экономист Франсуа Перру ввёл понятие mondialisation, а в середине 1980-х годов его популяризировал Теодор Левитт. Массовое распространение в науке слово получило в 1990-е годы. Современная глобалистика описывает явление многомерно: М. Стегер выделяет экономическое, политическое, культурное, экологическое и идеологическое измерения; Д. Хелд с соавторами оценивают глобализацию по протяжённости, интенсивности, скорости и воздействию; П. Джеймс разграничивает перемещение людей, институциональных агентов, товаров и данных, отмечая, что в XXI веке циркуляция финансов и кодов максимально дерегулирована на фоне ограничений на миграцию людей.
Исторические волны и феномен деглобализации
В историографии выделяют четыре волны глобализации. Архаическая глобализация (до рубежа XVI–XVII вв.) связывала очаги Старого Света — от торговли Шумера и Хараппы (А. Г. Франк) и эллинизма до Великого шёлкового пути и Монгольской империи XIII века, оставаясь полицентричной. Протоглобализация (ок. 1600–1800), охарактеризованная Э. Г. Хопкинсом и К. Бейли (тогда как И. Валлерстайн возводил «европейскую мировую экономику» к XII–XIII и XVI–XVII вв., а Д. Флинн и А. Хиральдес — к экспедиции Магеллана–Элькано), опиралась на Португальскую (1415) и Испанскую (1492) морские империи, Колумбов обмен и первые акционерные корпорации — Английскую (1600) и Голландскую (1602) Ост-Индские компании.
Модерная волна (1815–1914) выросла из Промышленной революции, пароходства, железных дорог и колониализма: европейский экспорт вырос примерно в 40 раз, но в 1930-е годы Великая депрессия и протекционистские тарифы 1930–1931 годов вызвали резкое свёртывание торговли. Современная глобализация (с 1945 г.) опиралась на Бреттон-Вудскую систему, ГАТТ (1947; прорыв Кеннеди-раунда 1964–1967 гг.) и ВТО (1995), интермодальные контейнеры М. Маклина (1956, снизившие цену погрузки с 6 долл. до 0,16 долл. за тонну), авиацию, распад СССР, единый рынок ЕС (1992) и Интернет. В 1950–2000 годах мировая торговля выросла в 20 раз против шестикратного роста производства, а доля экспорта поднялась с 8% до 26,4%. Однако после 2008 года, а особенно в 2018–2023 годах (торговая война США и Китая, пандемия COVID-19, политика возврата производств reshoring и санкционный разрыв 2022 года) усилилась деглобализация: по оценкам МВФ, фрагментация грозит потерей от 0,2% до 7% мирового ВВП.
Воздействие на экономику, культуру и экологию
Экономическая глобализация проявилась в круглосуточных финансовых рынках и переносе трудоёмких производств ТНК в развивающиеся страны с 1970-х годов (к 2010 г. свыше 50% мирового экспорта обуви, одежды и игрушек приходилось на контрактные заводы; так, на Nike в 2011 г. работали 490 тыс. человек в Восточной Азии и 256 тыс. в Южной Азии). Информационные технологии породили также трансграничный аутсорсинг программирования, колл-центров и даже медицинских расшифровок. В культуре глобальная стандартизация (иллюстрируемая «индексом Биг-Мака» журнала The Economist) сочетается с локальной адаптацией меню ТНК и вкладом неамериканских компаний (IKEA, ICQ, Skype). При этом опрос World Values Survey (65 стран) показал стойкость базовых традиционных ценностей, но глобализация ускорила вымирание языков (по оценке В. А. Плунгяна, более 30% из 700 умолкших языков исчезли за последние 60 лет), трудовую миграцию и экологические риски — перенос вредных производств и утрату биоразнообразия из-за инвазивных видов.
Социальную асимметрию процесса отразила Декларация тысячелетия ООН от 8 сентября 2000 года:
«Мы считаем, что главной задачей, стоящей перед нами сегодня, является обеспечение того, чтобы глобализация стала позитивным фактором для всех народов мира. Это связано с тем, что, хотя глобализация открывает широкие возможности, ее благами сейчас пользуются весьма неравномерно и неравномерно распределяются ее издержки.»
Историография, теоретические подходы и критика
В теории глобализации сосуществуют историко-экономический (И. Валлерстайн о капиталистической мир-системе и У. Робинсон о транснациональной фрагментации с 1980-х гг.), социологический (Э. Гидденс о сближении удалённых социальных отношений, Р. Робертсон о сжатии мира), геополитический (Д. Хелд) и популяризаторский (Т. Фридман о «плоском мире») подходы. Культурологи спорят, ведёт ли процесс к вестернизации или к формированию многомерного глобального общества и социомедийной интеграции.
Острая научная и общественная критика направлена против неолиберального варианта глобализации. Экономист Дж. Стиглиц доказывает, что политика ВТО и МВФ защищает интересы развитых держав, порождая деиндустриализацию, безработицу и долговую зависимость периферии. Исследователи указывают на «гонку на дно» в трудовом праве и рост незащищённого прекариата, а также на углубление разрыва между «золотым миллиардом» и остальным миром (М. И. Кодин, Н. С. Розов, В. А. Ламин). При этом Дж. Стиглиц и Н. Хомский призывают различать объективную глобализацию и её корпоративно-рыночную модель, противопоставляя антиглобализму программу альтерглобализма (Всемирный социальный форум).
