Понятие, признаки и типология колониализма
Колониализм (от лат. colonia — «поселение», colonus — «земледелец») — система политического, экономического, военного и культурного господства держав-метрополий над зависимыми, как правило географически удалёнными территориями и инонациональным населением. В науке различают колонизацию как процесс освоения или захвата земель (известный с античности) и колониализм Нового времени как систему неравноправной зависимости и её идеологического обоснования, а также отличают его от более широкого понятия империализма.
Историк Юрген Остерхаммель определяет колониализм как отношения между коренным (или насильно завезённым) большинством и меньшинством иноземных завоевателей, где ключевые решения принимаются в далёкой метрополии людьми, убеждёнными в собственном превосходстве. Признаками колонии выступают особый несамостоятельный статус (прямое правление генерал-губернатора либо режим протектората и кабальных договоров), эксплуатация ресурсов и труда, дискриминация коренного населения и культурная экспансия. В исследованиях выделяют поселенческие колонии (США, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Аргентина, ЮАР — массовая иммиграция с вытеснением аборигенов), сырьевые/эксплуатационные (Индия, большая часть Африки), смешанные, а также торговый (полуколониальное принуждение вроде Опиумных войн в Китае) и внутренний колониализм.
Этапы становления и трансформации системы
Колониальная система Нового времени зародилась в эпоху Великих географических открытий XV века (завоевание Канарских островов, экспедиции Колумба 1492 г. и Васко да Гамы 1498 г.; Алкасовашский 1479 г. и Тордесильясский 1494 г. договоры о разделе мира между Испанией и Португалией). На этапе раннего Нового времени (XV–XVIII вв.) в рамках меркантилизма господствовали военно-конфискационный грабёж, системы принудительного труда энкомьенда и репартимьенто, трансатлантическая работорговля и монопольные компании (Ост-Индские компании, чья политика в Бенгалии вызвала голод 1769–1773 гг. с 10 млн жертв). Первая волна распада империй прошла в 1775–1833 годах (США, Гаити, Испанская и Португальская Америка).
В XIX — начале XX века промышленная революция превратила колонии в рынки сбыта фабричных товаров и аграрно-сырьевые придатки (экспорт британских хлопчатобумажных тканей в Индию в 1814–1835 гг. вырос в 65 раз), а компании уступили место прямому государственному управлению. Крупнейшей державой стала Великобритания (Индия, опора в Китае, Азии и Африке); Франция подчинила Алжир и Индокитай; с 1880-х годов развернулась «борьба за Африку» при участии Германии, Бельгии (личное владение Леопольда II в Конго), Италии, США и Японии. Если в 1800 году под контролем колониальных держав было 35% суши, то к 1914 году — уже 84%, а население колоний составило около 560 млн человек. После Первой и особенно Второй мировой войны (1945–1975) колониальные империи распались в ходе деколонизации, уступив место непрямой экономической и политической зависимости — неоколониализму (термин Ж.-П. Сартра, 1956).
Методы управления и исторические последствия
Экспансия опиралась на военно-технологическое преимущество (океанские суда, огнестрельное оружие), принцип «разделяй и властвуй» (разжигание племенной и конфессиональной розни, набор туземных войск — сипаев, гуркхов, зуавов) и идеологию «цивилизующей миссии» и «бремени белого человека».
Для Европы колониальный приток богатств и работорговля ускорили развитие банков, науки и капиталистической индустрии. Для покорённых народов последствия были драматичными: разорение традиционной экономики, массовое насилие (Алжир, Конго, геноцид гереро и нама в 1904–1908 гг., концлагеря Англо-бурской войны) и эпидемиологическая катастрофа из-за завезённых оспы, кори и гриппа, унёсших, по ряду оценок, до 95% коренного населения Америки и половину аборигенов Австралии. Одновременно колониализм способствовал появлению инфраструктуры, современной медицины (испанская оспенная миссия 1803 г., вакцинация В. Хавкина в Индии), новых социальных институтов и глобального культурного обмена.
Историография и современные дискуссии
Критическое переосмысление колониализма развернулось в XX веке. Ещё экономист Гровер Кларк в 1930-е годы показал, что военные и административные расходы на удержание колоний превышали выгоды для бюджета метрополий, обогащая лишь частные корпорации. В 1960 году Декларация ООН № 1514 закрепила, что «подчинение народов иностранному игу и господству и их эксплуатация являются отрицанием основных прав человека».
В современной институциональной экономике Дарон Аджемоглу и Джеймс Робинсон («Почему одни страны богатые, а другие бедные», 2012) объяснили глобальное неравенство наследием «экстрактивных» институтов, созданных колонизаторами для выкачивания ренты в Африке, Азии и Латинской Америке (в противовес «инклюзивным» институтам переселенческих колоний). Политолог Дирк Мозес отмечает безвыходность положения покорённых обществ: «коренные и оккупированные народы оказываются в невозможной ситуации. Если они сопротивляются силой, их жестоко подавляют. Если они этого не делают, государства будут игнорировать менее интенсивное, но непрерывное насилие, которому они подвергаются». Наряду с постколониальной теорией (Э. Саид) в историографии активно изучаются феномены континентальных империй и «внутренней колонизации» (А. Эткинд, С. Абашин).
