Определение и отличительные признаки тоталитарного режима
Тоталитаризм (от лат. totalis — «весь, целый, полный») — политический режим и политологическая концепция, описывающая стремление власти к всеобъемлющему (тотальному) контролю над общественной и частной жизнью граждан. В отличие от авторитаризма, который, по Джин Киркпатрик («Диктатура и двойные стандарты», 1978) и Хуану Линцу, нацелен на сохранение власти и допускает ограниченную автономию церкви, прессы или бизнеса, тоталитарное государство стремится преобразовать само общество и человека на основе единой обязательной идеологии и массовой мобилизации.
Классическую модель явления разработали Карл Фридрих и Збигнев Бжезинский в труде «Тоталитарная диктатура и автократия» (1956). Сопоставив сталинский СССР, нацистскую Германию и фашистскую Италию, они сформулировали перечень признаков (сначала 6, затем 8 и более): единственная всеобъемлющая идеология, единственная партия во главе с диктатором, сросшаяся с госаппаратом и тайной полицией, массовые репрессии, жёсткая цензура и монополия на СМИ, централизованная экономика, партийный контроль над армией и стирание границ между государством и личностью — при принципиальном отсутствии правовых пределов власти.
Возникновение термина и эволюция концепции
Понятие «тоталитарное государство» (итал. stato totalitario) появилось в начале 1920-х годов в Италии как критика режима Б. Муссолини у Джованни Амендолы (1923) и Луиджи Стурцо (1926). Затем термин переосмыслили в положительном ключе сами фашисты: философ Джованни Джентиле (1926) и Муссолини в статье «Доктрина фашизма» (1931) сформулировали принцип «Всё в рамках государства, ничего вне государства, ничего против государства». В Германии правовед Карл Шмитт в работе «Понятие политического» (1927) ввёл понятие der Totalstaat («тотальное государство»), в 1933 году Йозеф Геббельс объявил его целью нацистов, а в 1937 году схожей риторикой пользовался Ф. Франко в Испании.
С середины 1920–1930-х годов понятие распространилось на сравнительный анализ фашизма и сталинского СССР — у анархистов А. Борги и В. Волина, в книге Л. Д. Троцкого «Преданная революция» (1936), у Дж. Дьюи, Э. Галеви, позднее У. Черчилля и Г. Трумэна (1947). Научное закрепление концепция получила на симпозиуме в США (1952) и в трудах К. Поппера («Открытое общество и его враги», 1945), Х. Арендт («Истоки тоталитаризма», 1951) и Дж. Талмона (1952, термин «тоталитарная демократия»). В СССР термин официально относили только к фашистским и буржуазным диктатурам, пока в перестройку он не вошёл в широкую критику сталинского наследия, отразившись в преамбуле Закона РФ 1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий».
Исторический контекст XX века и интеллектуальные истоки
Учёные связывают тоталитаризм с эпохой индустриального модерна, массовой политикой и современными технологиями пропаганды. Историк Энцо Траверсо выводит идею тотального государства из опыта «тотальной войны» 1914–1918 годов, а Уильям Рубинштейн связывал «эпоху тоталитаризма» с крушением традиционных элит Европы после Первой мировой войны, породившим Холокост и массовые репрессии.
Интеллектуальную генеалогию явления исследователи возводили к разным источникам: К. Поппер — к утопиям Платона, Гегеля и Маркса (что многие историки критиковали как антиисторизм); Э. Фёгелин — к «политической религии»; Дж. Талмон — к радикальному демократизму Руссо, Робеспьера и Бабёфа; М. Хоркхаймер и Т. Адорно — к инструментальной рациональности Просвещения. Ханна Арендт главной причиной видела атомизацию общества, причём отличала режим Муссолини (где государство оставалось выше партии) от нацизма и сталинизма и не считала ленинский режим тоталитарным. В литературе классические образы тоталитарного общества создали Е. И. Замятин в романе «Мы» (1924), О. Хаксли и Дж. Оруэлл.
Историографические споры и критика концепции
После смерти Сталина (1953) и хрущёвской «оттепели», а затем и распада СССР (1991) классическая модель утратила монополию, не объяснив внутреннее реформирование и крушение коммунистических режимов. С конца 1960–1970-х годов развернулась полемика между традиционалистами (Р. Пайпс, З. Бжезинский), выводившими сталинизм напрямую из 1917 года и ленинизма, и школой ревизионистов (М. Левин, Р. Такер, С. Коэн, Ш. Фицпатрик, Дж. Арч Гетти, Р. Суни), акцентировавших социальную историю, ведомственный хаос («неэффективный тоталитаризм») и массовую поддержку снизу.
В современных трудах (Ш. Фицпатрик и М. Гейер, 2008; Э. Хобсбаум, Р. Сервис) подчёркивается качественное различие между логикой сталинской насильственной модернизации и нацистским расовым истреблением, а германские функционалисты (Х. Моммзен, И. Кершоу вслед за Ф. Нейманом) описывают Третий рейх как конкурентную поликратию ведомств. Тем не менее многие социологи и историки (например, М. Манн) сохраняют сравнительную рамку тоталитаризма при изучении диктатур XX века с учётом реальных пределов госконтроля.
