Предпосылки и исторический контекст
Воцарение династии Аббасидов в 750 году стало результатом глубокого кризиса Омейядского халифата (661–750). За столетие стремительных завоеваний исламская держава протянулась от Пиренеев до Синда и Мавераннахра, однако политическая власть и налоговые привилегии оставались монополией узкой сирийско-арабской аристократии. Новообращённые мусульмане неарабского происхождения (мавали — главным образом иранцы, арамеи и согдийцы) нередко продолжали нести тяжёлое налоговое бремя наравне с немусульманами и оставались на положении неполноправных клиентов арабских племён. Одновременно нарастало недовольство шиитов и хариджитов, считавших Омейядов узурпаторами, отстранившими от власти род пророка Мухаммеда (Хашимитов), а внутри самой сирийской элиты обострились межплеменные распри между кайситами и кальбитами.
Тайное антиомейядское движение (да'ва) возглавили потомки дяди Пророка — аль-Аббаса. Они опирались на версию о передаче имамата от алида Абу Хашима к Мухаммаду ибн Али, что позволило объединить под «чёрными знамёнами» сторонников дома Пророка (Алидов), отстранённых арабов-йеменитов и неарабское население Ирана. Главной базой переворота стал отдалённый и богатый Хорасан на северо-востоке Ирана, где после смерти халифа Хишама (743) династическая усобица Омейядов открыла путь к открытому восстанию.
Ход событий и ключевые механизмы
Пятивековая история Аббасидского халифата и его столицы Багдада распадается на несколько отчётливых этапов — от революционного переустройства империи и культурного расцвета до феодальной децентрализации и монгольской катастрофы.
Аббасидская революция и учреждение Багдада (747–775)
- Восстание в Хорасане и битва на Большом Забе (747–750): в июне 747 года проповедник и полководец иранского происхождения Абу Муслим поднял восстание в Мерве. Его армия под командованием Кахтабы разгромила силы омейядского наместника при Горгане и Нехавенде (748–749). После гибели имама Ибрахима в тюрьме в Куфе в ноябре 749 года халифом провозгласили его брата Абу-ль-Аббаса ас-Саффаха. В начале 750 года на реке Большой Заб был разгромлен последний омейядский халиф Марван II (убитый в Египте); уцелевший царевич Абд ар-Рахман бежал на Запад и в 756 году основал независимый Кордовский эмират.
- Консолидация и перенос центра в Ирак: второй халиф Абу Джафар аль-Мансур (754–775) жестоко устранил бывших союзников и потенциальных соперников — в том числе самого Абу Муслима (755) — и подавил мятеж алида ан-Нафса аз-Закийи в Хиджазе (762). В 751 году войска халифата с карлуками одержали победу над танской армией в Таласской битве, закрепив влияние ислама в Мавераннахре, а в 756 году аль-Мансур даже отправил в Китай вспомогательный отряд против мятежника Ань Лушаня.
- Основание Багдада (30 июля 762 г.): отказавшись от враждебного Дамаска и беспокойной шиитской Куфы, аль-Мансур заложил новую столицу на западном берегу Тигра близ древнего Ктесифона, официально назвав её Мадинат ас-Салам («Город мира»). Круглый город (диаметром ок. 2 км) с двойными стенами, четырьмя воротами и зелёным куполом халифского дворца в центре воплощал идею космополитической мировой империи на перекрёстке караванных и речных путей от Средиземноморья до Индии и Китая (позднее, по свидетельству Ибн Хордадбеха, туда доходили и купцы ар-Рус).
Административная перестройка и «Золотой век ислама» (775–861)
- Везират и бюрократизация: при аль-Мансуре и Харуне ар-Рашиде (786–809) опорой трона вместо арабской родовой знати стала профессиональная бюрократия во главе с визирем — первоначально эту роль играла влиятельная иранская семья Бармакидов (до её внезапной опалы в 803 г.). Халиф превращался из племенного военного вождя в священного верховного имама всей уммы, где вера стояла выше этничности.
- Расцвет науки, переводческое движение и Дом мудрости: в VIII–IX веках Багдад, насчитывавший к X столетию до 0,9–1,2 млн жителей (а по некоторым оценкам и выше), стал крупнейшим интеллектуальным центром Евразии. При аль-Мансуре, Харуне ар-Рашиде и особенно аль-Мамуне (813–833) развернулось щедро финансируемое государство переводческое движение, передавшее на арабский язык корпуса греческой, сирийской, среднеперсидской и индийской науки. В Багдадском Доме мудрости (Байт аль-Хикма) и столичных библиотеках работали Хунайн ибн Исхак, основоположник алгебры аль-Хорезми, философ аль-Кинди, механики братья Бану Муса, астрономы и математики, а позже — оптики и физики Ибн аль-Хайсам (Альхазен) и Ибн Сахль. Вместе с тем попытка аль-Мамуна насильственно утвердить рационалистическое учение мутазилитов о сотворённости Корана (михна, 833–848) вызвала отпор суннитских богословов (ханбалитов) и способствовала оформлению ашаритского и матуридитского калама.
- Четвёртая фитна и Самарра: раздел престолонаследия Харуном ар-Рашидом вызвал кровопролитную войну между аль-Амином и аль-Мамуном (двухлетняя осада Багдада и казнь аль-Амина в 813 г.). Не доверяя прежним хорасанским войскам, халиф аль-Мутасим (833–842) создал личную гвардию из тюркских рабов-гулямов и в 836 году перенёс двор в новую столицу Самарру (до возвращения в Багдад при аль-Мутадиде в 892 г.).
Децентрализация, опека и крушение (861–1258)
- Распад периферии и «Анархия в Самарре»: после убийства халифа аль-Мутаваккиля тюркской гвардией (861) и разрушительного восстания зинджей (869–883) центральная власть стремительно слабела. Магриб и Испания отложились ещё в VIII в. (Кордова, Рустамиды, Идрисиды, Аглабиды), в IX в. в Египте, Иране и Средней Азии возникли полунезависимые и независимые династии Тахиридов, Саффаридов, Саманидов, Тулунидов, а в X в. — шиитские халифы Фатимиды в Северной Африке и Египте, создавшие «троевластие» в исламском мире. Широкая раздача налоговых откупов (икта) и введение должности «эмира эмиров» при аль-Ради подорвали фискальную базу Багдада.
- Под властью Буидов (945–1055) и Сельджуков (1055–1194): в 945 году Багдад заняла шиитская дейлемская династия Буидов, оставив Аббасидам лишь ритуальный авторитет и упоминание в хутбе. В 1055 году их сменили сунниты-сельджуки во главе с Тогрул-беком, оформившие союз с халифатом на почве суннитского возрождения (основание медресе Низамийя в Багдаде). Позднее, воспользовавшись упадком Сельджуков, халифы аль-Муктафи (1136–1160) и особенно ан-Насир (1180–1225) временно восстановили самостоятельную власть в Ираке и части Западного Ирана, а аль-Мустансир основал знаменитое медресе Мустансирийя.
- Монгольское завоевание (1258): в феврале 1258 года армия ильхана Хулагу-хана взяла Багдад штурмом, разрушила ирригационную систему и городские кварталы и казнила последнего багдадского халифа аль-Мустасима (10 февраля). Лишь в 1261 г. мамлюкский султан Бейбарс восстановил в Каире теневую ветвь Аббасидов без реальной власти, просуществовавшую до османского завоевания Египта в 1517 г.
Источниковедческая база и свидетельства
Эпоха Аббасидов породила исключительно богатую и жанрово разнообразную арабо-персидскую историографию. Главным фундаментом по политической истории переворота и первых двух веков халифата остаётся монументальная «История пророков и царей» Мухаммада ат-Табари (ум. 923), работавшего в самом Багдаде и сохранившего ранние предания о да'ве, строительстве «Круглого города» и политике двора. Существенно дополняют его труды аль-Балазури («Книга завоевания стран», «Ансаб аль-ашраф»), историко-географический трактат аль-Якуби («Китаб аль-бульдан», с ценнейшим описанием планировки Багдада), а также сочинения энциклопедиста аль-Масуди.
Для эпохи упадка и эпохи Буидов первостепенную ценность имеют труды государственного деятеля и историка Мискавейха («Опыт народов»), подробно зафиксировавшего кризис фиска и практику икта, а для городской топографии и интеллектуальной среды столицы — многотомная «История Багдада» аль-Хатиба аль-Багдади (XI в.). События позднего халифата вплоть до монгольской эпохи отражены в «Полном своде истории» Ибн аль-Асира (XIII в.), политическом трактате Ибн ат-Тиктаки («Аль-Фахри», ок. 1302) и китайских династических хрониках (Цзю Таншу), где «чёрнознамённые» Аббасиды и их посольства известны как хэи Даши («тази в чёрном одеянии»). Материальные свидетельства включают эпиграфику, богатейшую нумизматику с именем Мадинат ас-Салам и остатки памятников позднего Аббасидского Багдада (Дворец Аббасидов, медресе Мустансирийя).
Исторические итоги и долгосрочное значение
Аббасидский халифат и Багдад сыграли исключительную роль в мировой истории и трансформации исламской цивилизации:
- Универсализация исламского мира: с приходом Аббасидов ислам окончательно перестал быть религией арабской племенной элиты и стал универсальной наднациональной цивилизацией, вобравшей иранские, арамейские, тюркские, среднеазиатские и индийские культурные традиции на общем фундаменте арабского языка науки и права.
- Культурный и научный синтез: созданные в Багдаде и провинциальных центрах (Мерве, Бухаре, Самарканде, Каире, Кордове) переводы и оригинальные труды по математике (десятичная система счёта, алгебра, тригонометрия), оптике (экспериментальный метод), медицине, астрономии, криптоанализу и философии в XII–XIII веках были переведены на латынь (прежде всего в Толедо Герардом Кремонским и его современниками), став одним из важнейших импульсов европейской схоластики, университетской культуры и Возрождения.
- Урбанистический и правовой образец: Багдад IX–X веков стал моделью средневекового мегаполиса, отражённой в цикле сказок «Тысяча и одна ночь», а в недрах багдадской и хиджазской правовой мысли (деятельность Абу Ханифы, аш-Шафии, Ахмада ибн Ханбала) оформились классические суннитские правовые школы — мазхабы.
Дискуссии и оценки в историографии
В востоковедении XIX–XXI веков ключевые споры разворачиваются вокруг социальной природы «Аббасидской революции» 747–750 годов. Классическая историография (А. Мюллер, Ю. Велльхаузен, ранние советские авторы) трактовала её как восстание угнетённых неарабов-иранцев (мавали) против арабского господства Омейядов. Впоследствии М. А. Шаабан, Айра Лапидус и Хью Кеннеди существенно скорректировали эту схему, показав, что ударную силу движения в Хорасане составляли во многом недовольные политикой Дамаска арабские поселенцы Мерва (особенно йемениты) в союзе с местными новообращёнными, а переворот носил характер сложной коалиции.
Дискуссионным остаётся и характер последующего упадка государства. Классический русский востоковед В. В. Бартольд («Халиф и султан») показал постепенное разделение духовного авторитета халифа и реальной светской власти султанов (буидских, сельджукских и др.), тогда как советские и современные экономические историки (Е. А. Беляев, И. М. Фильштинский, П. Крон) акцентируют роль системы икта, милитаризации власти через корпус тюркских гулямов и чрезмерной территориальной протяжённости империи при ограниченных средствах связи.
Наконец, новейшая история науки (Д. Гутас, Дж. Лайонс) отвергла как устаревший взгляд на Багдадское переводческое движение лишь как на «механическое сохранение» античности, показав, что оно было осознанным государственным идеологическим и прагматическим проектом ранних Аббасидов. Равным образом пересматривается и тезис о том, будто монгольский погром Багдада 1258 года полностью оборвал интеллектуальную жизнь исламского мира, которая во многом продолжилась в Каире, Дамаске, Тебризе и Самарканде.
