Предпосылки и исторический контекст
Вторая русско-турецкая война эпохи Екатерины II (известная в дореволюционной литературе как «Потёмкинская») была обусловлена непримиримостью Османской империи с утратой своего господства на Чёрном море и на Кавказе. Кючук-Кайнарджийский мирный договор 1774 года, даровавший Крымскому ханству независимость от султана, не обеспечил прочного равновесия: Порта уклонялась от выплаты контрибуции, чинила препятствия проходу русских судов через проливы и стремилась вернуть полуостров в орбиту своего влияния. Ликвидация Крымского ханства и принятие Крыма, Тамани и Кубанской стороны в состав Российской империи по манифесту Екатерины II от 8 (19) апреля 1783 года, хотя и были вынужденно признаны султаном в декабре того же года, воспринимались в Стамбуле как тяжёлое национальное унижение.
Ситуацию обострил кавказский узел. 24 июля (4 августа) 1783 года Россия и объединённое восточногрузинское царство Картли-Кахети подписали Георгиевский трактат о российском протекторате, что наносило удар по притязаниям Порты и Персии в Закавказье. Ахалцихский паша стал организовывать систематические набеги на земли царя Ираклия II. Новый импульс реваншистским настроениям в Стамбуле придали заключённый ранее русско-австрийский союз и демонстративное Таврическое путешествие Екатерины II в Крым весной 1787 года в сопровождении императора Священной Римской империи Иосифа II и иностранных дипломатов. Подстрекаемая Великобританией, Францией и Пруссией, опасавшимися реализации «Греческого проекта» и дальнейшего усиления России на Востоке, Порта перешла к политике ультиматумов.
Летом 1787 года османское правительство отвергло русские требования прекратить набеги на Грузию и Кубань и выдвинуло ответный ультиматум: отказаться от протектората над Картли-Кахети, уступить 39 соляных озёр у Кинбурна, разрешить турецким судам досматривать русские корабли в проливах и, наконец, вернуть Крым Османской империи, аннулировав все прежние договоры. После отказа русского посланника Я. И. Булгакова принять эти условия он был заключён в Семибашенный замок (Едикуле), и 13 (24) августа 1787 года Османская империя объявила России войну.
Ход событий и ключевые механизмы
Кампания 1787 года: Кинбурн и вступление Австрии
Османы рассчитывали внезапным ударом с моря и из крепости Очаков овладеть российской крепостью Кинбурн на левом берегу Днепро-Бугского лимана, чтобы затем вторгнуться в Крым и разрушить недавно построенный Херсон. Однако турецкие приготовления были недостаточны, а время выбрано неудачно — Порта слишком поздно узнала о военном союзе Петербурга и Вены. Уже в сентябре и особенно 1 (12) октября 1787 года высаженный на Кинбурнскую косу турецкий десант был наголову разбит 4-тысячным отрядом генерал-аншефа А. В. Суворова, который дважды водил солдат в штыковую атаку и получил два ранения. Победа при Кинбурне сорвала османский план кампании, а зимой 1787–1788 годов император Иосиф II, выполняя союзные обязательства, официально вступил в войну на стороне России.
Кампания 1788 года: Лиман, Фидониси и штурм Очакова
К весне 1788 года Россия развернула на юге Екатеринославскую (Главную) армию светлейшего князя Г. А. Потёмкина (около 80 тыс. человек) с целью взятия Очакова, Украинскую армию П. А. Румянцева (до 37 тыс.) между Днестром и Бугом для взаимодействия с австрийцами и прикрытия со стороны Бендер, а также 18-тысячный Кубанский корпус П. А. Текели.
- Сражения в Днепровском лимане и у Фидониси: в мае–июле 1788 года, когда войска Потёмкина обложили Очаков, вновь сформированная Днепровская парусная и гребная флотилия под командованием контр-адмиралов Джона Пола Джонса, К. Нассау-Зигена и П. Алексиано разгромила превосходящий османский флот в боях 7 и 17 июня, а затем 1 июля истребила укрывшиеся под стенами крепости турецкие суда. 3 (14) июля 1788 года подошедшая из Севастополя эскадра М. И. Войновича (при решающей роли авангарда Ф. Ф. Ушакова) нанесла у острова Фидониси поражение остаткам турецкого флота, отбросив его к Босфору.
- Падение Хотина и штурм Очакова: на правом фланге русско-австрийские силы овладели Хотиным, а после многомесячной осады 6 (17) декабря 1788 года в суровый мороз войска Г. А. Потёмкина взяли штурмом мощную приморскую крепость Очаков (погибло свыше 9,5 тыс. турок, 4 тыс. попали в плен, захвачено более 300 орудий и 180 знамён; потери русской армии составили 956 убитых и 2776 раненых).
Кампания 1789 года: Фокшаны, Рымник и наступление на Днестре
Международное положение России осложнилось начавшейся в 1788 году войной со Швецией и дипломатическим нажимом Пруссии и Великобритании. Весной 1789 года дивизия генерала В. Х. Дерфельдена нанесла туркам три поражения у Бырлада, Максимени и Галаца, а вскоре обе русские армии были объединены в единую Южную армию под командованием Г. А. Потёмкина (с заменой П. А. Румянцева князем Н. В. Репниным). Когда великий визирь попытался разбить союзников порознь в Молдавии, А. В. Суворов, совершив стремительный марш и соединившись с австрийским корпусом принца Ф. Саксен-Кобургского, разгромил 30-тысячный корпус Османа-паши при Фокшанах 21 июля (1 августа) 1789 года. В ответ 100-тысячная армия великого визиря перешла Дунай, но 11 (22) сентября 1789 года при реке Рымник была наголову разгромлена 25-тысячным русско-австрийским войском под командованием Суворова (получившего титул графа Рымникского). Осенью 1789 года войска Н. В. Репнина разбили неприятеля на реке Салче, отряды И. В. Гудовича взяли Хаджибей и Аккерман, а 3 ноября без штурма капитулировали Бендеры (тогда же австрийцы заняли Белград и Бухарест).
Кампания 1790–1791 годов: триумфы Ушакова, штурм Измаила, Мачин и Ясский мир
После смерти Иосифа II (февраль 1790 г.) и заключения в январе 1790 года прусско-турецкого союза новый австрийский император Леопольд II пошёл на переговоры на Рейхенбахском конгрессе и фактически вышел из войны, оставив Россию один на один с Портой (завершив в том же году войну со Швецией Верельским миром). Екатерина II твёрдо отвергла англо-прусское посредничество.
- Господство на море в 1790 году: командующий Черноморским флотом контр-адмирал Ф. Ф. Ушаков нанёс османскому флоту два тяжёлых поражения — 8 (19) июля в Керченском проливе, сорвав высадку турецкого десанта в Крым, и 28–29 августа (8–9 сентября) у мыса Тендра, открыв русской гребной флотилии вход в устье Дуная.
- Штурм Измаила (11 [22] декабря 1790 г.): после падения Килии, Тульчи и Исакчи неприступной преградой оставалась дунайская твердыня Измаил с 35-тысячным гарнизоном. Прибывший по поручению Потёмкина А. В. Суворов после тщательной подготовки на учебных макетах провёл 11 (22) декабря 1790 года блестящий ночной штурм, сломив сопротивление гарнизона в ожесточённом уличном бою. На Кавказе 30 сентября 1790 года генерал И. И. Герман разбил корпус Батал-паши, шедший в Кабарду.
- Завершение войны (1791): в 1791 году временно принявший командование вместо уехавшего в Петербург Потёмкина князь Н. В. Репнин перешёл Дунай у Галаца и 28 июня (9 июля) разбил армию визиря под Мачином; почти одновременно И. В. Гудович штурмом взял крепость Анапу на Кавказе. Окончательно принудило нового султана Селима III к миру сокрушительное поражение турецко-алжирского флота от эскадры Ф. Ф. Ушакова 31 июля (11 августа) 1791 года у мыса Калиакрия. 29 декабря 1791 (9 января 1792) года в Яссах А. А. Безбородко (заменивший умершего в октябре 1791 г. Г. А. Потёмкина) подписал Ясский мирный договор.
Источниковедческая база и свидетельства
Военная и дипломатическая история кампании 1787–1791 годов обеспечена многообразным комплексом первичных документов, реляций и мемуарных свидетельств. Законодательную и внешнеполитическую основу раскрывают тексты дипломатических нот Я. И. Булгакова, переписка Екатерины II с Г. А. Потёмкиным и европейскими дворами, а также текст Ясского мирного договора от 29 декабря 1791 года, включённый в Полное собрание законов Российской империи (ПСЗРИ). Военную сторону событий детально освещают рапорты, ордера и знаменитые победные реляции А. В. Суворова о Кинбурне, Рымнике и штурме Измаила, а также журналы боевых действий Черноморского флота и отчёты Ф. Ф. Ушакова.
Ценным свидетельством морской войны на Днепро-Бугском лимане служит журнал контр-адмирала Джона Пола Джонса «Очерки Лиманской кампании» (Narrative of the Campaign of the Liman, опубликованный в Нью-Йорке в 1830 г.), подробно описывающий тактику действий парусно-гребных сил под Очаковом и внутренние конфликты в командовании. Важную бытовую и эмоциональную картину осадной жизни и штурмов воссоздают дневники и записки современников (в частности, воспоминания Р. М. Цебрикова, служившего при армии, а также записки иностранцев вроде У. Итона) и дореволюционные полковые истории (например, труд А. И. Пирожникова по истории 10-го пехотного Новоингерманландского полка). Обобщение этого документального массива было осуществлено уже в классических очерках ЭСБЕ («Турецкие войны России» и «Екатерина II»).
Исторические итоги и долгосрочное значение
Ясский мирный договор подвёл итог противостоянию за Северное Причерноморье и надолго закрепил региональное первенство России:
- Граница по Днестру и признание Крыма: Османская империя подтвердила все условия Кючук-Кайнарджийского договора, навсегда признала вхождение Крыма, Тамани и Кубанской стороны в состав России, а также уступила Очаков и междуречье Южного Буга и Днестра (новая граница империи прошла по Днестру; на Кавказе была восстановлена довоенная граница по реке Кубань).
- Дипломатический престиж и отказ от контрибуции: по условиям договора Порта обязалась выплатить 12 млн пиастров (около 7 млн рублей) военной контрибуции, однако граф А. А. Безбородко сразу после внесения этой статьи в договор торжественно отказался от её взыскания от имени императрицы, продемонстрировав великодушие державы в условиях крайнего финансового истощения Турции.
- Освоение Новороссии и рождение портов: обретение Очаковской области и побережья до Днестра обезопасило южные земли и позволило уже в 1794 году основать на месте взятого в 1789 году Хаджибея крупный торговый порт Одессу; одновременно была доказана высокая боеспособность молодого Черноморского флота и новаторской тактики Ф. Ф. Ушакова и А. В. Суворова.
- Кризис Османской империи: тяжёлые военные поражения на суше и на море углубили финансовое и политическое расстройство Порты и подтолкнули султана Селима III к попытке коренных военных и административных реформ («Низам-и Джедид»).
Дискуссии и оценки в историографии
В исторической науке вокруг войны 1787–1791 годов сложилось два главных дискуссионных направления. Первое касается оценки полководческой и организаторской роли главнокомандующего Г. А. Потёмкина («Потёмкинской войны»). Критики ещё с конца XVIII–XIX веков (включая сторонников П. А. Румянцева, а также Джона Пола Джонса) упрекали Потёмкина в затягивании осадных операций под Очаковом в 1788 году, медлительности в 1789 году после Рымника и фаворитизме в распределении наград. Напротив, фундаментальный труд военного историка А. Н. Петрова (1880) и современные исследования (Е. И. Дружинина, В. Ю. Грибовский и др.) показывают, что осторожность Потёмкина во многом объяснялась стремлением избегать напрасных потерь при осадах, колоссальными проблемами снабжения в степях, необходимостью прикрывать протяжённый фронт и одновременной работой по созданию Лиманской гребной флотилии, позволившей затем разгромить турецкий флот.
Второй спорный сюжет связан с сопоставлением огромных человеческих и финансовых затрат войны с территориальными приобретениями Ясского мира. В части дореволюционной публицистики и энциклопедических изданий рубежа XIX–XX веков (например, в Малом энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона) война 1787–1791 годов характеризовалась как «очень кровопролитная», принесшая России «только Очаков и степи до Буга» (фактически до Днестра), не реализовав ни амбициозного «Греческого проекта», ни закрепления за Россией Дунайских княжеств или Анапы. Однако большинство современных специалистов по истории международных отношений оценивает Ясский мир как крупную стратегическую победу: России удалось отстоять Крым, нейтрализовать попытку Пруссии и Великобритании силой продиктовать ей условия мира без завоеваний, одновременно завершить шведскую войну и окончательно утвердить статус великой черноморской державы.
