Происхождение, среда и становление
Эмманюэль Мари Шарпантье родилась 11 декабря 1968 года в городе Жювизи-сюр-Орж под Парижем. Её дед по отцу (носивший фамилию Синанян) был армянским беженцем, спасшимся во Франции в годы геноцида армян и обосновавшимся в Марселе. Получив подготовку по биохимии, генетике и микробиологии в Университете Пьера и Марии Кюри (ныне факультет наук Сорбонны), Шарпантье прошла аспирантуру в Институте Пастера (1992–1995), совмещая исследования с преподаванием, и в 1995 году защитила докторскую диссертацию о молекулярных механизмах устойчивости бактерий к антибиотикам.
После постдокторантуры в Институте Пастера в 1996 году ради самостоятельного научного роста она переехала в США. В Рокфеллеровском университете в лаборатории микробиолога Илейн Туоманен (1996–1997) Шарпантье изучала, как патоген Streptococcus pneumoniae использует мобильные генетические элементы для перестройки генома и формирует устойчивость к ванкомицину. В 1997–1999 годах в медицинском центре Нью-Йоркского университета у цитолога Памелы Ковин она осваивала генные манипуляции на клетках млекопитающих и опубликовала статью о регуляции роста волос у мышей, а в 1999–2002 годах работала в Институте биомолекулярной медицины Скерболла и Детском исследовательском госпитале Сент-Джуд в Мемфисе. Этот шестилетний период соединил в её практике медицинскую микробиологию с молекулярной биологией эукариот.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Вернувшись в Европу, Шарпантье в 2002–2009 годах возглавляла лабораторию в Институте микробиологии и генетики Венского университета и в лабораторном центре имени Макса Перуца (пройдя хабилитацию по микробиологии в 2006 году), где сосредоточилась на малых некодирующих РНК бактерий и в 2004 году описала РНК, регулирующую синтез фактора вирулентности у Streptococcus pyogenes. Решающее открытие она совершила после переезда в Швецию, где с 2008–2009 годов руководила научной группой в Лаборатории молекулярной инфекционной медицины (MIMS) Университета Умео. Расшифровывая защитную систему бактерий CRISPR-Cas9, Шарпантье обнаружила транс-активирующую РНК (tracrRNA), без которой не происходит созревание направляющей crRNA и не формируется рабочий комплекс с нуклеазой Cas9 (публикация в Nature, 2011).
В 2011 году на конференции в Сан-Хуане (Пуэрто-Рико) она познакомилась со структурным биологом РНК из Беркли Дженнифер Даудной. Их совместные лаборатории в 2012 году объединили tracrRNA и crRNA в единую синтетическую химерную гидовую РНК (sgRNA), доказав, что комплекс Cas9 можно программировать на точный разрез любой заданной последовательности ДНК. Переехав затем в Германию, Шарпантье в 2013–2015 годах руководила отделением в Центре инфекционных исследований имени Гельмгольца в Брауншвейге и преподавала в Ганноверской медицинской школе (профессура имени Александра фон Гумбольдта, 2014), в 2015–2018 годах была директором Института инфекционной биологии Макса Планка в Берлине, а с 2018 года возглавила основанный ею самостоятельный Центр наук о патогенах Макса Планка. В 2013 году она также соосновала компании CRISPR Therapeutics и ERS Genomics.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Необычная биография Шарпантье строилась вопреки привычной академической оседлости: за четверть века она сменила пять стран (Францию, США, Австрию, Швецию и Германию) в поисках независимости для фундаментальных проектов с отложенным результатом. Ключевым выбором стал переезд в небольшой северный Университет Умео: долговременное базовое финансирование MIMS и поддержка фондов Кемпе и Валленбергов позволили её группе без спешки отследить роль tracrRNA в иммунной системе стрептококков и расширить ставки для молодых учёных.
Переломным моментом стало научное партнёрство с Дженнифер Даудной в 2011–2012 годах. Слияние европейской школы биологии патогенов и американской структурной биохимии мгновенно вывело технологию CRISPR-Cas9 на уровень глобальной научной гонки за редактирование геномов растений, животных и клеток человека. Последующее десятилетие сопровождалось острыми патентными спорами между ведущими научными центрами США и Европы, быстрой коммерциализацией стартапов и международными биоэтическими дискуссиями о границах допустимости геномного вмешательства. Соосновав в 2013 году вместе с Шоном Фоем и Роджером Новаком биотехнологические компании и добившись в 2018 году создания автономного подразделения Общества Макса Планка, Шарпантье закрепила лидерство на стыке фундаментальной науки и трансляционной медицины.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Метод CRISPR-Cas9 изменил современную биологию сопоставимо с открытием двойной спирали ДНК или ПЦР: редактирование генов, ранее требовавшее трудоёмкой белковой инженерии, стало быстрым, точным и доступным для лабораторий всего мира, дав импульс генной терапии, сельскому хозяйству и диагностике. В 2020 году Эмманюэль Шарпантье и Дженнифер Даудна получили Нобелевскую премию по химии «за разработку метода редактирования генома» — впервые в истории научная Нобелевская премия была присуждена исключительно двум женщинам.
Историки науки (включая книгу Уолтера Айзексона «Взломщик кода» и очерк Nature «Тихая революционерка») приводят путь Шарпантье как яркое свидетельство того, что величайшие прикладные перевороты рождаются из бескорыстного изучения базовых механизмов природы; в 2015 году журнал Time включил её и Даудну в список ста самых влиятельных людей мира. Её вклад отмечен премиями Кавли (2018), за прорыв в медицине, Грубера, Лейбница, Луи-Жанте, принцессы Астурийской, Тан, Японии, L’Oréal — ЮНЕСКО и фонда BBVA, почётными степенями Кембриджа, Нью-Йоркского университета и Федеральной политехнической школы Лозанны, а также избранием во Французскую академию наук и НАН США (2017), Леопольдину (2015), Шведскую королевскую академию наук (2016) и Лондонское королевское общество (2024).
