Происхождение, среда и становление
Эннио Морриконе родился 10 ноября 1928 года в Риме в семье джазового трубача Марио Морриконе и домохозяйки Либеры Ридольфи, будучи старшим из пяти детей. Отец рано обучил сына нотной грамоте и игре на трубе, привив прагматическое отношение к музыке как к повседневному профессиональному труду. В 1940 году двенадцатилетний Эннио поступил в римскую Консерваторию Святой Чечилии, где прошёл многоступенчатую школу и получил три диплома: по классу трубы (1946), инструментовки (1952) и композиции (1954). Решающим наставником стал лидер итальянского музыкального модернизма Гоффредо Петрасси, передавший ученику строгое контрапунктическое письмо, неоклассическую дисциплину формы и новейшие приёмы европейского авангарда.
Параллельно с консерваторской учёбой Морриконе рано узнал практику массовой сцены: с шестнадцати лет играл вторую трубу в ансамбле Альберто Фламини в клубах и отелях Рима, затем год работал театральным музыкантом и три года — композитором при театре. С 1950 года он аранжировал песни для радио RAI, с 1960 года — для телевидения, а с 1964 года — для звукозаписывающей студии RCA Italiana. Создав сотни оркестровых обработок для Джино Паоли (включая знаменитую Sapore di sale), Джанни Моранди, Марио Ланцы, Миранды Мартино и Мины (Se telefonando), он уже в эстрадной индустрии ломал шаблоны, вводя барочные контрапункты, нестандартные медные тембры и бытовые шумы. Заключённый в 1956 году брак с Марией Травиа, продлившийся 64 года, обеспечил композитору устойчивый семейный уклад в Риме (из четырёх детей сын Андреа также стал композитором и дирижёром).
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Придя в полнометражное кино в тридцать три года с картиной Лучано Сальче «Фашист» (1961), Морриконе за десятилетие перевернул звуковую эстетику мирового экрана. Прорывом стал союз с бывшим школьным одноклассником Серджо Леоне: в «долларовой трилогии» («За пригоршню долларов», 1964; «На несколько долларов больше», 1965; «Хороший, плохой, злой», 1966) и эпосе «Однажды на Диком Западе» (1968) Морриконе отказался от голливудского позднеромантического симфонизма. Он ввёл в оркестр электрогитару, варган, художественный свист, колокола, выстрелы и сольное сопрано, превратив звук в активного драматурга и носителя монтажного ритма.
За карьеру маэстро написал музыку более чем к четырёмстам фильмам и телесериалам Италии, Франции, Испании, Германии, США и России, а также свыше ста камерных и симфонических произведений «абсолютной музыки», с которыми с 1985 года сам гастролировал по Европе как дирижёр. В итальянском авторском кино он работал с П. П. Пазолини, Б. Бертолуччи («Двадцатый век»), Д. Понтекорво («Битва за Алжир»), Д. Ардженто и С. Сампери; во Франции его мелодия Chi Mai (созданная в 1971 году для «Маддалены») обрела огромную славу в боевике Жоржа Лотнера «Профессионал» (1981). Голливудские и международные вершины составили ленты Т. Малика («Дни жатвы», 1978), С. Леоне («Однажды в Америке», 1984), Р. Жоффе («Миссия», 1986), Б. Де Пальмы («Неприкасаемые», 1987, «Грэмми»), Р. Полански, О. Стоуна, Дж. Карпентера, цикл фильмов Джузеппе Торнаторе («Новый кинотеатр „Парадизо“», «Легенда о пианисте», «Малена») и российская драма Владимира Хотиненко «72 метра» (2004, премия «Золотой орёл»).
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Центральной коллизией пути Морриконе стало напряжение между элитарным послевоенным авангардом и индустрией массового кино. В 1960-е годы академические круги относились к кинопартитурам свысока, однако Морриконе не отрёкся от модернизма: с 1965 по середину 1980-х годов он активно работал в римском экспериментальном коллективе свободной импровизации Gruppo di Improvvisazione Nuova Consonanza, перенося приёмы алеаторики, микротональности и конкретной музыки прямо в массовое кино — от джалло и триллеров до вестернов.
Столь же принципиальным был его отказ от переезда в Голливуд: не зная английского языка и отстаивая творческую автономию, Морриконе сохранял независимый рабочий уклад в Риме (даже серьёзно увлекаясь шахматами и играя с чемпионами мира). Противостояние с американской индустрией обернулось долгой недооценённостью со стороны Академии кинематографических искусств и наук: пять номинаций на «Оскар» за признанные шедевры долго оставались без статуэтки. Характерен и поздний конфликт с Квентином Тарантино вокруг переиспользования старых тем вне исходной драматургии: тем не менее именно Тарантино убедил 87-летнего мастера создать оригинальную партитуру к «Омерзительной восьмёрке» (2015), принесшую Морриконе в 2016 году первый соревновательный «Оскар» спустя девять лет после почётной премии (2007).
Наследие, влияние и оценки в историографии
Скончавшийся 6 июля 2020 года в Риме на 92-м году жизни Эннио Морриконе оставил наследие, упразднившее жёсткую границу между «высоким» академизмом и массовым аудиовизуальным искусством. Современное музыковедение (материалы энциклопедии Треккани и исследовательских центров вроде IRCAM) подчёркивает в его лучших кинопартитурах не эклектику, а строжайшую конструктивную логику, экономное мотивное развитие и оркестровую изобретательность, восходящие к школе Петрасси. Признание закрепили высшие награды: Большой крест ордена «За заслуги перед Итальянской Республикой» (2015), орден Почётного легиона (2009), 6 премий BAFTA, 3 «Золотых глобуса», 9 премий «Давид ди Донателло» и «Золотой лев» за вклад в киноискусство (1995).
Революционным для мирового кинематографа оказался разработанный им вместе с С. Леоне метод написания музыки до начала съёмок, изменивший ритм актёрской игры и монтажа. Воздействие морриконевского синтеза признавали последующие поколения кинокомпозиторов (включая Ханса Циммера) и эстрадно-роковой сцены. Мировые симфонические туры, которыми сам маэстро дирижировал до глубокой старости — включая юбилейные концерты в Москве в Кремлёвском дворце (2012) и «Крокус-Сити Холле» (2013), — и документальный портрет Джузеппе Торнаторе «Эннио. Маэстро» (2021) окончательно утвердили киномузыку в программе ведущих академических залов мира.