Происхождение, среда и становление
Антониу де Оливейра Салазар родился 28 апреля 1889 года в деревне Вимиейру округа Визеу единственным сыном мелкого землевладельца и управляющего имением Антониу де Оливейры и Марии ду Режгате Салазар (его фамилия вопреки португальскому обычаю поставлена в обратном порядке по сравнению с сёстрами). Бережливое воспитание у сельского учителя, а затем учёба в католической семинарии Визеу (1900–1908) сформировали его аскетичный и замкнутый склад. Отказавшись от принятия священного сана, он в 1910 году поступил на юридический факультет Коимбрского университета, окончив его с отличием (19 баллов из 20), и в 1917–1918 годах возглавил кафедру политической экономии и финансов.
Его взгляды сложились в годы хронического кризиса Первой португальской республики (1910–1926), пережившей антиклерикальные гонения, восемь президентов, сорок четыре кабинета, двадцать одну революцию, 25-кратный рост дороговизны и сотни уличных взрывов. В Академическом центре христианских демократов и газете «O Imparcial» своего друга Мануэла Сережейры (будущего кардинала Лиссабона) Салазар пропагандировал католическую социальную доктрину пап Льва XIII и Пия XI. Краткое избрание в парламент в 1921 году укрепило его скепсис к партийной демократии и породило идеал упорядоченной, бережливой власти, изложенный в речи 1927 года о «двух экономиках».
Ключевые свершения, труды и историческая роль
После военного переворота 28 мая 1926 года генералы не смогли остановить приближавшийся дефолт. Отвергнув в июне 1926 года портфель министра финансов без полномочий контроля, Салазар вернулся на этот пост 26 апреля 1928 года при президенте Ошкаре Кармоне лишь на условии права вето на расходы всех ведомств. За один год профессор ликвидировал дефицит, стабилизировал эскудо и сократил внешний долг. Этот успех сделал его арбитром власти, и 5 июля 1932 года Салазар стал председателем Совета министров, удерживая пост тридцать шесть лет.
Салазар оформил режим «Нового государства» (Estado Novo) через Конституцию 1933 года (одобренную референдумом, где неявившиеся засчитывались как голосовавшие «за») и «Хартию труда» под контролем Теотониу Перейры. Заменив партии «Национальным союзом», запретив стачки и свободные профсоюзы, власть объединила рабочих и предпринимателей в контролируемые синдикаты, гильдии («гремиу») и «народные дома», а рядом с Национальным собранием учредила Корпоративную палату. Опираясь на политическую полицию ПВДЕ/ПИДЕ, цензуру и лагерь Таррафал, режим сохранял мораторий на смертную казнь, подписал Конкордат 1940 года с Ватиканом, а с 1950-х годов через шестилетние планы ускорил индустриализацию: Португалия вошла в НАТО (1949), ОЭСР и ЕАСТ и к 1973 году втрое увеличила подушевой ВВП по сравнению с 1950-м.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Внутри правого лагеря диктатор в 1934 году разгромил португальских национал-синдикалистов («синие рубашки») Ролана Прету, публично отмежевавшись от нацистского «языческого цезаризма» и пережил в 1937 году бомбовое покушение анархо-националистов. Поддержав Франсиско Франко и заключив Иберийский пакт 1939 года, Салазар сохранил нейтралитет во Второй мировой войне: до июня 1944 года он разрешал экспорт вольфрама и реэкспорт сырья в Германию (подняв золотой запас с 63 до 438 млн долларов), хотя в 1943 году предоставил союзникам базы на Азорских островах в обмен на гарантии сохранения Восточного Тимора — при этом в мае 1945 года Португалия выразила официальное соболезнование в связи со смертью Гитлера.
Роковой чертой позднего этапа стал отказ от деколонизации. Переименовав в 1951 году владения в «заморские провинции» под доктриной «плюриконтинентализма», Салазар ужесточил репрессии: после смелой избирательной кампании генерала Умберту Делгаду (1958) прямые выборы президента отменили, а сам Делгаду был убит агентами ПИДЕ в 1965 году. После аннексии Индией Гоа (1961) войны в Анголе, Гвинее и Мозамбике поглощали до половины бюджета и гнали молодёжь в эмиграцию, а к началу 1970-х доходы от туризма и денежных переводов эмигрантов многократно превзошли колониальную прибыль. В сентябре 1968 года после инсульта от падения с шезлонга президент Америку Томаш передал власть Марселу Каэтану, но до смерти 27 июля 1970 года закрытого и никогда не женатого диктатора держали в иллюзии правления с помощью специально издаваемой в одном экземпляре газеты.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Через четыре года после погребения Салазара в Вимиейру армейская Революция гвоздик 25 апреля 1974 года за сутки свергла «Новое государство» и открыла путь деколонизации. Экономическое наследие режима оказалось глубоко противоречивым: несмотря на финансовую стабильность, дороги, гидроэлектростанции, рост промышленных монополий (КУФ, САКОР, ДИАМАНГ) и приток зарубежного капитала в 1960-е годы, из-за замороженной аграрной реформы и скудных трат на школы и медицину Португалия вплоть до 1974 года оставалась страной с самыми низкими доходами, высокой неграмотностью и детской смертностью в Западной Европе.
В политической науке «салазаризм» остаётся ключевым предметом спора о границах фашизма. Исследователи Хуан Линц, Стэнли Пейн, Роберт Пакстон и Говард Виарда характеризуют «Новое государство» как консервативно-корпоративный авторитаризм, строившийся на деполитизации, пассивности масс и опоре на Церковь, тогда как португальские историки вроде Фернанду Розаша и Мануэла Лофа видят в репрессивной системе ПИДЕ и заимствованиях из итальянского корпоративизма вариант фашистской диктатуры. В современной Португалии память о Салазаре остаётся расколотой между осуждением цензуры и колониальной войны и технократическим мифом о порядке и нейтралитете, отразившимся в телеголосовании 2007 года.
