Происхождение, среда и становление
Карл Теодор Дрейер родился 3 февраля 1889 года в Копенгагене как внебрачный ребёнок датского фермера Енса Кристиана Торпа и работавшей у него шведской батрачки из Скании Йозефины Бернардины Нильссон, погибшей при попытке совершить аборт. Первые два года мальчик провёл в сиротских приютах, после чего его усыновила строгая лютеранская семья типографа Карла Теодора Дрейера и Ингер Марии Ольсен, давшая ребёнку имя приёмного отца. Холодная домашняя обстановка, где приёмные родители постоянно давали мальчику понять, что он обязан благодарностью за еду и не имеет собственных прав, глубоко определила сквозные темы его творчества — социальную нетерпимость, столкновение личности с религиозной или общественной догмой, неизбежность рока и смерти.
В шестнадцать лет Дрейер с отличием окончил классическую гимназию, разорвал отношения с приёмным домом и стал зарабатывать журналистикой в копенгагенской прессе (главным образом в либеральной газете «Политикен» и в издании Ekstrabladet). При этом сам он придерживался консервативно-эволюционных взглядов, скептически относясь к политическим революциям и считая, что движение истории происходит малыми шагами. С 1912–1913 по 1919 год Дрейер освоил ремесло кино на ведущей датской студии «Нордиск Фильм» в качестве редактора титров, монтажёра и сценариста: за это время по его сценариям было снято 22 фильма.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Первая самостоятельная режиссёрская работа Дрейера — экранизация романа К. Э. Францоза «Президент» (1919) о матери-детоубийце — прямо перекликалась с трагедией его родной матери, хотя зрители первыми увидели «Страницы из книги сатаны» (1921), четыре новеллы которых были выстроены по композиционной модели «Нетерпимости» Дэвида Уорка Гриффита. Не имея устойчивых бюджетов в Дании, в 1920-е годы он превратился в международного мастера, снимая в Швеции, Германии, Норвегии и Франции («Вдова пастора», 1920; «Заклеймённые», 1922; «Почитай жену свою», 1925; «Невеста Гломдаля», 1926). В Германии по роману Германа Банга он поставил «Михаэля» (1924) — одну из ранних кинолент на гомосексуальную тематику.
Во Франции, сблизившись с кругом Жана Кокто и Жана Гюго, Дрейер в 1927–1928 годах создал немую вершину мирового кино — «Страсти Жанны д’Арк». Опираясь на подлинные протоколы инквизиционного процесса 1431 года, он соединил осязаемый реализм лиц с экспрессионизмом, превратив крупный план в главный инструмент передачи внутренней динамики человеческой души. Первый звуковой эксперимент — снятый в Берлине и Франции на частные деньги барона Николаса де Гинзбурга фильм «Вампир» (1932) — соединил традиции немецкого экспрессионизма с сюрреалистической поэтикой страха. В поздних звуковых драмах — «День гнева» (1943), «Слово» (1955, по пьесе Кая Мунка о конфликте веры и любви) и «Гертруда» (1964, по Яльмару Сёдербергу о женщине, не жалеющей о своём жизненном выборе) — Дрейер утвердил канонический стиль: сверхдлинные планы, выверенную мизансцену и контрастный монохром, призванный раскрывать сокровенные мысли персонажей за произносимыми словами.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Главной драмой карьеры мастера стала несовместимость его бескомпромиссного перфекционизма с коммерческими запросами индустрии. Кассовый провал «Страстей Жанны д’Арк» и особенно обескуражившего современников «Вампира» на фоне упадка скандинавского кино в годы Великой депрессии привели Дрейера к нервному срыву в начале 1930-х годов (завершившему и гомосексуальный период в его личной жизни) и к возвращению в журналистику и теоретическую эссеистику (книга «О кино», 1964). За последнюю треть жизни он сумел поставить лишь три авторских полнометражных фильма.
Острый политический резонанс возник вокруг «Дня гнева» (1943), снятого в оккупированной нацистской Германией Дании: историю средневековой охоты на ведьм современники считывали как аллегорию фашистской тирании, хотя сам режиссёр отрицал подобный умысел. Последовавшая шведская постановка «Два человека» (1945) настолько не устроила Дрейера, что он убрал своё имя из титров. В 1942–1954 годах он снимал финансировавшиеся из госбюджета документальные короткометражки («Помощь матерям», «Борьба с раком», «Сельские церкви», «Они успели на паром», «Торвальдсен»). Лишь победа «Слова» на Венецианском кинофестивале («Золотой лев», 1955) принесла признание живым классиком и государственную лицензию на управление столичным кинотеатром «Дагмар», доходы которого обеспечили съёмки «Гертруды» (1964). Между тем давние замыслы экранизации «Доктора Живаго» и фильма о жизни Иисуса Христа (над которым режиссёр размышлял годами, но сценарий вышел лишь посмертно в 1968 году) так и остались нереализованными из-за нестабильного финансирования и крайнего перфекционизма автора.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Скончавшийся 20 марта 1968 года в Копенгагене от пневмонии (во время подготовки фильма о Христе), Карл Теодор Дрейер оставил наследие, влияние которого многократно превышает число его картин. Сергей Эйзенштейн назвал «Страсти Жанны д’Арк» «одной из прекраснейших» лент в истории кинематографа, а Пол Шрейдер в исследовании 1972 года выделил его «трансцендентальный стиль» наряду с Ясудзиро Одзу и Робером Брессоном.
В академическом киноведении поэтику мастера системно проанализировали Жан Семёлюэ (1962, 2005), Дэвид Бордвелл (1981), П. Хоуэ (1992) и Джеймс Шеймус (2008); критик Дэвид Томсон провозгласил недооценённую поначалу «Гертруду» подлинным оправданием дрейеровского метода, ставящего душевную правду выше внешней техники. В глобальном опросе Sight & Sound (2012) «Страсти Жанны д’Арк» заняли 9-е место по оценке критиков и 37-е среди режиссёров. Русскоязычное осмысление наследия Дрейера закрепили монография А. А. Андроновой (2014) и издание его теоретической книги «О кино» (2016).
