Происхождение, среда и становление
Руаль Амундсен вырос в среде норвежской морской буржуазии в период национального подъёма Норвегии. Четвёртый сын состоятельного судовладельца и капитана Йенса Амундсена, он рано сочетал суровую физическую самодисциплину (лыжные походы, спартанский режим) со слабым интересом к школьной рутине. Книги о гибели арктической экспедиции Джона Франклина и национальный триумф Фритьофа Нансена, провожаемого Амундсеном в 1893 году на «Фраме», определили его призвание. Уступая воле матери, Руаль поступил на медицинский факультет университета Кристиании, но после её смерти в 1893 году оставил учёбу:
«С огромным облегчением покинул я… университет, чтобы всецело предаться осуществлению мечты моей жизни».
После промысловых рейсов, записки в правительство об интересах Норвегии на Шпицбергене (1894), экзамена на штурмана (1895) и едва не стоившего жизни зимнего перехода с братом Леоном через плато Хардангервидда (январь 1896) решающей школой стала Бельгийская антарктическая экспедиция Адриена де Жерлаша на барке «Бельжика» (1897–1899), оказавшаяся в 13-месячном ледовом дрейфе. Когда командир слёг, а экипаж косила цинга, старший помощник Амундсен и судовой врач американец Фредерик Кук организовали охоту на тюленей и пингвинов, пошив тёплой одежды из одеял и испытания полярного снаряжения. По возвращении Амундсен изучал земной магнетизм в Гамбурге у Георга фон Ноймайера (1900) и океанографию у Б. Хелланн-Хансена, усвоив правило: масштабные экспедиции требуют научной программы.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Успех Амундсена опирался на отказ от европейских догм ради локального опыта. В 1903–1906 годах на 47-тонной малой яхте «Йоа» с керосиновым двигателем он с командой из шести человек впервые преодолел Северо-Западный морской проход. Две зимовки у острова Кинг-Вильям позволили зафиксировать смещение Северного магнитного полюса, а общение с эскимосами племени нетсилик дало Амундсену две главные технологии выживания — свободную меховую одежду из шкур и ездовое собаководство. На третью зимовку у берегов Аляски он совершил 800-километровый санный бросок до телеграфа в Игл-Сити (декабрь 1905), известив Нансена и только что обретшую независимость Норвегию во главе с королём Хоконом VII о триумфе экспедиции.
Именно синтез инуитской практики, скандинавской лыжной школы и точной логистики обеспечил победу в антарктической гонке (1910–1912). Высадившись на шельфовом леднике Росса в Китовой бухте (база «Фрамхейм», ближе к цели, чем лагерь Роберта Скотта), норвежцы заготовили 60 тонн тюленины, проложили склады до 82° ю. ш., облегчили сани с 80 до 30 кг и рассчитали паёк в 4560 ккал с плановым забоем части собак на корм упряжкам и людям. 19 октября 1911 года пятёрка Амундсена (О. Бьоланд, Х. Хансен, С. Хассель, О. Вистинг) на четырёх нартах с 52 собаками перевалила через ледник Акселя Хейберга и 14 декабря 1911 года достигла Южного полюса («Полхейм») на 34 дня раньше Скотта, вернувшись без потерь.
В 1918–1925 годах на судне «Мод» с геофизиком Харальдом Свердрупом Амундсен прошёл Северо-Восточным проходом вдоль Сибири (замкнув полярную кругосветку), а в 1920-е годы перешёл к полярной авиации. После полёта 1925 года на двух летающих лодках Dornier Wal до 87°44′ с. ш. — где экипажи, вынужденно севшие во льдах, за три недели на скудном пайке расчистили взлётную полосу от 600 тонн льда и спаслись на одной машине «N-25», — он в мае 1926 года с Линкольном Элсуортом на дирижабле «Норге» конструктора Умберто Нобиле перелетел со Шпицбергена на Аляску через Северный полюс, став первым бесспорно признанным покорителем обоих полюсов Земли (ввиду спорности более ранних притязаний Кука, Пири и Бэрда).
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
За победами стояли жёсткие финансовые кризисы, секретность и тяжёлые личные разрывы. Готовясь к пятилетнему дрейфу к Северному полюсу на уступленном Нансеном «Фраме», Амундсен в сентябре 1909 года узнал о заявлениях Ф. Кука и Р. Пири о покорении северной вершины. Опасаясь потери финансирования и краха в долгах, он втайне от Нансена, парламента и британского соперника Роберта Скотта перенацелил экспедицию на Юг, открыв карты команде лишь на Мадейре (сентябрь 1910) и послав Скотту телеграмму:
«Имею честь сообщить „Фрам“ направляется Антарктику. Амундсен». В то время как Амундсен всё подчинил скорости и полюсу, перегруженная наукой и разнородным транспортом экспедиция Скотта потерпела трагедию на обратном пути.
Тяжёлыми были и внутренние конфликты. После срыва сентябрьского фальстарта к Южному полюсу в −56 °C ветеран экспедиций Нансена Ялмар Йохансен упрекнул начальника в поспешном отступлении и был исключён из штурмовой пятёрки (в 1913 г. Йохансен покончил с собой). Позднее Амундсен рассорился с братом Леоном после банкротства 1924 года и вступил в ожесточённый публичный спор с Умберто Нобиле из-за славы перелёта на «Норге». Но когда в мае 1928 года дирижабль Нобиле «Италия» потерпел крушение, 55-летний Амундсен отбросил вражду, вылетел на спасательной лодке «Латам-47» и 18 июня 1928 года навсегда исчез в Баренцевом море.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Подвиги Амундсена укрепили международный престиж молодой независимой Норвегии (обретшей суверенитет в 1905 году в дни плавания «Йоа») и заложили стандарты современной полярной логистики. Его имя носят море в Антарктике, залив в Канадской Арктике, ледник, научная станция Амундсен — Скотт на Южном полюсе и лунный кратер, а суда «Фрам» и «Йоа» сохранены в музее Осло.
Историография на протяжении столетия противопоставляла Амундсена и Скотта. Британская традиция долго осуждала норвежца за скрытность, «спортивный» расчёт и забой собак, идеализируя трагический героизм Скотта. Вторая половина XX — XXI век (работы Роланда Хантфорда, Тура Буманн-Ларсена, Стивена Боуна) пересмотрела этот образ: «Наполеон полярных стран» победил благодаря отказу от имперского высокомерия перед знаниями коренных народов Арктики, методичной проверке снаряжения и дисциплинированному расчёту.
