Происхождение, среда и становление
Сейид Рухолла Мостафави Мусави Хомейни родился в городе Хомейн (Каджарский Иран) в семье потомственных шиитских богословов и мелких землевладельцев; по документам фигурирует 17 мая 1900 года, по семейной традиции — 24 сентября 1902 года. Его отцовские предки в XVIII веке переехали из Нишапура в индийское княжество Ауд, откуда дед Ахмад Хинди вернулся в Иран в 1830-е годы (отсюда поэтический псевдоним Хомейни «Хинди»). Дед по материнской линии прославился антибританской табачной фетвой 1891 года. Рано осиротев — отец был убит в 1903 году, а мать умерла, когда Рухолле исполнилось пятнадцать, — он учился в Эраке и Куме под началом аятоллы Абдолькарима Хаэри Йазди и в 23 года стал моджтахидом.
Для духовного сословия Хомейни выделялся широтой кругозора: помимо шариата и фикха, он преподавал исламский мистицизм (ирфан), опираясь на Ибн Араби, Муллу Садра, Авиценну, Платона и Аристотеля, писал газели и воспитал будущих идеологов революции (Муртазу Мутаххари, Мохаммада Бехешти, Али Хаменеи). Одновременно росло его отторжение светской политики Реза-шаха Пехлеви, из-за чего в середине 1930-х годов он лишился права читать публичные лекции. Если в книге «Кашф аль-асрар» (1942), полемизируя с антиклерикалами и запретом хиджаба, Хомейни ещё допускал конституционную монархию, то вдохновляли его непримиримые антиколониальные клирики вроде Фазлуллы Нури и Хасана Модарреса.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Главный идейный переворот Хомейни совершил внутри самой шиитской теологии. После смерти аятоллы Сейида Хоссейна Боруджерди (1961), придерживавшегося невмешательства духовенства в политику, Хомейни стал великим аятоллой и марджа ат-таклид (1963), радикально пересмотрев традицию ожидания Сокрытого имама. В цикле лекций 1970 года в иракском Неджефе, изданных под названием «Исламское правительство» («Велаят-е факих»), он обосновал тезис о том, что подлинный исламский порядок требует прямого верховенства наиболее учёного правоведа-факиха над государством, поскольку светские монархии и парламенты узурпируют власть Божественного закона.
Второй опорой успеха стало соединение доктрины с массовой мобилизацией. Находясь в изгнании в Турции, Ираке и Франции (с октября 1978), Хомейни превратил сеть из более чем двадцати тысяч иранских мечетей и базарных гильдий в политическую машину с помощью магнитофонных кассет. Соединив религиозные символы с защитой «угнетённых» (мустазафин) и антиимпериализмом, он привлёк после смерти Али Шариати в 1977 году светскую интеллигенцию и левых. Вернувшись в Тегеран 1 февраля 1979 года при поддержке миллионов граждан, он добился краха кабинета Шапура Бахтияра и 98-процентной победы на мартовском референдуме, закрепив в конституции декабря 1979 года пост Высшего руководителя (рахбара), Совет стражей и Корпус стражей исламской революции (КСИР).
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Открытая конфронтация с шахом Мохаммедом Резой Пехлеви началась в 1963 году вокруг «Белой революции»: аграрная реформа затронула вакфные земли клира, а наделение правами женщин и немусульман Хомейни назвал атакой на ислам. После налёта САВАК на медресе Февзийе и речи 3 июня 1963 года в день Ашуры аятоллу арестовали, что вызвало восстание 15 хордада (около 400 погибших). В ноябре 1964 года за критику иммунитета военных США его выслали в Турцию, затем в Неджеф, а в 1978 году Саддам Хусейн вынудил его переехать под Париж. Примечательно, что рассекреченные документы США указывают на тайные контакты его эмиссаров с Вашингтоном в 1963 и январе 1979 года с заверениями об отсутствии враждебности, помогшими нейтрализовать верхушку шахской армии.
Утвердившись у власти, Хомейни быстро разорвал союз со светскими и левыми силами: были распущены Национальный фронт и правительство Мехди Базаргана, созданы ревтрибуналы Садека Хальхали, проведены «культурная революция» и чистка соперников среди духовенства, а захват посольства США с 52 заложниками (ноябрь 1979 — январь 1981) закрепил антиамериканский курс против «Большого сатаны». Нападение Ирака (1980–1988) сплотило режим вокруг экспорта революции, пока истощение не вынудило Хомейни в июле 1988 года принять резолюцию ООН № 598, сравнив её с «чашей яда». Финалом его правления стали массовые казни политзаключённых в 1988 году, фетва против Салмана Рушди (февраль 1989), послание Михаилу Горбачёву о крахе атеизма и передача преемственности Али Хаменеи вместо опального Монтазери.
Наследие, влияние и оценки в историографии
На похороны Рухоллы Хомейни 3 июня 1989 года собралось около десяти миллионов человек, а в Исламской Республике Иран он канонизирован как неприкосновенный основатель государства и «Имам», чей портрет помещён на национальную валюту, а мавзолей на кладбище Бехеште-Захра стал святыней. Главным институциональным наследием его революции стала уникальная для Новейшего времени шиитская теократия на основе «велаят-е факих», устоявшая после смерти вождя. В региональной политике идеи «хомейнизма» и курс «ни Восток, ни Запад» превратили политический ислам в самостоятельный геополитический фактор, укрепив шиитские движения в Ливане, Ираке и Персидском заливе.
В историографии оценки его роли резко расходятся. Часть исследователей и сторонников в странах Глобального Юга видят в Хомейни лидера, покончившего с внешним диктатом сверхдержав и выразившего протест традиционного общества против насильственной вестернизации. Критики же — среди иранской диаспоры, правозащитников и светских историков — указывают на цену теократического переворота: подавление политических свобод и прав женщин, преследование меньшинств, массовые внесудебные казни 1981–1982 и 1988 годов, использование подростков на фронтах и жёсткий культ вождя, определивший глубокие внутренние противоречия современного Ирана.
