Предпосылки и исторический контекст
Принятие Декларации независимости летом 1776 года стало результатом стремительной радикализации конфликта между Великобританией и её Тринадцатью североамериканскими колониями. Ещё после начала вооружённых столкновений при Лексингтоне и Конкорде в апреле 1775 года и созыва Второго Континентального конгресса в мае 1775 года значительная часть делегатов надеялась на конституционное примирение с монархом при отказе от верховенства Вестминстерского парламента — позицию, опиравшуюся на тезис Сэмюэла Адамса, Джеймса Уилсона и Томаса Джефферсона о том, что парламент правомочен принимать законы лишь для самой Британии, тогда как колонии связаны с метрополией исключительно через верность короне.
Однако надежды на посредничество короля рухнули в конце 1775 — начале 1776 года. Георг III отказался принять «Петицию оливковой ветви», ещё в августе 1775 года провозгласил колонии в состоянии мятежа (что влекло казнь за государственную измену), а в декабре парламент принял Запретительный акт (Prohibitory Act), установивший морскую блокаду колоний и объявивший американские суда вражескими (Джон Адамс назвал этот закон фактическим «актом о независимости»). Решающим толчком к смене общественного настроения стали известия о найме короной германских наёмников и публикация 10 января 1776 года в Филадельфии памфлета Томаса Пейна «Здравый смысл» (Common Sense), который в пересчёте на 2,5-миллионное население колоний стал самой тиражной книгой эпохи и впервые убедительно обосновал необходимость разрыва с монархией и создания республики.
Одновременно стратегическая ситуация на фронте показала, что после неудачи Канадской экспедиции (май–июнь 1776 года) колонии не смогут выиграть войну без военно-финансового союза с Францией, а Париж не стал бы заключать договор с восставшими подданными чужого монарха до официального провозглашения их суверенитета. С апреля по июнь 1776 года по колониям прокатилась волна пересмотра делегатских мандатов: свыше 90 местных и провинциальных «деклараций» (включая Галифаксские резолюции Северной Каролины 12 апреля и акт Род-Айленда от 4 мая) уполномочили представителей голосовать за отделение. 10 и 15 мая Конгресс по инициативе Джона Адамса принял резолюцию и преамбулу о создании в колониях самостоятельных правительств без власти короны, а 15 мая Виргинский конвент прямо поручил своей делегации внести предложение о независимости.
Ход событий и ключевые механизмы
Процедура юридического и литературного оформления разрыва с Великобританией заняла чуть менее двух месяцев и объединила напряжённую парламентскую борьбу колеблющихся средних колоний с коллективным редактированием философского текста.
Резолюция Ли и работа Комитета пяти (7–28 июня 1776 года)
- Внесение резолюции и отсрочка голосования: 7 июня 1776 года делегат от Вирджинии Ричард Генри Ли (при поддержке Джона Адамса) представил Конгрессу трёхчастную резолюцию: объявить Соединённые Колонии свободными и независимыми штатами, заключить иностранные союзы и выработать план Конфедерации. Поскольку делегации Пенсильвании, Делавэра, Нью-Джерси, Мэриленда и Нью-Йорка всё ещё не имели инструкций на отделение (а лидер умеренных Джон Дикинсон настаивал на приоритете союзов и конфедерации), Конгресс 10 июня отложил финальное голосование на три недели.
- Составление проекта Томасом Джефферсоном: На случай одобрения резолюции 11 июня был назначен Комитет пяти — Джон Адамс, Бенджамин Франклин, Томас Джефферсон, Роджер Шерман и Роберт Р. Ливингстон. По настоянию Адамса подготовка первоначального проекта была поручена 33-летнему виргинцу Томасу Джефферсону. Работая в уединении на съёмной квартире в Филадельфии (700 Market Street) с 11 по 28 июня, Джефферсон опирался на философию Джона Локка, публицистику Пейна, собственный черновик конституции Вирджинии и Вирджинскую декларацию прав Джорджа Мейсона. После небольших уточнений Адамса и Франклина 28 июня проект был внесён в Конгресс под заглавием «Декларация представителей Соединённых Штатов Америки, собравшихся на Генеральный конгресс».
Голосование за независимость и правка текста Конгрессом (1–4 июля 1776 года)
- Решающее голосование 1–2 июля: В Комитете всей палаты 1 июля против резолюции Ли проголосовали Пенсильвания и Южная Каролина, Делавэр разделился пополам, а Нью-Йорк воздержался; Эдвард Ратлидж перенёс итоговый вотум на следующий день ради достижения единодушия. 2 июля Южная Каролина изменила голос, умеренные пенсильванцы Дикинсон и Моррис воздержались, позволив делегации высказаться «за», а экстренный ночной приезд Сизара Родни обеспечил перевес Делавэра. Резолюция о независимости была принята голосами 12 колоний (Нью-Йорк воздержался ввиду эвакуации местного конгресса и присоединился лишь в середине июля). Джон Адамс в письме жене Эбигейл от 3 июля назвал именно 2 июля великим будущим праздником, не предвидя, что символической датой станет 4 июля.
- Сокращения и утверждение 4 июля: Со 2 по 4 июля Конгресс построчно редактировал текст Джефферсона, сократив первоначальный объём примерно на четверть (из 1800 слов), сделав формулировки более строгими и сняв резкие упрёки в адрес британского народа, а также исключив — по требованию Южной Каролины, Джорджии и ряда северных судовладельцев — гневный пассаж, обвинявший Георга III в навязывании рабства и работорговли колониям. Вечером 4 июля 1776 года окончательный текст был одобрен Конгрессом и заверен подписями его президента Джона Хэнкока и секретаря Чарльза Томсона.
Структура документа, распространение и торжественное подписание
- Пять композиционных частей: Хотя формально текст не разбит на главы, в нём выделяют введение (объяснение причин отделения перед «мнением человечества»), философскую преамбулу (все люди созданы равными и наделены Творцом неотчуждаемыми правами на жизнь, свободу и стремление к счастью; правительства черпают власть из согласия управляемых, а народ имеет право и долг свергнуть деспотизм), обвинительный акт против Георга III из 27 конкретных пунктов (от роспуска легислатур и содержания постоянных армий в мирное время до обложения налогами без согласия, блокады торговли и найма иностранных наёмников), упрёк «британским братьям» и заключительное провозглашение суверенитета «Соединённых Штатов Америки».
- Публикация и церемония 2 августа: В ночь на 5 июля типограф Джон Данлэп отпечатал широкие листовки (Dunlap broadside), 6 июля текст вышел в «Pennsylvania Evening Post», 8 июля прошли публичные чтения в Филадельфии, Трентоне и Истоне (а к 10 сентября весть достигла Георга III). 19 июля Конгресс постановил переписать текст крупным почерком на пергаменте с новым заголовком «Единогласная декларация тринадцати объединённых Штатов Америки» (каллиграфическую работу выполнил Тимоти Мэтлэк), и 2 августа 1776 года состоялась официальная церемония подписания документа 56 делегатами, сознательно пошедшими на риск казни за государственную измену.
Источниковедческая база и свидетельства
Текстуальная история Декларации независимости восстановлена историками с исключительной точностью благодаря сохранности промежуточных редакций (детально изученных Джулианом П. Бойдом в «The Declaration of Independence: The Evolution of the Text», 1999). В распоряжении исследователей находятся ранний фрагмент и «первоначальный черновик» Джефферсона с пометками Адамса и Франклина, протоколы Журналов Континентального конгресса, первые печатные листовки Данлэпа (сохранившиеся, в частности, в Библиотеке Конгресса), беловик Мэтлэка на пергаменте в Национальном архиве США (с которого в 1823 году гравёр Уильям Стоун снял известнейшее факсимиле) и издание Мэри Кэтрин Годдард 1777 года, впервые обнародовавшее имена всех подписантов.
Сопоставление авторского замысла и политических реалий опирается также на эпистолярные свидетельства: знаменитое письмо Джона Адамса Эбигейл от 3 июля 1776 года, автобиографию Джефферсона (где он с досадой отмечал, что Конгресс «искалечил» его рукопись, убрав антирабовладельческий раздел) и его письмо Генри Ли 1825 года с объяснением, что документ не претендовал на философскую оригинальность, а стремился выразить «общее настроение американского ума». В русскоязычной академической традиции текст Декларации представлен классическим переводом XIX века А. В. Каменского (в фонде Викитеки) и современным научным переводом О. А. Жидкова (в собрании Исторического факультета МГУ).
Исторические итоги и долгосрочное значение
В 1776 году Декларация независимости выполнила важнейшую политико-дипломатическую задачу: она превратила внутренний британский колониальный конфликт в войну нового суверенного государства, сделав возможным официальный союз с Францией (1778) и последующее международное признание США по Парижскому миру 1783 года. С формально-правовой точки зрения документ представлял собой торжественный политический манифест, а не конституционный закон: правовую архитектуру государства определили сначала конституции отдельных штатов и Статьи Конфедерации, а затем Конституция США 1787 года. Кроме того, само принятие Декларации дало старт истории электронной гуманитаристики — в 1971 году с рассылки её оцифрованного текста начался проект «Гутенберг».
В долгосрочной перспективе философская преамбула Декларации вышла далеко за пределы событий 1776 года. Хотя в ней не содержалось механизма немедленной отмены рабства или избирательных прав для женщин, формула «все люди созданы равными» стала главным нравственным ориентиром и аргументом в политической борьбе последующих поколений. Авраам Линкольн в Геттисбергской речи 1863 года объявил Декларацию моральным стандартом, через призму которого следует толковать Конституцию; её риторику воспроизводили женское движение за избирательное право («Декларация чувств» 1848 года в Сенека-Фоллс), лидеры борьбы за гражданские права в XX веке, а за рубежом — создатели французской Декларации прав человека и гражданина 1789 года и более ста национальных деклараций независимости XIX–XX веков в Латинской Америке, Европе и Азии.
Дискуссии и оценки в историографии
Вокруг Декларации независимости сложился целый ряд устойчивых историографических дискуссий. Первая касается степени авторской оригинальности Т. Джефферсона: уже в начале XIX века Джон Адамс скептически замечал, что основные идеи документа были изложены ранее в трактатах Дж. Локка и резолюциях Конгресса. Современные историки (Дж. П. Бойд, Дж. Эллис, П. Майер) находят баланс: признавая отсутствие принципиально новой политической теории и решающее коллективное влияние более чем 90 локальных деклараций весны–лета 1776 года (работа П. Майер «American Scripture»), они высоко оценивают литературную форму преамбулы как «наиболее действенных слов в американской истории» (Дж. Эллис). При этом исследователи спорят об истоках замены локковской категории «собственность» на «стремление к счастью»: классическая школа К. Беккера видела здесь переработку локковского либерализма, тогда как Г. Уиллс возводил эту триаду к шотландской моральной философии Ф. Хатчесона.
Второй крупный спор посвящён международно-правовому значению документа (Э. Дамболд, Д. Армитидж) и проблеме «умолченного» рабства. Историки подчёркивают, что Декларация была обращена прежде всего к внешнему миру и судам европейских держав для легитимации суверенитета США, а исключение Конгрессом пассажа об осуждении работорговли заложило глубокое структурное противоречие между универсализмом прав человека и сохранением рабства в молодом государстве, разрешённое лишь Гражданской войной 1861–1865 годов. Наконец, текстологически доказано, что ряд более ранних местных актов, якобы опередивших Конгресс (в частности, знаменитая Мекленбургская декларация мая 1775 года), по современному научному консенсусу являются недостоверными или позднейшими реконструкциями.
