Предпосылки и исторический контекст
Установление режима пожизненного консулата в 1802 году не сняло проблемы неустойчивости власти Наполеона Бонапарта перед лицом роялистских заговоров (раскрытие заговора Ж. Кадудаля и Ш. Пишегрю в начале 1804 года) и угрозы насильственной смерти главы государства. Стремясь гарантировать преемственность власти и упрочить статус Франции среди европейских монархий, 18 мая 1804 года (28 флореаля XII года) Охранительный сенат принял органический сенатус-консульт (Конституцию XII года), провозгласивший Наполеона «Императором французов» с правом наследования титула. На всенародном референдуме 1804 года это преобразование было одобрено подавляющим официальным большинством (3 572 329 голосов «за» против 2569 «против»).
Однако формального конституционного акта и плебисцита было недостаточно: Наполеон жаждал придать новой династии сакральный авторитет в глазах католического большинства Франции и консервативных европейских дворов, одновременно избежав подражания свергнутым Бурбонам. От традиционной для французских королей церемонии в Реймсском соборе с помазанием из Святой сткляницы и вступлением под эгиду архиепископа Реймса он решительно отказался («быть королём — значит наследовать старые идеи и генеалогию»). Вместо этого был задуман беспрецедентный синтез римско-католической литургии, каролингских реминисценций (обращение к эпохе Карла Великого и даже меровингским символам) и революционного принципа народного суверенитета. Кульминационным политическим ходом стало согласие папы римского Пия VII лично прибыть в Париж для совершения священнодействия, что должно было увенчать примирение с Церковью, начатое Конкордатом 1801 года.
Ход событий и ключевые механизмы
Приезд Пия VII, тайное венчание и реформа коронационного чина
- Переговоры в Фонтенбло и ночной брак: папа Пий VII покинул Рим 5 ноября 1804 года и 25 ноября был встречен Наполеоном в лесу Фонтенбло. Накануне торжества Жозефина Богарне призналась понтифику, что её брак с Бонапартом в 1796 году был исключительно гражданским. Узнав о недействительности брака с точки зрения канонического права, папа категорически отказался участвовать в коронации без церковного венчания; в ночь на 1 декабря дядя императора кардинал Жозеф Феш тайно обвенчал Наполеона и Жозефину в Тюильри в присутствии Талейрана и маршала Бертье.
- Создание гибридного обряда: первоначально предполагалось следовать чину Римского понтификала, однако по прибытии папы Наполеон добился существенных уступок. В литургию включили французские мотивы (пение Veni Creator Spiritus и молитвы благословения регалий), заменили елей оглашенных на священное миро, помазывали голову и обе руки (вместо правой руки и шеи), сократили литургическую клятву до одного слова и позволили императору большую часть церемонии оставаться сидячим.
Торжественная церемония в Нотр-Дам-де-Пари 2 декабря 1804 года
- Процессии и символика нарядов: около 9 часов утра 2 декабря (11 фримера) из Тюильри двинулась папская процессия, вошедшая в собор Парижской Богоматери под гимн Tu es Petrus; в 11 часов в карете, запряжённой восьмёркой лошадей, прибыла императорская чета в сопровождении 4–5 тысяч зрителей, гвардии и оркестров. Наполеон был увенчан золотым лавровым венком в античном духе и облачён в тяжёлую малиновую бархатную мантию весом около 36 кг, подбитую горностаем и украшенную золотыми пчёлами (по образцу находок из гробницы короля Хильдерика I, призванных затмить бурбонские лилии). Для обряда изготовили новую средневекового вида «корону Карла Великого», а скипетр и меч выдавались за реликвии Карла V и Филиппа III.
- Совместное помазание и самокоронация: под пение мессы и Te Deum Джованни Паизиелло (хор из 400 голосов и оркестр из 300 музыкантов) впервые в западной коронационной практике государь и его супруга принимали каждый шаг обряда непосредственно друг за другом. В решающий момент вместо римской формулы Accipe coronam... («Прими корону...», символизировавшей вручение власти от Церкви) папа произнёс адаптированную во множественном числе англо-французскую формулу Coronet vos Deus... («Да увенчает вас Бог...»). Наполеон сам снял лавровый венок, возложил корону на собственную голову, а затем короновал коленопреклонённую Жозефину малой короной с крестом. При возведении на престол папа возгласил Vivat imperator in aeternum!
Гражданская присяга и «Раздача орлов»
- Светский акт в западной части собора: после окончания мессы Пий VII удалился в ризницу, отказавшись присутствовать при гражданской присяге, содержание которой противоречило традиционным претензиям папства. Возложив руки на Библию перед председателями Сената, Законодательного корпуса и Государственного совета, Наполеон поклялся сохранять целостность территории Республики, уважать Конкордат и свободу вероисповедания, равенство прав, гражданскую и политическую свободу, неотчуждаемость продажи национальных имуществ, не вводить налогов без закона, поддерживать орден Почётного легиона и править ради счастья и славы французского народа.
- Провозглашение и военный ритуал: герольды провозгласили Наполеона «трижды славным и трижды августейшим Императором», собор огласил 101 артиллерийский залп, а вскоре после торжеств император вручил полкам новые штандарты с бронзовыми имперскими орлами на Марсовом поле.
Источниковедческая база и свидетельства
Точная реконструкция пятичасовой церемонии стала возможной благодаря сохранившемуся официальному стенографическому протоколу коронации (procès-verbal), зафиксировавшему порядок литургии, отклонения от Римского понтификала, латинские формулы и дословный текст гражданской клятвы. Важную корректирующую роль играют живые, нередко ироничные или скептические свидетельства очевидцев из придворного и дипломатического круга: записки фрейлины императрицы Клер де Ремюсат, воспоминания герцогини д’Абрантес (Лауры Жюно), камердинера Наполеона Луи Констана Вери, а также частные письма батавского посла Рутгера Яна Схиммелпеннинка, описывавшего реакцию публики и придворные интриги.
Особым типом источника выступает монументальная визуальная пропаганда, прежде всего два огромных полотна придворного живописца Жака-Луи Давида — «Коронация Наполеона» и «Раздача орлов». Источниковедческий анализ картины Давида выявляет характерное вмешательство политической режиссуры в историческую достоверность: на полотне запечатлён не момент самокоронации Наполеона, а более благочестивая сцена увенчания Жозефины под благословляющим жестом папы, причём по прямому приказу императора художник вписал в центральную ложу его мать Летицию Бонапарт, которая в действительности бойкотировала церемонию и находилась в Риме. Материальную культуру события дополняют памятная медаль А.-Д. Шоде, корона в Лувре, сохранившиеся золотые листья лаврового венка работы ювелира Бьенна и парадный шлейф графини Беранже.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Коронация 2 декабря 1804 года завершила политическую трансформацию революционной республики в авторитарную, но постреволюционную Первую империю. Ритуал визуально закрепил формулу бонапартистской легитимности: власть императора провозглашалась не божественным даром Церкви (что подчеркнула самокоронация) и не наследием феодальной династии, а союзом народного плебисцитарного мандата, личных заслуг, армии и сохранения гражданских принципов Гражданского кодекса 1804 года (равенство перед законом, защита собственности покупателей национальных земель, веротерпимость).
На международной арене церемония стала открытым вызовом старым европейским монархиям — в первую очередь Габсбургам, носившим титул императоров Священной Римской империи, а также Российской империи и Великобритании. Последующее коронование Наполеона в Милане Железной короной как короля Италии (май 1805 года) окончательно разрушило европейское равновесие и ускорило оформление Третьей антифранцузской коалиции. Внутри же католического мира уступки Пия VII не привели к прочному согласию: отказ папы присутствовать при гражданской присяге предвосхитил острый конфликт между Наполеоном и Ватиканом, завершившийся аннексией Папской области и арестом понтифика в 1809 году.
Дискуссии и оценки в историографии
Центральной темой историографической критики долгое время оставался жест самокоронации. Романтическая и антинаполеоновская публицистика XIX века создала живучий миф о том, будто Наполеон в последний момент грубо «выхватил» корону из рук ошеломлённого Пия VII. Архивные исследования Ф. Массона, а позднее работы В. Кронина (1971), Дж. Д. Маркхэма и Т. Ленца доказали, что сценарий возложения короны самим императором был предварительно оговорён в дипломатической переписке и папа не выдвигал против него возражений, согласившись взамен на сохранение самого обряда помазания.
В современной культурной и политической истории (работы Ф. Дуайера, С. Энглунда, Т. Б. Портерфилда и С. Зигфрид) коронация 1804 года интерпретируется не как анахроничное подражание Средневековью, а как «воплощение современной империи» и тщательно срежиссированный образец политического спектакля Нового времени. По определению Дуайера (2015), соединив античный лавровый венок, каролингские регалии, католическую литургию и революционный плебисцит, «гражданин-император» создал гибридный политический ритуал, в котором народный суверенитет был переплавлен в сакрализованную харизматическую власть.
