Происхождение, среда и становление
Александр Михайлович Прохоров родился 11 июля 1916 года в австралийском городе Атертон (штат Квинсленд) в семье русского рабочего-революционера М. И. Прохорова и М. И. Михайловой, бежавших от преследований царского режима. Начальную школу он посещал в Батчерс-Крик, а в 1923 году семья вернулась на родину в Советскую Россию. В 1934 году Прохоров поступил на физический факультет Ленинградского государственного университета и в 1939 году окончил его с отличием, после чего был принят в аспирантуру Физического института АН СССР (ФИАН) в Лабораторию колебаний под началом академика Н. Д. Папалекси, где исследовал распространение радиоволн вдоль земной поверхности и в ионосфере.
С началом Великой Отечественной войны в июне 1941 года молодой физик ушёл добровольцем на фронт. Он воевал в пехоте и разведке, перенёс два тяжёлых ранения (впоследствии был награждён медалью «За отвагу» и орденом Отечественной войны I степени) и в 1944 году был демобилизован, потеряв в годы войны обоих родителей. Возвратившись в ФИАН, он в 1946–1947 годах защитил кандидатскую диссертацию по теории стабилизации частоты лампового генератора, а в 1951–1952 годах — докторскую диссертацию о когерентном миллиметровом излучении электронов в синхротроне, открыв новый режим генерации ускорительных волн.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Главный научный переворот Прохорова связан с рождением квантовой электроники в Лаборатории колебаний ФИАН, которую он возглавил в 1954 году (одновременно руководя лабораторией радиоспектроскопии в НИИЯФ МГУ). Собрав вокруг себя молодых исследователей и работая в тесном соавторстве с Николаем Геннадиевичем Басовым, Прохоров в 1952–1955 годах сформулировал базовые принципы квантового усиления и генерации электромагнитных волн: применение неоднородных электрических и магнитных полей для получения инверсной населённости и постройку в 1954 году первого молекулярного квантового генератора (мазера) на аммиаке. В 1955 году они предложили трёхуровневую схему накачки, ставшую универсальной основой мазеров и лазеров.
Обратившись к электронному парамагнитному резонансу (ЭПР) в парамагнитных кристаллах, Прохоров изучил релаксационные свойства ионов в решётке оксида алюминия, в 1957 году указал на рубин (оксид алюминия с примесью хрома) как на активную среду лазера, а в 1958 году предложил конструкцию открытого резонатора, решившую проблему селекции оптических мод. Этот цикл работ принёс Басову и Прохорову Ленинскую премию (1959) и Нобелевскую премию по физике 1964 года (разделённую с Чарлзом Таунсом). Позднее Прохоров с А. С. Селиваненко предложил лазер на двухквантовых переходах (1963), открыл светогидравлический эффект — ударный импульс при поглощении светового луча внутри жидкости (1963), построил мощный газодинамический лазер (1966), исследовал многофокусную самофокусировку (с В. Н. Луговым), лазерное разделение изотопов (с Н. В. Карловым), лазерный термоядерный синтез и оптические солитоны в волоконных световодах (с Е. М. Диановым).
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Прорывы Прохорова достигались решительной, порой жёсткой ломкой научной инерции. В конце 1950-х годов, когда часть сотрудников его лаборатории не желала оставлять налаженную СВЧ-тематику ради квантовой оптики, руководитель пошёл на открытый конфликт и демонстративно разбил прежнюю аппаратуру, принудив коллектив переключиться на лазеры. Несмотря на увольнение примерно половины прежнего состава, оставшаяся группа в считаные годы вышла на мировой нобелевский уровень.
Не менее контрастной была общественно-политическая позиция академика. Член КПСС с 1950 года и бессменный академик-секретарь Отделения общей физики и астрономии (1973–1993), Прохоров оставался лояльным государственным администратором и неоднократно участвовал в идеологическом осуждении А. Д. Сахарова: в 1973 году подписал письмо учёных в «Правду» с критикой академика, а в июле 1983 года наряду с А. А. Дородницыным, Г. К. Скрябиным и А. Н. Тихоновым поставил подпись под открытым письмом «Когда теряют честь и совесть» против статьи Сахарова «Опасность термоядерной войны». Эти выступления стали предметом острой моральной полемики и обозначили раскол между академическим руководством и диссидентской средой. На институциональном уровне ключевым рубежом стал 1982 год, когда масштаб лазерных исследований перерос рамки ФИАН и Прохоров возглавил вновь созданный Институт общей физики АН СССР (ИОФ РАН), которым руководил до 1998 года, сохранив научную школу в трудное десятилетие постсоветских реформ.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Научное и просветительское наследие Александра Михайловича Прохорова исключительно масштабно. В основанных им научных школах в МГУ (профессор с 1959 года), МФТИ (зав. кафедрой с 1971 года) и ИОФ РАН выросли академики Ж. И. Алфёров, Е. П. Велихов, В. Е. Фортов, Г. А. Месяц, Е. М. Дианов, Н. В. Карлов, В. В. Осико и П. П. Пашинин. На протяжении более тридцати лет (1969–2001) Прохоров возглавлял научно-редакционный совет издательства «Советская энциклопедия» (позднее «Большая Российская энциклопедия»), был главным редактором третьего издания БСЭ, Физической энциклопедии, Большого энциклопедического словаря и международного журнала «Laser Physics».
В историографии науки вклад Прохорова и Басова рассматривается как источник технологической революции, определившей развитие дальней космической связи, волоконно-оптических магистралей, прецизионной метрологии и промышленной обработки материалов. Дважды Герой Социалистического Труда (1969, 1986), кавалер пяти орденов Ленина, Государственных премий СССР и РФ и Демидовской премии (2001), он оценивается историками как фигура двойственная в общественно-политической сфере, но выдающаяся в организации физики. После смерти учёного 8 января 2002 года ИОФ РАН присвоили имя А. М. Прохорова, а в Москве его именем названа площадь и установлен памятник.
