Происхождение, среда и становление
Изабелла (Белла) Ахатовна Ахмадулина родилась 10 апреля 1937 года в Москве. Её происхождение соединило разные культурные миры советской эпохи: отец Ахат Валеевич Ахмадулин (1902–1979), татарин по национальности, прошёл Великую Отечественную войну гвардии майором и впоследствии занимал пост заместителя председателя Государственного таможенного комитета СССР, тогда как мать Надежда Макаровна Лазарева, имевшая русско-итальянские корни и приходившаяся племянницей известному большевику Александру Стопани, работала переводчицей и имела звание майора госбезопасности. Когда началась война, семью эвакуировали в Казань.
Первичное культурное воспитание будущей поэтессы определяла бабушка по материнской линии Надежда Митрофановна Барамова (Стопани), с чьего чтения наизусть пушкинских строк началось раннее приобщение внучки к классическому русскому слову. Детство и школьные годы Ахмадулиной прошли в центре старой Москвы — на Маросейке, Покровке, Чистых прудах и в переулках у Покровского бульвара. По собственному признанию, сочинять она начала в раннем детстве, перебирая все жанры от драм до мемуаров, а в литературном объединении при автозаводе имени Сталина под руководством поэта Евгения Винокурова к пятнадцати годам уже нащупала собственный голос.
Не сумев поступить на факультет журналистики МГУ, выпускница школы год работала внештатным корреспондентом многотиражной газеты «Метростроевец». В мае 1955 года стихотворение «Родина» в подборке студийцев появилось на страницах «Комсомольской правды». Поэтический дар восемнадцатилетней дебютантки сразу поддержали Павел Антокольский, Е. Винокуров и Степан Щипачёв, открывшие ей дорогу в журнал «Октябрь». Поступив в Литературный институт имени А. М. Горького и выйдя в 1955 году замуж за Евгения Евтушенко, Ахмадулина оказалась в самом центре обновления советской поэзии.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
В начале 1960-х годов Белла Ахмадулина наряду с Евгением Евтушенко, Андреем Вознесенским и Робертом Рождественским стала одной из центральных фигур «эстрадной волны» оттепели. Она собирала многотысячные аудитории на легендарных вечерах в Политехническом музее и на стадионе в Лужниках, а её выразительная декламация вошла в историю отечественного кино — режиссёр Марлен Хуциев запечатлел её камео в фильме «Застава Ильича», а Василий Шукшин в 1964 году снял в роли журналистки в картине «Живёт такой парень». Позже по сценариям Ахмадулиной, созданным на основе прозы её второго мужа Юрия Нагибина, были поставлены фильмы «Чистые пруды» (1965) и «Стюардесса» (1968).
Однако в отличие от риторической и публицистической поэтики многих сверстников, искусство самой Ахмадулиной оставалось принципиально внепрямым и камерным. Начиная с дебютного сборника «Струна» (1962), изданного при деятельном участии П. Антокольского, и далее в книгах «Озноб» (1968), «Уроки музыки» (1970), «Стихи» (1975), «Метель» и «Свеча» (1977), «Тайна» (1983) и «Сад» (1987) она выстроила собственный художественный мир, в котором прозаические реалии быта (магнитофон, светофор, самолёт, старые подмосковные или комаровские дачи) преображаются в причудливую метафору через слияние разговорной речи, возвышенной архаики XVIII–XIX веков и смелых неологизмов.
Поэт и литературовед Евгений Степанов отмечал, что «Ахмадулина проявила себя как подлинный реформатор стиха, прежде всего, рифмы», почти не прибегающий к стёртым созвучиям. Наряду с тридцатью тремя поэтическими сборниками, крупными поэмами («Сказка о дожде», 1964) и мемуарно-литературоведческой эссеистикой о Пушкине, Лермонтове и Булате Окуджаве, огромную часть её работы составили переводы поэзии Грузии (Н. Бараташвили, Г. Табидзе, И. Абашидзе), Армении, Франции, Италии, Польши и народов Северного Кавказа. Широчайшую народную популярность стихи Ахмадулиной обрели в советских киноромансах: на стихотворение «По улице моей который год…» М. Таривердиев написал музыку для «Иронии судьбы», на «Прощание» («А напоследок я скажу») А. Петров — для «Жестокого романса», а Алла Пугачёва положила на музыку «Пришла и говорю».
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Эстетическая отстранённость Ахмадулиной от лозунгов ничуть не означала гражданского равнодушия: на протяжении всей советской биографии поэтесса неоднократно вступала в открытый конфликт с партийной цензурой. Уже в 1957 году её ранняя лирика подверглась резкой критике в «Комсомольской правде». Принципиальный нравственный выбор состоялся в 1959 году, в разгар организованной травли Бориса Пастернака после присуждения ему Нобелевской премии за «Доктора Живаго». Ахмадулина отказалась осуждать старшего мастера и направила в ЦК КПСС письмо с просьбой прекратить преследования (обращение отклонил лично Н. С. Хрущёв). За этим последовало отчисление из Литинститута — официально из-за несданного экзамена по марксизму-ленинизму, а по свидетельству родных, именно за непокорность в пастернаковском деле; тем не менее вскоре поэтессу восстановили, и в 1960 году она получила диплом.
Следующие два десятилетия прошли в напряжённом балансе между полуофициальным статусом и прямым нонконформизмом. В 1968 году во франкфуртском эмигрантском издательстве «Посев» вышла книга «Озноб» (включавшая обращённое к Е. Евтушенко стихотворение «О, мой застенчивый герой»). В 1979 году Ахмадулина стала одной из создательниц бесцензурного литературного альманаха «Метрополь», объединившего авторов, отказавшихся от правки Главлита.
Особое мужество она проявляла в защите преследуемых диссидентов — Андрея Сахарова, Льва Копелева, Георгия Владимова, Владимира Войновича, Александра Солженицына; её заявления публиковались на Западе и звучали по зарубежным радиостанциям. При этом в личной судьбе поэтесса долго искала жизненной устойчивости (союзы с Е. Евтушенко, Ю. Нагибиным, Э. Кулиевым), обретя прочную опору в четвёртом браке — с театральным художником Борисом Мессерером (с 1974 года). В постсоветское время она выступала с гражданскими призывами остановить войну в Чечне (1996, 2003) и поддержала письмо в защиту телеканала НТВ (2001), а упоминание её имени под «Письмом сорока двух» (1993) впоследствии оспаривалось рядом современников, включая А. Дементьева. Последние годы жизни в Переделкине поэтесса тяжело болела, почти полностью потеряла зрение и скончалась 29 ноября 2010 года от сердечно-сосудистого криза.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Признание масштаба Ахмадулиной пришло как в России, так и за рубежом: в 1977 году она стала почётным членом Американской академии искусств и литературы, в 1989 году удостоилась Государственной премии СССР за книгу «Сад», а в постсоветской России получила премии «Триумф», имени Б. Окуджавы, Президента РФ и Государственную премию Российской Федерации (2005), а также ордена «За заслуги перед Отечеством» III и II степеней; по сообщениям прессы, в 1998 и 2010 годах её имя представляли на соискание Нобелевской премии.
Оценки критиков и историков литературы неизменно подчёркивают её особое место в поэтическом каноне. Иосиф Бродский называл Ахмадулину «несомненной наследницей лермонтовско-пастернаковской линии в русской поэзии», литературовед Соня Кетчиан ставила её пятой в ряду главных поэтов русского XX века вслед за Ахматовой, Цветаевой, Мандельштамом и Пастернаком, а Марк Слоним ещё в 1964 году видел в ней возможную преемницу Анны Ахматовой. В то же время Дмитрий Быков, анализируя феномен «сознательной размытости» её импрессионистических строф и сквозной мотив стыда, объяснял высокопарную учтивость и незащищённость поэтессы как «человеческими чертами среди бесчеловечности, глотком тепла среди ледяного мира».
Культурная память об Ахмадулиной активно развивается и после её ухода: она стала прототипом Нэллы Аххо в романе Василия Аксёнова «Таинственная страсть», о ней написана масштабная «романтическая хроника» Бориса Мессерера «Промельк Беллы» (2016), а памятники поэтессе установлены в Тарусе (2013) и на Новодевичьем кладбище (2014). В 2012 году была учреждена российско-итальянская премия «Белла» для поддержки молодых авторов, сохраняющая интерес к её поэтической традиции.
