Происхождение, среда и становление
Павел Михайлович Третьяков принадлежал к поколению московского купечества, чьё возвышение пришлось на переход Российской империи к эпохе «великих реформ». Он родился 15 (27) декабря 1832 года в Москве в 1-м Голутвинском переулке (метрика церкви Николая Чудотворца в Голутвине фиксирует 14 [26] декабря). Домашнее воспитание не помешало ему рано войти в торговлю отца, а затем вместе с младшим братом Сергеем (1824–1892) построить бумагопрядильные фабрики с тысячами рабочих. В 1866 году братья и Владимир Коншин учредили «Товарищество новой костромской льняной мануфактуры». Параллельно Третьяков стал пайщиком и соучредителем Московского купеческого банка, Московского торгово-промышленного товарищества и совладельцем доходных домов на Кузнецком Мосту; к концу жизни его состояние оценивалось в 3,8–4,4 млн рублей.
Навык общественного служения опередил художественное собирательство: в годы Крымской войны он с матерью жертвовал на нужды армии, за что получил в 1858 году бронзовую медаль на аннинской ленте. Женитьба в августе 1865 года на Вере Николаевне Мамонтовой, двоюродной сестре мецената Саввы Мамонтова, ввела его в круг просвещённой московской буржуазии. Семья пережила и тяжёлые удары: старший сын Михаил родился больным, а в 1887 году от осложнённой скарлатины умер любимец семьи девятилетний Иван.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Начав коллекционирование в 1854 году с десяти картин старых голландских мастеров, уже в 1856 году Третьяков сменил вектор, купив «Искушение» Николая Шильдера и «Стычку с финляндскими контрабандистами» Василия Худякова. В противовес аристократическим собраниям западной классики он задумал национальный музей отечественной школы. В завещании 1860 года меценат записал: «Для меня, истинно и пламенно любящего живопись, не может быть лучшего желания, как положить начало общественного, всем доступного хранилища изящных искусств, приносящего многим пользу, всем удовольствие».
С конца 1860-х годов основой его программы стал союз с мастерами критического реализма и Товариществом передвижных художественных выставок (с 1870 года). Покупая полотна на выставках и прямо в мастерских, Третьяков выкупал целые циклы: «Туркестанскую» (1874) и «Индийскую» (1880) серии Василия Верещагина, более восьмидесяти этюдов Александра Иванова, сто два восточных этюда Василия Поленова (1885), эскизы Виктора Васнецова к Владимирскому собору, а также крупнейшие подборки Василия Перова, Ивана Крамского, Ильи Репина, Василия Сурикова, Исаака Левитана и Валентина Серова. Он заказал серию портретов выдающихся деятелей культуры — «русский пантеон», расширил собрание на живопись XVIII века, графику и с 1890 года — древнерусские иконы. Усадьбу в Лаврушинском переулке перестраивал архитектор А. С. Каминский: в 1874 году выросло здание галереи, в 1881 году открывшееся для публики и принимавшее к 1890 году до 150 тысяч посетителей ежегодно.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Независимая позиция делала Третьякова влиятельным арбитром художественного процесса и втягивала его в цензурные и эстетические столкновения. В 1892 году он по совету критика В. В. Стасова купил за 500 рублей у поэта Николая Минского запрещённую картину Репина «Перед исповедью», что в 1897 году обернулось ссорой со Стасовым, упрекнувшим коллекционера в скупке шедевров по дешёвке при высоких тратах на слабые вещи. В 1894–1895 годах при посредничестве Льва Толстого Третьяков согласился принять собрание Николая Ге, включая запрещённое Александром III «Распятие» (1894) и «Повинен смерти», настаивая на бережном хранении полотен из-за нестойких красок. Внутри лагеря передвижников бурю вызвала покупка «Девушки, освещённой солнцем» Серова: на обеде художников Владимир Маковский публично упрекнул мецената, что тот «прививает галерее сифилис» — эпизод, в котором Игорь Грабарь увидел схватку уходящего передвижничества с новой живописью.
Главный гражданский шаг Третьяков совершил после кончины брата Сергея в 1892 году. Унаследовав его коллекцию западноевропейской живописи, 31 августа 1892 года он подал в Московскую городскую думу заявление о безвозмездной передаче городу здания и всего собрания: 1287 картин и 518 рисунков русской школы, 75 полотен и 8 рисунков западной школы, 15 скульптур и икон. Третьяков тяготился публичной благодарностью и хотел оформить дар незаметно, однако 15 августа 1893 года открылась «Городская художественная галерея Павла и Сергея Михайловичей Третьяковых», где он стал пожизненным попечителем, составителем каталога и в 1896 году — Почётным гражданином Москвы.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Павел Михайлович Третьяков скончался 4 (16) декабря 1898 года со словами: «Берегите галерею и будьте здоровы»; в 1948 году его прах перенесли с Даниловского кладбища на Новодевичье. Помимо действительного членства в Императорской Академии художеств (1893), звания коммерции советника и коронационной медали 1896 года, итогом его жизни стала образцовая модель трансформации промышленного капитала в общенациональный институт. Половину наследства он завещал на благотворительность — финансирование галереи, приют для вдов и сирот художников и Московское училище глухонемых (позднее Арнольдо-Третьяковское), для ста пятидесяти воспитанников которого приобрёл каменный дом с садом.
В мемуарах дочерей А. П. Боткиной и В. П. Зилоти, а также в современной искусствоведческой литературе (в частности в исследованиях Т. В. Юденковой о «русской концепции» галереи) Третьяков предстаёт не просто щедрым покупателем, а концептуальным строителем национального музея, соединившим деловую дисциплину с просветительским идеалом. Память о братьях запечатлена в названии Государственной Третьяковской галереи, памятнике перед ней, Третьяковском проезде в Москве, леднике на Новой Земле и астероиде (3925) Третьяков.
