1858–1860 дипломатия/государство Евразия Дипломатия и договоры XIX век (1800–1899 гг.)

Айгунский и Пекинский договоры, основание Владивостока

Дипломатическое и военно-стратегическое закрепление Приамурья и Приморья за Российской империей в 1858–1860 годах, завершившееся выходом к бухтам Японского моря и основанием Владивостока.

Кратко (TL;DR)

В 1858–1860 гг. Российская империя и Цинский Китай подписали Айгунский, Тяньцзиньский и Пекинский договоры, установившие дальневосточную границу по рекам Амур и Уссури. Используя кризис Цинской династии в период восстания тайпинов и Второй опиумной войны, генерал-губернатор Н. Н. Муравьёв и дипломат Н. П. Игнатьев закрепили за Россией левобережье Амура и Уссурийский край. Летом 1860 г. транспорт «Манджур» под командой А. К. Шефнера основал в бухте Золотой Рог военный пост Владивосток, ставший главным тихоокеанским портом России.

Бухта Золотой Рог во Владивостоке — современная панорама входа в бухту
Панорама входа в бухту Золотой Рог во Владивостоке, где 20 июня (2 июля) 1860 г. был основан русский военный пост, положивший начало главному тихоокеанскому порту России. Иллюстрация: Vyacheslav Bukharov, CC BY-SA 4.0

Предпосылки и исторический контекст

Восточная граница между Русским государством и Цинской империей, очерченная в 1689 году Нерчинским договором по Аргуни и отрогам Станового хребта, на протяжении полутора столетий оставляла обширный бассейн Амура закрытым для русской колонизации, причём низовья реки и морское побережье к югу от Удского края не были точно разграничены. Между тем в первой половине XIX века острая нехватка удобной тихоокеанской базы стала критической проблемой для России: сменявшие друг друга опорные пункты — Охотск, Аян, Петропавловск-Камчатский и Николаевск-на-Амуре — либо не имели удобных защищённых гаваней и подъездных путей, либо на долгие месяцы сковывались льдом и оказывались отрезанными от внутренней Сибири.

Ситуация изменилась благодаря инициативе назначенного в 1847 году генерал-губернатором Восточной Сибири Н. Н. Муравьёва и Амурской экспедиции капитана Г. И. Невельского (1849–1855), который вопреки прежним сомнениям доказал судоходность устья Амура и островное положение Сахалина, подняв в 1850 году русский флаг в Николаевском посту. В годы Крымской войны (1853–1856), когда англо-французская эскадра атаковала Петропавловский порт на Камчатке, жизненно необходимая доставка подкреплений и грузов к океану была осуществлена через серию Амурских сплавов 1854–1857 годов. Последовавшая затем переброска забайкальских казаков создала на левом берегу Амура устойчивое русское население и станицы, что требовало скорейшего дипломатического оформления.

Благоприятную международную конъюнктуру для переговоров создало глубокое ослабление Цинской империи. С 1850 года Китай сотрясала грандиозная гражданская война — восстание тайпинов, а с 1856 года развернулась Вторая опиумная война, в ходе которой британские и французские войска захватили Кантон и в мае 1858 года высадились у фортов Дагу, непосредственно угрожая Тяньцзиню и Пекину. Опасаясь, что Великобритания и Франция попытаются закрепиться в устье Амура или в незащищённых гаванях Маньчжурского побережья, цинские власти были вынуждены пойти на диалог с Петербургом.

Ход событий и ключевые механизмы

Айгунский и Тяньцзиньский договоры (май – июнь 1858 года)

Весной 1858 года Н. Н. Муравьёв прибыл в город Айгунь (Хэйхэ) на правом берегу Амура и провёл напряжённые переговоры с полномочным представителем цинского двора, хэйлунцзянским цзянцзюнем (главнокомандующим) Ишанем. Демонстрируя готовность России защитить амурские рубежи от возможного европейского десанта и опираясь на фактическое присутствие русских войск и казачьих постов на реке, Муравьёв добился подписания 16 (28) мая 1858 года Айгунского договора.

По его условиям левый берег реки Амур от впадения Аргуни до самого устья признавался владением Российского государства, а правый берег вниз по течению до реки Уссури — владением Дайцинской империи; обширные земли от реки Уссури до Японского моря (Уссурийский край) оставались в совместном («общем») владении обеих держав до определения границ. Исключительное право плавания по Амуру, Сунгари и Уссури закреплялось только за российскими и китайскими судами, а проживавшие на левом берегу Амура близ Зеи маньчжуры и дауры (так называемые Зазейские маньчжуры) сохраняли свои поселения и подчинённость цинским властям. За заключение трактата Муравьёв был возведён в графское достоинство с почётной приставкой к фамилии «Амурский». Спустя две недели, 1 (13) июня 1858 года, адмирал Е. В. Путятин заключил в Тяньцзине российско-цинский трактат о дружбе, торговле и дипломатических правах, включивший положение о скорейшем определении неразграниченных участков границы.

Миссия Н. П. Игнатьева и Пекинский договор (1859–1860 годы)

  • Дипломатический тупик 1859 года: Цинский двор в Пекине вскоре отказался ратифицировать Айгунский договор, подверг Ишаня опале за уступку левобережья и заблокировал разграничение Уссурийского края, рассчитывая на временную передышку в войне с европейцами.
  • Искусное посредничество Н. П. Игнатьева: Направленный в Пекин молодой дипломат и генерал-майор Николай Павлович Игнатьев оказался в столице Китая в драматический момент 1860 года, когда англо-французская экспедиционная армия разбила цинские войска, заняла Тяньцзинь, разграбила и сожгла загородный императорский дворец Юаньминъюань, а император Сяньфэн бежал в Жэхэ. Оставшись главным посредником между западными союзниками и возглавлявшим переговоры великим князем Гуном (Исинем), Игнатьев содействовал предотвращению штурма внутреннего города Пекина и смягчению условий эвакуации европейцев, обусловливая свою помощь удовлетворением русских пограничных требований.
  • Подписание Пекинского трактата (2 (14) ноября 1860 г.): Дополнительный к Айгунскому и Тяньцзиньскому соглашениям Пекинский договор окончательно закрепил за Россией весь правобережный Уссурийский край — восточная граница прошла от слияния Амура и Уссури вверх по Уссури и Сунгаче, через озеро Ханка и далее по горным хребтам к устью реки Туманная (Тумыньцзян) близ Кореи. Договор также учредил беспошлинную приграничную торговлю и определил общие принципы последующего разграничения в Центральной Азии.

Обследование побережья и основание Владивостока (1859–1860 годы)

Ещё до формального подписания Пекинского договора Россия приступила к обследованию незамерзающих бухт Южного Приморья, что диктовалось необходимостью опередить британский флот (заходивший в залив Посьета и бухты Приморья во время Крымской и Опиумной войн и называвший здешние воды «Порт-Мэй»). Летом 1859 года Н. Н. Муравьёв-Амурский на пароходо-корвете «Америка» прошёл вдоль приморского побережья, назвав обширный залив именем Петра Великого, бухту — Золотой Рог (по сходству с константинопольской гаванью), а самой перспективной из бухт присвоил имя «Владивосток» (образованное от корней «владеть» и «Восток» по образцу Владикавказа 1784 года). Название «Владивосток» стало использоваться в газетах и документах Морского министерства уже с середины 1859 года.

20 июня (2 июля) 1860 года военный транспорт Сибирской флотилии «Манджур» под командованием капитан-лейтенанта Алексея Карловича Шефнера вошёл в бухту Золотой Рог и доставил воинскую команду 4-й роты 4-го Восточно-Сибирского линейного батальона во главе с прапорщиком Н. В. Комаровым для основания постоянного военного поста, получившего официальное имя Владивосток. В октябре 1861 года в пост прибыл первый гражданский поселенец — купец Я. Л. Семёнов (ставший позже первым старостой), в 1871 году из Николаевска-на-Амуре сюда перенесли главную базу Сибирской флотилии и штаб военного губернатора, а в 1880 году Владивосток получил статус города.

Источниковедческая база и свидетельства

Исследование событий 1858–1860 годов опирается на аутентичный комплекс русскоязычных, маньчжурских и китайских дипломатических актов и экспедиционных журналов. Ключевыми юридическими документами выступают подлинные тексты Айгунского, Тяньцзиньского и Пекинского договоров (составленные на русском, маньчжурском и китайском языках) вместе с приложенным к Пекинскому трактату 1861 года протоколом и картой разграничения от Уссури до Японского моря, подписанными со стороны России П. В. Казакевичем и К. Ф. Будогосским.

Личную механику переговоров и настроения эпохи раскрывают переписка и записки Н. Н. Муравьёва-Амурского, обширный дипломатический отчёт и воспоминания Н. П. Игнатьева о пекинской миссии 1859–1860 годов, рапорт А. К. Шефнера и судовой журнал транспорта «Манджур», а также дневники и мемуары участников Амурских экспедиций — Г. И. Невельского, М. И. Венюкова, Н. В. Буссе и первого биографа Муравьёва И. П. Барсукова. Важнейший географический, статистический и колонизационный срез конца XIX — начала XX века зафиксирован в фундаментальных статьях Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона («Приморская область», «Уссурийский край», «Китай»), подробно описывающих топографию залива Петра Великого, климат, почвы и природные ресурсы вновь присоединённых земель. С противоположной стороны переговоры документированы в цинских придворных докладах и императорских указах сборника Чоубань иу шимо («Полное описание дел по управлению делами варваров»), фиксирующих аргументы Ишаня, великого князя Гуна и позицию двора Сяньфэна.

Исторические итоги и долгосрочное значение

Договоры 1858–1860 годов стали поворотной вехой в геополитической истории Евразии. Без единого военного столкновения с Цинской империей к России было присоединено свыше 900 тысяч квадратных километров территории Приамурья и Приморья (современные Амурская область, Еврейская автономная область, южная часть Хабаровского края и Приморский край). При этом граница между двумя крупнейшими державами континента в восточном секторе впервые получила договорно-правовое закрепление по естественным водным рубежам Амура и Уссури, что по сей день составляет основу российско-китайской государственной границы.

Основание Владивостока решило многовековую стратегическую задачу поиска защищённого выхода России к Тихому океану в умеренных широтах. После прокладки Уссурийской ветки Транссибирской магистрали и Китайско-Восточной железной дороги (1890-е годы) Владивосток пережил бурный экономический и демографический рост, превратившись в главный торговый порт, промышленный узел и военно-морскую цитадель России на Дальнем Востоке, где наряду с русским населением сложились крупные китайская, корейская и японская диаспоры. В то же время усиление присутствия России в Азиатско-Тихоокеанском регионе вовлекло империю в острое соперничество с Великобританией, Японией и западными державами за влияние в Маньчжурии и Корее, ставшее одной из предпосылок событий начала XX века.

Дискуссии и оценки в историографии

В историографии сложились резко расходящиеся оценки правового и морально-политического характера соглашений 1858–1860 годов. В дореволюционной русской и советской исторической науке (И. П. Барсуков, П. И. Кабанов, А. Л. Нарочницкий, А. И. Алексеев, В. С. Мясников) присоединение Приамурья и Приморья рассматривалось как мирное возвращение и хозяйственное освоение земель, почти не контролировавшихся Пекином и отторгнутых от России под угрозой маньчжурской армии в 1689 году по Нерчинскому договору. Подчёркивалось, что в отличие от западных держав, ведших против Китая агрессивные опиумные войны, Россия добилась разграничения дипломатическими средствами и защитила побережье от британской экспансии.

Совершенно иная традиция сложилась в китайской историографии — от поздней Цин и периода Китайской Республики до официальных трудов в КНР и на Тайване. В ней Айгунский и Пекинский трактаты однозначно классифицируются как «неравноправные договоры», заключённые царской Россией в условиях тяжёлого внутреннего кризиса Китая под давлением военной демонстрации на Амуре и англо-французского наступления на Пекин. Эта историческая память отражена и в китайской топонимике: на картах КНР (в том числе по ведомственной инструкции 2023 года) наряду с транскрипцией Фуладивосытокэ обязательно указывается цинское название бухты Хайшэньвай («Залив трепанга»).

Современная международная и постсоветская историография (Дж. Стефан, С. Пейн, А. В. Ремнёв, В. Г. Дацышен) стремится уйти от однозначной апологетики или обличения, анализируя события 1858–1860 годов в контексте взаимодействия двух евразийских империй, столкнувшихся с глобальным вызовом морских держав Запада. Исследователи показывают сложную роль инициативы региональных деятелей («амурского лобби» Муравьёва вопреки осторожности петербургского МИД во главе с А. М. Горчаковым) и подчёркивают историческую важность российско-китайских соглашений 1991–2004 годов, окончательно закрывших пограничный спор на базе исторически сложившейся линии разграничения.

Хронология ключевых этапов

Дата / этап Событие Историческое пояснение
1850–1854 Амурская экспедиция и первый сплав Основание Г. И. Невельским Николаевского поста в устье Амура (1850) и первый организованный Н. Н. Муравьёвым военный сплав по Амуру (1854) для защиты тихоокеанских рубежей.
1858, 16 (28) мая Заключение Айгунского договора Подписание Н. Н. Муравьёвым и цинским военачальником Ишанем трактата, передавшего России левый берег Амура и оставившего Уссурийский край в общем владении.
1858, 1 (13) июня Подписание Тяньцзиньского трактата Соглашение, заключённое адмиралом Е. В. Путятиным, открывшее России китайские морские порты и закрепившее необходимость скорейшей демаркации восточной границы.
1859, июнь — июль Экспедиция Н. Н. Муравьёва-Амурского в Приморье Плавание на пароходо-корвете «Америка», обследование залива Петра Великого и бухты Золотой Рог, появление наименования «Владивосток».
1860, 20 июня (2 июля) Основание военного поста Владивосток Прибытие транспорта Сибирской флотилии «Манджур» под командованием А. К. Шефнера в бухту Золотой Рог и высадка команды прапорщика Н. В. Комарова.
1860, 2 (14) ноября Подписание Пекинского договора Успех дипломатической миссии Н. П. Игнатьева в Пекине: признание за Российской империей всего Уссурийского края до корейской границы.
1871–1880 Утверждение статуса главной базы и города Перенос во Владивосток главной базы Сибирской флотилии из Николаевска-на-Амуре (1871) и официальное присвоение поселению статуса города (1880).

Цепочка влияния: причины и последствия

Исторический «эффект домино» — какие предпосылки вызвали это событие или явление и к каким переменам оно привело.

Что привело к этому (истоки и предпосылки)

Первоисточник и документ27 августа 1689 г.Следствие и политический итог

Нерчинский договор

Отложенный вопрос об Удском крае и уступка Приамурья в 1689 году предопределили последующую дипломатическую ревизию амурской границы Российской империей в XIX веке.

Первоисточник и документ21 октября 1727 г.Следствие и политический итог

Кяхтинский договор

Закреплённый Кяхтинским трактатом правовой порядок действовал до середины XIX века, когда его сменили новые соглашения, определившие границу по Амуру и Уссури.

Первоисточник и документ26 мая 1972 г.Следствие и политический итог

Договор ОСВ-1 (Временное соглашение 1972 г.)

Статья VII Временного соглашения обязала СССР и США продолжить переговоры о более полном договоре, приведшие к Владивостокским потолкам и подписанию ОСВ-2.

К чему это привело дальше (последствия)

Первоисточник и документ18 июня 1979 г.Историческая причина и предпосылка

Договор ОСВ-2

Согласованная Л. И. Брежневым и Дж. Фордом формула равных пределов в 2 400 носителей и 1 320 систем с РГЧ ИН определила каркас будущего Венского договора.

Участники, территории и исторические связи

Связанные личности, документы и понятия

Первоисточник и документ Нерчинский договор — Первоисточник и правовой акт
Первоисточник и документ Айгунский договор — Первоисточник и правовой акт

Связанные события в графе

Частые вопросы и ответы

Чем различались условия Айгунского и Пекинского договоров для границ России?
Айгунский договор (1858) закрепил за Россией только левый берег Амура, оставив Уссурийский край в совместном российско-китайском владении. Пекинский договор (1860) подтвердил Айгунский акт и передал России в исключительное владение весь Уссурийский край между рекой Уссури и Японским морем, где уже возник Владивосток.
Как Н. П. Игнатьеву удалось добиться уступки Уссурийского края в Пекине в 1860 году?
Во время Второй опиумной войны, когда англо-французские войска подошли к Пекину и сожгли императорский дворец Юаньминъюань, Игнатьев выступил посредником между великим князем Гуном и европейскими посланниками. Помощь русского дипломата в заключении Пекинских мирных конвенций и эвакуации союзных войск была вознаграждена подписанием российско-китайского договора.
Кто выбрал место и название для Владивостока?
Имя «Владивосток» («владеть Востоком», по аналогии с Владикавказом) возникло летом 1859 года во время морского похода генерал-губернатора Н. Н. Муравьёва-Амурского в залив Петра Великого. Непосредственную высадку воинского поста в бухте Золотой Рог осуществил 20 июня (2 июля) 1860 года капитан-лейтенант А. К. Шефнер на транспорте «Манджур».
Почему прежние дальневосточные порты России не заменяли Владивосток?
Охотск и Аян имели мелководные гавани и тяжелейшую сухопутную связь с Сибирью, Петропавловск-Камчатский располагался на изолированном полуострове, а Николаевск-на-Амуре надолго замерзал зимой и был закрыт речным баром для крупных судов. Только южные бухты залива Петра Великого открывали прямой выход к торговым и морским путям Тихого океана.
Что такое Зазейские маньчжуры в Айгунском договоре?
Айгунский договор оставил за маньчжурскими и даурскими жителями, проживавшими на левом берегу Амура к югу от реки Зеи (в так называемых «шестидесяти четырёх деревнях»), право оставаться на прежнем месте жительства под защитой и административной юрисдикцией цинского правительства.

Научная литература и источники

  1. Кабанов П. И. Амурский вопрос. — Благовещенск: Амурское книжное издательство, 1959. — 255 с.
  2. Нарочницкий А. Л. Колониальная политика капиталистических держав на Дальнем Востоке. 1860–1895. — М.: Изд-во АН СССР, 1956. — 899 с.
  3. Алексеев А. И. Освоение русскими людьми Дальнего Востока и Русской Америки до конца XIX века. — М.: Наука, 1982. — 288 с.
  4. Уссурийский край // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона (Викитека). [ru.wikisource.org]
  5. Владивосток // Википедия. [ru.wikipedia.org]