Происхождение, среда и становление
Чжао Цзыян (при рождении Чжао Сюе) родился 17 октября 1919 года в уезде Хуасянь провинции Хэнань в семье зажиточного землевладельца Чжао Тинбиня, впоследствии казнённого в ходе коммунистической земельной реформы. Несмотря на «помещичье происхождение», юноша на волне антияпонского подъёма вступил в 1932 году в комсомол, во время учёбы в Ухане сменил имя на Цзыян, а в феврале 1938 года стал членом КПК. Не принадлежа к ветеранам Великого похода, он прошёл войну с Японией (включая наступление «Битвы ста полков») и Гражданскую войну 1945–1949 годов комиссаром и партийным организатором в пограничном районе Хэбэй — Шаньдун — Хэнань и округах Тунбо и Наньян.
С 1951 года его карьера развивалась в Гуандуне, где он работал сперва под руководством умеренного Е Цзяньина, а после его смещения в 1952 году — под началом леворадикала Тао Чжу. В годы «Большого скачка» (1958–1961) Чжао исполнял жёсткие кампании по поиску скрытого зерна (что дало критикам вроде Джаспера Бекера повод возлагать на него часть вины за жертвы голода), однако потрясение от хозяйственного краха толкнуло его к прагматизму: сблизившись с линией Дэн Сяопина и Лю Шаоци, он тайно ввёл подворный подряд и «три свободы», а также наладил проект водоснабжения Гонконга и смягчил отток беженцев 1962 года. Став в 1965 году самым молодым секретарём парткома провинции, уже в марте 1967 года Чжао был свергнут хунвэйбинами как «разложившийся элемент помещичьего класса» и четыре года проработал слесарем на заводе в Хунани.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
В апреле 1971 года Чжоу Эньлай неожиданно вызвал опального функционера в Пекин: через партийную работу во Внутренней Монголии и возвращение в Гуандун Чжао в октябре 1975 года получил пост главы самой населённой провинции Сычуань, экономика которой после маоизма откатилась к уровню 1930-х годов. Раздав пахотную землю крестьянским дворам, легализовав рыночную продажу излишков и расширив автономию промышленных предприятий, Чжао за три года поднял индустриальный выпуск на 81 % и сельское хозяйство на 25 %, породив поговорку «Хочешь есть — ищи Чжао Цзыяна». Увидев в «сычуаньском опыте» готовую модель модернизации, Дэн Сяопин в сентябре 1980 года выдвинул его премьером Госсовета КНР вместо Хуа Гофэна.
Не имея профильного экономического образования, Чжао стал главным архитектором первого десятилетия китайских «реформ и открытости». Распространение подряда обеспечило к 1984 году пятидесятипроцентный скачок аграрного производства; при его поддержке выросли прибрежные особые экономические зоны, запустились программа высоких технологий «863», группа по науке и технике (1982), первые акционерные и фондовые площадки в Шанхае (1984–1986) и культурные контакты с Западом. После смещения Ху Яобана (январь 1987) за излишнюю мягкость к студентам и расследования коррупции среди детей партийных старейшин Чжао стал Генсеком ЦК КПК (премьером назначили консерватора Ли Пэна). На XIII съезде КПК (1987) он обосновал концепцию «начального этапа социализма» и выдвинул историческую программу разделения функций партии и государства, профессиональной госслужбы и ослабления цензуры.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Совмещение рыночной децентрализации с политической открытостью обострило раскол в пекинской элите. Летом 1988 года попытка ускорить ценовую реформу спровоцировала всплеск инфляции и панические закупки, дав старейшинам Чэнь Юню и Ли Сяньняню, а также премьеру Ли Пэну и вице-премьеру Яо Илиню предлог заморозить реформу цен и усилить централизованный контроль. К началу 1989 года Чжао держался почти исключительно доверием Дэн Сяопина, который ещё в апреле заверял его в поддержке на второй срок.
Роковой кризис вспыхнул после кончины Ху Яобана 15 апреля 1989 года, когда траур студенчества перерос в массовые демонстрации на площади Тяньаньмэнь против коррупции и произвола. Пока Чжао находился с визитом в КНДР, Ли Пэн убедил Дэна опубликовать жёсткую передовицу «Жэньминь жибао» от 26 апреля. Вернувшись, Чжао требовал её отзыва, диалога со студентами и расследования злоупотреблений, но во время майского визита Михаила Горбачёва публично признал решающее закулисное слово Дэна, окончательно оттолкнув патрона. Когда 17 мая Ян Шанкунь предложил ввести военное положение, Чжао отказался в одиночку и на следующий день письменно предупредил Дэна об опасности силового разгона. На рассвете 19 мая он в последний раз вышел к голодающим студентам с мегафоном со словами: «Студенты, мы пришли слишком поздно. Нам жаль». После подавления протестов 4 июня IV пленум ЦК КПК 24 июня 1989 года снял Чжао со всех постов, избрав генсеком Цзян Цзэминя.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Последние пятнадцать с половиной лет (1989–2005) Чжао Цзыян провёл под строгим домашним арестом в пекинском хутуне близ Чжуннаньхая без суда и предъявления обвинений. В изоляции он пришёл к выводу о необходимости постепенного перехода Китая к парламентской демократии и в 1997 году обратился к XV съезду КПК с петицией о пересмотре оценки 1989 года. После его смерти 17 января 2005 года агентство «Синьхуа» отметило его вклад в реформы, но повторило упрёк в «серьёзных ошибках» 1989 года; вдова политика Лян Боци много лет хранила урну с прахом дома, отказываясь от погребения вне Бабаошаня. Надиктованные втайне мемуары «Узник государства» (2009) стали важнейшим источником о внутренней борьбе в Политбюро.
В КНР имя Чжао остаётся под цензурой, хотя созданные при нём институты — семейный подряд и особые экономические зоны — заложили фундамент китайского экономического чуда. В исторической науке (включая труды Ю. М. Галеновича) соседствуют критический разбор его жёстких маоистских кампаний 1950-х годов и инфляционных просчётов 1988 года с высокой оценкой его прагматизма и гражданского мужества 1989 года, сделавшего Чжао символом упущенной демократической альтернативы.
