Происхождение, среда и становление
Дмитрий Николаевич Сенявин родился 6 (17) августа 1763 года в имении Комлево Боровского уезда в дворянском роду с петровскими морскими традициями: первые русские моряки Синявины — Иван и Наум Акимовичи — и двоюродный дядя адмирал Алексей Наумович определили семейное призвание. Отец, отставной премьер-майор Николай Фёдорович, жил скромно, поэтому будущий флотоводец учился начальной грамоте в городской школе с солдатскими детьми, пока в 1773 году не был зачислен в Морской кадетский корпус. Плавания по Балтике и поход 1779 года к мысу Нордкап закалили гардемарина, а сразу после производства в мичманы (май 1780) он отправился к берегам Португалии в составе эскадры «вооружённого нейтралитета», впервые увидев Лиссабон.
С 1782 года школой профессионального возмужания Сенявина стало Черноморье. Служа в Азовской флотилии на корвете «Хотин» (на нём перевозили в Воронеж крымского хана Шагин-Гирея), а с 1783 года состоя флаг-офицером при контр-адмирале Ф. Ф. Мекензи, он непосредственно руководил возведением Ахтиарского порта — будущего Севастополя. В 1786 году командование пакетботом «Карабут» с дипломатической почтой в Константинополь сблизило молодого офицера с создателем Черноморского флота князем Г. А. Потёмкиным и погрузило его в проблематику «Восточного вопроса», определившую весь дальнейший кругозор адмирала.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
В Русско-турецкую войну 1787–1791 годов Сенявин прославился спасением флагманского корабля «Преображение» в шторм у Варны, рейдом вдоль берегов Анатолии от Синопа до Кафы (принёсшим ему первый в империи орден Св. Владимира IV степени с бантом) и боем у мыса Калиакрия. Позднее, в Средиземноморском походе Ф. Ф. Ушакова 1798–1800 годов, капитан 1-го ранга Сенявин на 72-пушечном корабле «Святой Пётр» взял крепость Святой Мавры, организовал управление на острове Лефкас и участвовал в осаде Корфу. Накопленный опыт он закрепил на административных постах командира Херсонского (1800–1803) и Севастопольского (1803–1804) портов, а затем начальника флота в Ревеле.
Вершиной флотоводческого искусства Сенявина стала Вторая Архипелагская экспедиция (1805–1807). Возглавив с января 1806 года все русские морские и сухопутные силы в Средиземном море, вице-адмирал после ухода Австрии из коалиции по Пресбургскому миру опирался на союз с черногорским митрополитом Петром I Негошем и занял Бокка-ди-Каттаро и Кастельнуово, не допустив французов к Греции. С разрывом с Портой в феврале 1807 года он перебросил эскадру в Эгейское море, захватил остров Тенедос и блокировал Дарданеллы, вызвав продовольственный кризис в Константинополе. Оставшись без британского адмирала Дж. Дакворта, ушедшего к Александрии, Сенявин в одиночку разбил османский флот при Дарданеллах (май 1807) и Афоне (июнь 1807): отказавшись от линейного шаблона, он сосредоточил по два корабля против каждого турецкого флагмана, парализовав управление противника и обеспечив России господство на море до Слободзейского перемирия.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Независимость суждений и готовность отстаивать честь службы не раз сталкивали Сенявина с властью. Ещё на Чёрном море его нетерпимость к осторожной тактике Ф. Ф. Ушакова обернулась резким конфликтом, гауптвахтой и угрозой разжалования; лишь вмешательство Г. А. Потёмкина, взявшего молодого капитана к себе адъютантом и предсказавшего Ушакову великое будущее строптивца, позволило Сенявину позднее в полной мере усвоить и развить ушаковскую школу манёвренного боя.
Решающий кризис разразился после Тильзитского мира 1807 года. Приказ сдать Франции Ионические острова и Каттаро, а Турции — Тенедос перечеркнул плоды эгейских побед. На обратном пути на Балтику эскадра из-за штормов и разрыва с Англией зашла в Лиссабон, где вскоре оказалась заблокирована с моря 25 британскими вымпелами адмирала Ч. Коттона, а с суши занята французскими войсками генерала Жюно. Несмотря на указ Александра I исполнять распоряжения, «которые от его величества императора Наполеона посылаемы будут», и последующее разрешение П. В. Чичагова при угрозе захвата «сняв людей, корабли сжечь или затопить», Сенявин сохранил строгий нейтралитет. Он отказался помогать Жюно против португальцев, а после поражения французов при Вимейру заключил с Коттоном Лиссабонскую конвенцию (август 1808): корабли ушли в Портсмут под русским флагом на временное хранение и в 1809 году вернулись в Ригу. Сбережённый флот не спас адмирала от немилости: император не простил ему неповиновения, фактически понизил до командира Ревельской флотилии, в 1812 году не допустил к боевым операциям вопреки просьбам британского Адмиралтейства и в 1813 году уволил с половинной пенсией.
Наследие, влияние и оценки в историографии
В годы опалы популярность Сенявина на флоте оставалась огромной: в 1821 году греческие повстанцы просили направить к ним «знаменитого Сенявина», а в 1825 году декабристы вносили его имя в проекты Временного правительства. Восшествие Николая I положило конец немилости: Сенявин первым из моряков стал генерал-адъютантом, возглавил Балтийский флот, в 1826 году получил чин полного адмирала и подготовил эскадру Л. П. Гейдена к Наварину. Похороны адмирала в 1831 году прошли в присутствии императора, лично командовавшего почётным эскортом Преображенского полка.
В дореволюционной, советской и современной историографии (Н. Н. Бантыш-Каменский, Русский биографический словарь, исследования Е. В. Тарле, А. Л. Шапиро, А. А. Лебедева) Сенявин оценивается как последний великий флотоводец русского парусного флота, развивший ушаковскую тактику сосредоточения удара по флагманам и создавший образец офицерской самостоятельности. Лиссабонская кампания рассматривается историками как пример высшей ответственности командира, поставившего судьбу экипажей и честь Андреевского флага выше временного дипломатического альянса. Память о нём закреплена в названиях архипелага Сенявина в Океании, мысов и проливов на Тихом океане, на памятнике «Тысячелетие России» и в именах боевых кораблей.
