Происхождение, среда и становление
Семён Романович Воронцов принадлежал к одному из влиятельнейших аристократических родов XVIII века. Он родился 15 (26) июня 1744 года в Москве в семье сенатора и будущего генерал-аншефа Романа Илларионовича Воронцова и купеческой дочери Марфы Ивановны Сурминой. Рано потеряв мать, он воспитывался у деда, а затем в доме своего дяди — государственного канцлера графа Михаила Илларионовича Воронцова, где получил блестящее образование. Его брат Александр стал при Александре I канцлером, сестра Екатерина Дашкова — директором Петербургской академии наук, а сестра Елизавета была фавориткой Петра III.
В шестнадцать лет Воронцов совершил путешествие по России и Сибири, а в 1762 году, предпочтя армию придворной карьере камер-юнкера, поступил поручиком в Преображенский полк. Дворцовый переворот июня 1762 года стал первым переломом в его судьбе: верный Петру III, восемнадцатилетний гвардеец не скрывал ярости против заговорщиков и подвергся аресту. В 1764 году при поддержке дяди он выехал советником посольства в Вену, но вскоре оставил службу до начала Русско-турецкой войны 1768–1774 годов.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Вступив в 1769 году в действующую армию П. А. Румянцева премьер-майором и командиром сводного гренадерского батальона, Воронцов проявил незаурядное мужество и командирский дар. При Ларге в июле 1770 года его батальон в авангарде опрокинул двухтысячный турецкий отряд (орден Св. Георгия 4-й ст.), а в решающем сражении при Кагуле штурмом взял турецкий полевой редут, захватив сорок орудий и отбив два знамени Московского полка, ранее захваченные янычарами (орден Св. Георгия 3-й ст. и чин полковника). Командуя в 1770–1776 годах 1-м гренадерским полком, он составил знаменитую «Инструкцию ротным командирам» — гуманистический военный документ, требовавший беречь достоинство солдата, искоренять грубость и развивать в нижних чинах сознательное понимание воинской чести и долга.
После отставки в чине генерал-майора в 1776 году (из-за конфликта с новым начальником П. С. Потёмкиным) и жизни в итальянской Пизе, где в 1784 году умерла от чахотки его молодая супруга Екатерина Алексеевна Сенявина, Воронцов вернулся на службу полномочным министром в Венеции (1782), а в 1784–1806 годах возглавлял российскую миссию в Лондоне. Звёздным часом дипломата стал Очаковский кризис 1791 года: глубоко освоив британские институты, он задействовал парламентскую оппозицию, торговые круги и прессу, добившись отказа кабинета Уильяма Питта от отправки британского флота в помощь Османской империи. В 1793 году Воронцов возобновил русско-английский торговый трактат и заключил оборонительный союз против революционной Франции (хотя скептически оценивал перспективы реставрации Бурбонов), курировал стажировки русских морских офицеров и кораблестроителей в Британии и оставил ценные труды: «Автобиографию» (1796–1797), «Записку о внутреннем управлении России» (1802) и «Записки о русском войске», критиковавшие увлечение прусской муштрой.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Прямота и независимость суждений постоянно втягивали Воронцова в конфликты с петербургскими правителями. В последние годы царствования Екатерины II он резко полемизировал с всесильным фаворитом П. А. Зубовым даже в официальных бумагах, критиковал курс Вооружённого нейтралитета как невыгодный России и смело осуждал разделы Речи Посполитой как противные идее справедливости и восстанавливающие против России общественное мнение Западной Европы; ему также удалось отклонить план заселения Крыма британскими каторжниками, а назначение иностранцев в русскую дипломатию он без обиняков клеймил как поощрение «невежд» и «проходимцев».
При Павле I старого сторонника Петра III сперва осыпали милостями: произвели в генералы от инфантерии (1796), возвели в графское достоинство Российской империи (1797) и одарили имениями в Финляндии; не поколебали царского расположения даже задержка Воронцовым эскадры М. К. Макарова в Англии и отказ от званий вице-канцлера и канцлера. Однако разворот Павла I к союзу с Наполеоном в 1800 году привёл к отставке посла (с разрешением остаться в Лондоне) и внесудебной конфискации его имений в феврале 1801 года. Восстановленный Александром I уже в марте 1801 года, Воронцов представлял Россию в Лондоне до 1806 года, когда смерть брата Александра и ухудшение здоровья побудили его окончательно оставить государственную службу.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Выйдя в отставку, Воронцов почти безвыездно жил в Лондоне до кончины летом 1832 года (проведя в Британии 47 лет, причём, по свидетельству мемуариста Ч. Гревилла, так и не заговорив по-английски). В его честь Дж. Ванкувер в 1794 году назвал мыс на Аляске, а в лондонском районе Сент-Джонс-Вуд имя посла сохранилось в названии улицы Woronzow Road. Его дети заняли видное место в двух империях: сын Михаил Семёнович стал фельдмаршалом и наместником Кавказа в титуле светлейшего князя, а дочь Екатерина, супруга 11-го графа Пембрука, стала хозяйкой Уилтон-хауса и матерью британского государственного деятеля Сидни Герберта.
Историография (от «Военной энциклопедии» Сытина до современных исследований М. И. Микешина, О. Ю. Захаровой, М. Л. Половинкиной и Е. А. Шляпниковой) высоко оценивает как гуманизм воронцовских воинских уставов, так и его новаторскую дипломатию: в Лондоне он одним из первых российских послов стал системно воздействовать на парламентскую политику и общественное мнение через прессу. Многотомный «Архив князя Воронцова», сохранивший переписку и политические записки Семёна Романовича, остаётся важнейшим источником для понимания екатерининской и александровской дипломатии и раннего русского консерватизма.
