Происхождение, среда и становление
Фёдор Никитич Романов (Романов-Юрьев), вошедший в историю как патриарх Филарет, родился около 1553–1554 года в Москве в одном из знатнейших боярских родов. Благодаря браку его тётки Анастасии Романовны с Иваном IV Грозным Захарьины-Юрьевы приобрели исключительный вес при дворе, а отец Фёдора, боярин Никита Романович, снискал в Москве славу доброго заступника и в 1584 году вошёл в число опекунов своего племянника — царя Фёдора I Иоанновича. Сам Фёдор Никитич первым стал устойчиво носить фамилию Романов и получил редкое по широте светское образование, владел зачатками латыни, составленными для него англичанином, любил книги и слыл, по словам Исаака Массы и Н. И. Костомарова, первым московским щёголем и наездником.
При двоюродном брате Фёдоре I его придворная карьера развивалась блестяще: в 1585 году он принимал литовского посла Льва Сапегу, с 1586 года носил чин боярина и был нижегородским наместником, в 1590 году служил дворовым воеводой в шведском походе, в 1593–1594 годах являлся псковским наместником и вёл переговоры с имперским дипломатом Николаем Варкочем, а к концу царствования руководил Ближней думой как главный дворовый воевода. В браке с Ксенией Ивановной Шестовой у него родились шестеро детей, однако зрелости достигли лишь дочь Татьяна и сын Михаил — будущий первый царь династии Романовых.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Освободившись из восьмилетнего польского плена в июне 1619 года по условиям Деулинского перемирия и приняв патриаршую интронизацию от Иерусалимского патриарха Феофана III, Филарет радикально укрепил хрупкую монархию своего юного сына Михаила Фёдоровича. Получив наряду с высшим церковным саном редчайший титул «Великий государь», он установил институциональное двоевластие: все важнейшие грамоты издавались от имени царя и патриарха, причём отец быстро отстранил прежних временщиков Салтыковых и думного дьяка И. Грамотина, фактически взяв в руки верховное управление страной.
Для преодоления хозяйственной разрухи после Смуты Филарет с 1619 года инициировал составление новых писцовых и дозорных книг, созвал выборных от сословий для выявления нужд населения, перешёл к более равномерному налогообложению служилых людей и последовательно закреплял тяглых крестьян за землёй, пресекая их бегство на южные окраины. Готовясь к реваншу за Смоленск, он развернул военную реформу с наймом английских и шотландских офицеров для полков «нового строя» и создал дипломатическую «тайнопись» для шифрования переписки. Столь же системной стала церковная реформа: указом от 20 мая 1625 года Патриаршая область оформилась как «государство в государстве» с собственными дворянами и четырьмя приказами (Судным, Церковным, Казённым и Дворцовым), в 1620 году открылась Тобольская епархия. С 1620 года возобновила работу Московская типография на Никольской улице и «правильня» для сверки богослужебных книг; Филарет добился оправдания троицких справщиков во главе с архимандритом Дионисием, наладил выпуск книг по себестоимости (а в Сибирь — бесплатно) и положил начало Патриаршей библиотеке.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Судьба Фёдора Никитича в Смутное время была чередой взлётов, унижений и рискованных компромиссов. После смерти Фёдора I в 1598 году народная молва видела «Никитичей» главными претендентами на трон, хотя Романовы подписали избирательную грамоту Бориса Годунова. Опасаясь популярности клана, царь Борис в 1600–1601 годах по ложному доносу казначея Второго Бартенева о «кореньях» разгромил семью: братьев сослали (четверо вскоре погибли), а Фёдора насильно постригли под именем Филарета в Антониево-Сийском монастыре, разлучив с женой и детьми. В 1605 году его освободил Лжедмитрий I, возведя в сан митрополита Ростовского; при Василии Шуйском он участвовал в открытии мощей царевича Дмитрия в Угличе. Захваченный в Ростове тушинцами в 1608–1609 годах, Филарет вынужденно принял от Лжедмитрия II сан «наречённого патриарха», хотя впоследствии дистанцировался от самозванца как пленник.
Отбитый от польско-тушинского отряда в 1610 году, он вошёл вместе с князем В. В. Голицыным в великое посольство к Сигизмунду III под Смоленск. Именно там Филарет проявил твёрдость: соглашаясь на избрание королевича Владислава лишь при условии его крещения в православие, он наотрез отказался подписать кабальный польский проект договора, за что 12 апреля 1611 года был арестован и провёл восемь лет в неволе. Пережитый плен усилил его религиозный ригоризм: на Московском соборе 1620 года Филарет настоял на повторном крещении переходящих из католицизма «латинян» и даже выходцев из Литвы («белорусцев»), осудил позицию крутицкого митрополита Ионы, преследовал вольнодумца князя И. А. Хворостинина и в 1627 году велел сжечь «Учительное евангелие» Кирилла Ставровецкого.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Кончина патриарха Филарета 1 (11) октября 1633 года в разгар Смоленской войны лишила царя Михаила главной опоры и ускорила заключение Поляновского мира 1634 года. Однако созданные им институты — упорядоченное приказное и церковное управление, налоговая система, полки «нового строя» и сакрализация дома Романовых (включая торжественное принятие присланной персидским шахом Аббасом I Ризы Господней в 1625 году) — обеспечили стабильность нового царства на весь XVII век.
В историографии наследие Филарета оценивается неоднозначно. Дореволюционные историки (С. Ф. Платонов, А. А. Кизеветтер, Н. И. Костомаров) видели в нём выдающегося, но крутого и «опальчивого» государственника, которому нехватка богословской школы порой мешала в церковных спорах; советская традиция (БСЭ) отмечала его вклад в укрепление «дворянской монархии», критикуя нетерпимость к иноверцам. Современные исследователи (Дж. Кип, Я. Г. Солодкин, И. А. Устинова) подчёркивают значение эпохи Филарета для идеологического преодоления Смуты («Новый летописец»), расцвета печатного дела и усиления патриаршей власти, предвосхитившего амбиции патриарха Никона.
