Происхождение, среда и становление
Александра Михайловна Коллонтай (урождённая Домонтович) родилась 19 (31) марта 1872 года в Санкт-Петербурге в состоятельной дворянской семье. Её отец, генерал от инфантерии Михаил Алексеевич Домонтович, участвовал в Русско-турецкой войне 1877–1878 годов, был Тырновским губернатором в Болгарии и придерживался либеральных взглядов, из-за чего его военный труд конфисковала цензура. Мать происходила из семьи финляндского дворянина и крупного лесопромышленника А. Ф. Масалина; единоутробными родственниками Шуры были певица Евгения Мравина и отец дирижёра Евгения Мравинского. Получив разностороннее домашнее образование и освоив шесть европейских языков, Александра в 1888 году сдала гимназические экзамены экстерном, а в 1893 году вопреки воле родителей вышла замуж за небогатого военного инженера Владимира Коллонтая.
Сближение через Е. Д. Стасову с марксистским подпольем и воскресными школами побудило Коллонтай в 1898 году оставить семью и уехать изучать экономику в Цюрих к профессору Г. Геркнеру, а затем рабочее движение в Англии у С. и Б. Веббов. В 1899 году она вступила в РСДРП; после раскола 1903 года сблизилась с меньшевиками и Г. В. Плехановым. Пережив события 9 января 1905 года, она создала «Общество взаимопомощи работницам», а в 1908 году эмигрировала из-за преследования за брошюру «Финляндия и социализм». В Европе она сотрудничала с К. Цеткин, Р. Люксембург и К. Либкнехтом, в 1914 году за антивоенную статью была арестована и выслана из Швеции, а в 1915 году окончательно перешла к большевикам, выполняя поручения В. И. Ленина в Скандинавии и США.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Теоретическое значение Коллонтай связано с разработкой концепции марксистского феминизма. В монографии «Социальные основы женского вопроса» (1909), книге «Общество и материнство» (1916) и статьях «Новая женщина» (1913) и «Дорогу крылатому Эросу!» (1923) она критиковала буржуазный суфражизм за отрыв от классовой борьбы. Коллонтай доказывала, что реальное освобождение женщины требует социалистического переустройства труда, обобществления быта, признания материнства прямой обязанностью государства и отказа от патриархальной «двойной морали» — идеи, развитые также в её повестях «Василиса Малыгина» и «Большая любовь».
После Февральской революции 1917 года Коллонтай вернулась в Петроград, вошла в Исполком Петросовета, одной из первых поддержала «Апрельские тезисы» Ленина и вела агитацию среди матросов Балтийского флота. После июльского ареста на VI съезде РСДРП(б) её заочно избрали членом ЦК. В октябре 1917 года она голосовала за вооружённое восстание и 30 октября возглавила Наркомат общественного призрения, став первой женщиной-министром в мировой истории. На этом посту она учредила Отдел и Коллегию по охране материнства и младенчества, а в 1920 году инициировала и возглавила Женотдел ЦК РКП(б), развернув кампании по ликвидации женской неграмотности и вовлечению работниц в общественную жизнь.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Бескомпромиссность Коллонтай не раз втягивала её в острые столкновения. В январе 1918 года попытка реквизиции Александро-Невской лавры привела к гибели протоиерея Петра Скипетрова и анафеме патриарха Тихона. В марте 1918 года, примкнув к «левым коммунистам» Н. И. Бухарина против Брестского мира, Коллонтай вышла из Совнаркома, а в Гражданскую войну руководила политотделами Красной армии на Украине и в Крыму. Кульминацией её оппозиционности стало участие в 1921 году вместе с А. Г. Шляпниковым в руководстве «Рабочей оппозицией», требовавшей передать управление экономикой профсоюзам. Одноимённая брошюра Коллонтай вызвала резкую критику Ленина и осуждение Х съезда РКП(б), а после её выступления против нэпа на III конгрессе Коминтерна и подписания «Заявления 22-х» в феврале 1922 года комиссия И. В. Сталина, Г. Е. Зиновьева и Ф. Э. Дзержинского на XI съезде едва не исключила её из партии.
Осенью 1922 года, переживая политическую изоляцию и разрыв со вторым мужем П. Е. Дыбенко, Коллонтай лично попросила Сталина о заграничной командировке. Это открыло её двадцатитрёхлетнюю дипломатическую службу, ставшую фактической «почётной ссылкой». В качестве поверенного в делах, полпреда и посла она работала в Норвегии (1922–1926, 1927–1930), Мексике (1926–1927) и Швеции (1930–1945), став в 1943 году первой в XX веке женщиной в ранге чрезвычайного и полномочного посла. В Стокгольме она добилась нейтралитета Швеции в Зимней войне 1939–1940 годов, а в 1944 году при участии В. Семёнова и З. Воскресенской обеспечила посредничество для выхода Финляндии из войны против СССР.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Поздние годы Коллонтай прошли под знаком тяжёлых инсультов 1942–1945 годов, отставки с поста посла в июле 1945 года и драматического компромисса со сталинским режимом. Из всего состава ЦК, готовившего Октябрь 1917 года, до 1950-х годов уцелели лишь Сталин, М. Муранов и Коллонтай. В годы террора были расстреляны П. Дыбенко (1938) и А. Г. Шляпников (1937); сама дипломат в Стокгольме отредактировала раннюю автобиографию и публично поддержала партийную линию, включая поворот к традиционной семейной политике. Если Л. Д. Троцкий осуждал её капитуляцию перед аппаратом, то современные биографы (Б. Клементс, Б. Фарнсворт, Э. Каррер д’Анкосс) отмечают, что молчание и лояльность позволили ей уберечь единственного сына Михаила и племянника-дирижёра Е. А. Мравинского.
А. М. Коллонтай умерла 9 марта 1952 года в Москве и похоронена на Новодевичьем кладбище. В СССР её чтили как соратницу Ленина и выдающегося дипломата, тогда как на Западе с 1960–1970-х годов произошёл бурный всплеск интереса к её работам о женском труде, семье и новой морали. Двукратное выдвижение её кандидатуры норвежскими и шведскими политиками (включая президента Финляндии Ю. К. Паасикиви) на Нобелевскую премию мира в 1946–1947 годах отразило двойственное историческое значение Коллонтай — смелого теоретика социальной эмансипации и мастера скандинавской дипломатии.
