Происхождение, среда и становление
Алексей Викторович Щусев родился 26 сентября (8 октября) 1873 года в Кишинёве в многодетной семье отставного земского чиновника Виктора Петровича Щусева. Осиротев в пятнадцать лет, Алексей при поддержке родственников и стипендии кишинёвского земства в 300 рублей в год окончил гимназию и летом 1891 года поступил в петербургскую Академию художеств. В первые три года он посещал классы Г. И. Котова, И. Е. Репина и А. И. Куинджи, а с 1894 года сосредоточился на архитектуре в мастерской Л. Н. Бенуа.
Решающую школу пространственного мышления Щусев прошёл в полевых экспедициях: в 1895 и 1897 годах он ездил в Среднюю Азию и Самарканд с археологом Н. И. Веселовским, а в 1896 году изучал древности Ростова, Костромы, Ярославля и памятники Австро-Венгрии и Румынии. В том же 1896 году он получил право на самостоятельное производство работ, а в 1897 году защитил диплом с золотой медалью и отправился в шестнадцатимесячное путешествие по Италии, Тунису и Парижу, совершенствуя рисунок в Академии Жюлиана. Начинать собственную практику пришлось трудно, пока проект иконостаса Киево-Печерской лавры (1901–1902) и помощь М. В. Нестерову в храме Абастумани не обеспечили молодому зодчему покровительство художника и заказы влиятельных меценатов — Харитоненко, фон Мекк, Олсуфьевых и великой княгини Елизаветы Фёдоровны.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
В 1900-е годы Щусев стал ведущим мастером неорусского стиля — особого ответвления модерна, освобождённого от шаблонной стилизации. Научная реставрация Васильевской церкви XII века в Овруче (1904–1911) и строительство Троицкого собора Почаевской лавры (1905–1911) принесли ему в 1910 году звание академика архитектуры и закрепили фирменные приёмы намеренной асимметрии и пластически перетекающих объёмов. Вершиной этого этапа стала Марфо-Мариинская обитель в Москве (1908–1912), созданная совместно с Нестеровым. В 1911 году Щусев выиграл закрытый конкурс на Казанский вокзал в Москве, развернув его протяжённый фасад как живописный ансамбль палат XVII века с многоярусной башней и собрав коллектив художников во главе с Е. Е. Лансере, а в 1914–1916 годах спроектировал целую серию станций Урала и Поволжья — от Красноуфимска до Сергача и Семёнова.
После революции 1917 года Щусев стал ключевым организатором советского градостроительства и музейного дела. С И. В. Жолтовским он возглавлял разработку плана «Новая Москва» (1918–1925), в 1923 году руководил архитектурой Всероссийской выставки, а в 1926–1928 годах как директор Третьяковской галереи провёл её электрификацию и модернизацию фондов. Ночной вызов в Кремль с 22 на 23 января 1924 года принёс ему главный государственный заказ: Щусев построил два деревянных Мавзолея В. И. Ленина (1924) и постоянный гранитный Мавзолей (1929–1930, с И. А. Французом и Г. К. Яковлевым). Одновременно на рубеже 1920–1930-х годов он возвёл крупные памятники конструктивизма — санаторий в Мацесте, здание Наркомзема (с А. З. Гринбергом) и Военно-транспортную академию на Большой Садовой.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Способность Щусева успешно работать в разные исторические эпохи порождала среди авангардистов обвинения в «стилистическом двурушничестве». Так, на конкурсе Библиотеки имени Ленина (1927–1929) он перешёл от неоклассицизма к модернизму, хотя в теоретических выступлениях предостерегал от поверхностного подражания конструктивизму, превращающего новую конструкцию в декор наподобие «ампирной» колонки. В 1925 году Щусева отстранили от руководства планировкой Москвы после публичного спора в защиту церкви Святого Евпла, а в 1931–1933 годах на конкурсе Дворца Советов И. В. Сталин скептически отозвался о его заявке: «Проект Щусева — тот же собор Христа Спасителя, но без креста (пока что)».
Став в 1933 году руководителем 2-й мастерской Моспроекта, Щусев возглавил стилистическую ревизию строящихся авангардных объектов, прежде всего гостиницы «Москва», оттеснив её прежних авторов Л. И. Савельева и О. А. Стапрана и выиграв бюрократическую дуэль у Бруно Таута (асимметрия южного фасада «Москвы» была вызвана дефектами старого каркаса «Гранд-отеля»). В августе 1937 года Савельев и Стапран обвинили Щусева в «Правде» в плагиате и покровительстве арестованным специалистам; глава Союза архитекторов К. С. Алабян добился его исключения, а мастерская перешла к Д. Н. Чечулину. Спасся Щусев благодаря связям в Моссовете и покровительству Л. П. Берии (курировавшего кавказские стройки и эталонное здание ИМЭЛ в Тбилиси): весной 1938 года президент АН СССР В. Л. Комаров назначил его главным архитектором Академии наук и главой института «Академпроект», выполнявшего и заказы НКВД, включая здание на Лубянке.
Наследие, влияние и оценки в историографии
В годы Великой Отечественной войны и после победы Щусев возглавил разработку генеральных планов восстановления разрушенных городов — Истры (1942–1943), Новгорода (1943–1945) и Кишинёва (1947), стремясь сохранить их историческую планировочную индивидуальность. В 1943 году он стал академиком АН СССР, в 1946 году основал и возглавил Музей русской архитектуры, а его последней крупной работой стал проект станции московского метро «Комсомольская-кольцевая», открытой в 1952 году и принесшей ему четвёртую (посмертную) Сталинскую премию.
Советская историография 1930–1940-х годов избегала упоминать связь Щусева с модерном, а позднее нередко сводила его многостилие к конъюнктурному эклектизму. Однако сам зодчий ещё до революции рассматривал русскую архитектуру от 1830-х до 1910-х годов как единый стилеобразующий процесс, а в труде «Архитектурная организация города» (1934) обобщил опыт синтеза старой среды и современной техники. Современные историки (А. В. Иконников, С. О. Хан-Магомедов, Д. С. Хмельницкий, Д. В. Кейпен-Вардиц) подчёркивают, что сквозным стержнем всех трёх этапов творчества Щусева оставалась культура объёмной пластики, чувство ансамбля и умение вписать новые инженерные формы в живую городскую память.
