Происхождение, среда и становление
Даниил Иванович Хармс (настоящая фамилия Ювачёв) родился 17 (30) декабря 1905 года в Санкт-Петербурге. Его отец Иван Павлович Ювачёв, бывший революционер-народоволец и сахалинский ссыльный, стал духовным писателем и был знаком с А. П. Чеховым, Л. Н. Толстым и Н. А. Морозовым; мать Надежда Колюбакина окончила Екатерининский институт благородных девиц и руководила убежищем для женщин, отбывших заключение. Окончив немецкую Петришуле (1915–1918) и 2-ю Детскосельскую единую трудовую школу, в 1924 году Даниил поступил в Первый ленинградский электротехникум, откуда был отчислен в феврале 1926 года за непосещаемость и неучастие в общественной работе, после чего в сентябре 1926 года стал слушателем курсов кино в Государственном институте истории искусств.
Около 1921–1922 года он принял псевдоним «Хармс» (в рукописях встречается около сорока вариантов: Ххармс, Чармс, Дандан, Карл Иванович Шустерлинг), выстраивая эпатажный облик английского денди с трубкой. Пройдя школу зауми в «Ордене заумников DSO» А. Туфанова под влиянием Велимира Хлебникова, Алексея Кручёных и Казимира Малевича, он в марте 1926 года вступил в Ленинградское отделение Всероссийского союза поэтов (исключён в марте 1929 года за неуплату взносов), а с 1925 года вошёл в философско-поэтический круг «чинарей» вместе с Александром Введенским, Леонидом Липавским и Яковом Друскиным, где сформировалось представление о слове как автономной реальности.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
В 1926–1927 годах через группы «Левый фланг» и «Академия левых классиков» Хармс объединил левых ленинградских литераторов и осенью 1927 года возглавил группу ОБЭРИУ («Объединение реального искусства») с участием А. Введенского, Н. Заболоцкого, К. Вагинова, И. Бахтерева, Б. Левина и К. Минца. Кульминацией объединения стал вечер «Три левых часа» в Доме печати 24 января 1928 года, на котором поставили написанную Хармсом пьесу «Елизавета Бам». Сюжет об абсурдном циклическом аресте героини за ещё не совершённое убийство Петра Николаевича (с гротескными следователями и сквозным мотивом таракана-палача) на четверть века опередил западный театр абсурда Э. Ионеско и С. Беккета.
С конца 1927 года Самуил Маршак, Николай Олейников и Борис Житков привлекли обэриутов в детскую периодику («Ёж», «Чиж», «Сверчок», «Октябрята», «Мурзилка»). Детская литература стала основным заработком Хармса, причём Н. И. Харджиев отмечал, что поэт «не любил этого, но не мог писать плохо»: в 1928–1931 годах вышли девять его книжек («Озорная пробка», «Во-первых и во-вторых», «Иван Иваныч Самовар», «Игра», «Миллион»), в 1937 году — перевод «Плиха и Плюха» В. Буша, а совместно с С. Маршаком были созданы «Весёлые чижи». Между тем «взрослое» творчество оставалось под спудом (при жизни вышли лишь два стихотворения 1926–1927 годов): в 1930-е годы Хармс написал пьесу «Лапа» (1930), цикл миниатюр «Случаи» (1933–1939), «Голубую тетрадь № 10» и повесть «Старуха» (1939), доведя до предельного лаконизма поэтику алогизма, коммунальной нужды, пародийных сцен с классиками и внезапного насилия, сопоставимую с «Процессом» Ф. Кафки и «Приглашением на казнь» В. Набокова.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Уже премьера «Елизаветы Бам» в 1928 году вызвала угрозу звонка в НКВД со стороны критика М. Падво и разносную статью Л. Лесной в «Красной газете» об «откровенном до цинизма сумбуре». В декабре 1931 года Хармса, Введенского и Бахтерева арестовали как участников «антисоветской группы детских писателей», усмотрев в их игровой поэтике отказ от воспитания советских материалистических ценностей; приговор коллегии ОГПУ от 21 марта 1932 года (три года концлагеря) 23 мая заменили ссылкой («минус 12») в Курск, откуда Хармс вернулся в октябре 1932 года.
По оценке исследователя Ж.-Ф. Жаккара, 1932–1933 годы принесли поэту острый мировоззренческий кризис — переход от утопии поэтического «творения мира» к прозе распада языка. ОБЭРИУ прекратило выступления, в 1937 году разгромили ленинградскую редакцию Маршака и арестовали Введенского, Олейникова и Заболоцкого, а первая жена Эстер Русакова погибла на Колыме. Хармс со второй женой Мариной Малич бедствовал на улице Маяковского, 11, находя отдушину в беседах «чинарей» («Разговоры» Л. Липавского) и дружбе с В. Петровым. Начавшаяся война обернулась катастрофой: 23 августа 1941 года по доносу о «клеветнических и пораженческих настроениях» писателя арестовал УНКВД (следствие вёл сержант Бурмистров; при этом свидетельства друзей не подтверждают приписанных ему пронемецких взглядов). Чтобы спастись от расстрела, Хармс симулировал сумасшествие и был помещён в психиатрическое отделение тюрьмы «Кресты», где скончался от голода 2 февраля 1942 года; вдове ложно сообщили о его вывозе в Новосибирск.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Сбережением рукописного наследия Хармса литература обязана Якову Друскину и Марине Малич, вынесшим в 1942 году из пострадавшей от бомбёжки квартиры чемодан с автографами, счетами прачечных и записными книжками; позднее Друскин передал архив в Публичную библиотеку (РНБ, фонд 1232) и Пушкинский Дом. 25 июля 1960 года по ходатайству сестры поэта Елизаветы Грициной Генеральная прокуратура посмертно реабилитировала Хармса за отсутствием состава преступления (вероятное место захоронения — Пискарёвское кладбище).
В советской печати «взрослый» Хармс начал возвращаться с ленинградского «Дня поэзии» (1965) и публикаций в «Клубе 12 стульев» с предисловием В. Шкловского, тогда как корпус его прозы и стихов распространялся через самиздат, антологию Дж. Гибиана (1974) и бременский четырёхтомник М. Мейлаха и В. Эрля (1978–1988). Первое советское издание «Полёт в небеса» вышло в 1988 году, в 1990-е В. Сажин подготовил шеститомное собрание, а массовый успех породил даже серию подражательных анекдотов 1970-х годов из редакции «Пионера». Работы А. Александрова, А. Кобринского, В. Шубинского и Ж.-Ф. Жаккара утвердили статус Хармса как ключевого моста от авангарда к постмодернизму: его поэтика повлияла на группу «Хеленукты», русский рок (Б. Гребенщикова, А. Гуницкого), прозу Ю. Коваля и В. Пелевина, а пьесы вошли в мировой театр (от БДТ и «Сатирикона» до постановок Р. Уилсона); память поэта отмечена доской на доме 11 по ул. Маяковского (2005) и астероидом (6766) Хармс.
