Происхождение, среда и становление
Кондратий Афанасьевич Булавин (ок. 1660–1708) возглавил последнее крупное казачье восстание петровской эпохи, порождённое столкновением донского автономизма и жёсткого фискально-мобилизационного нажима государства в годы Северной войны. Старая историографическая традиция (включая БСЭ 1927 года) относила его рождение к Трёхизбенскому городку около 1660 года в семье станичного атамана, тогда как новейшие архивные исследования О. Г. Усенко установили, что он родился около 1667 года в Салтове (Харьковский слободской казачий полк) в семье сына боярского Афанасия Абакумовича Булавина, позже поверстанного в рейтары, и имел трёх братьев — Ивана, Антипа и Екима. После 1675 года Кондратий переселился на Дон и приписался к Трёхизбенской станице.
Карьеру Булавин начал внутри законной войсковой иерархии: в 1703 году он стал атаманом Бахмутского городка, основанного донцами в 1702 году у богатых солеварен на реке Бахмут. Однако на эти промыслы давно претендовал слободской Изюмский полк, пользовавшийся поддержкой Москвы. В 1705 году Булавин по прямому поручению войсковых властей силой захватил солеварни, ограбил и изгнал изюмцев, а после жалобы наказного полковника Щуста арестовал прибывшего из Москвы с солдатами следственного дьяка Алексея Горчакова, сославшись на отсутствие указа из Черкасска. Приехавшие вскоре черкасские старшины полностью подтвердили законность действий бахмутского атамана.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Решительный поворот к открытому бунту вызвали указы Петра I о массовом сыске и возвращении с Дона тысяч беглых крестьян, солдат, дезертиров и работных людей с верфей и лесосплавов Северной войны. Войсковой атаман Лукьян Максимов поддержал карательную экспедицию гвардии полковника князя Ю. В. Долгорукова, успевшего схватить по донецким городкам до трёх тысяч беглецов. В ответ 9 (20) октября 1707 года у Шульгинской станицы на реке Айдар Булавин с отрядом верховых казаков и беглых ночным налётом полностью истребил отряд Долгорукова, казнив самого князя и его офицеров (по предположению С. М. Соловьёва, именно это потрясение породило в языке выражение «хватил Кондратий»).
Несмотря на поражение от лояльных властям казаков при Закотенском городке и зимнее бегство в Запорожскую Сечь, весной 1708 года Булавин вернулся на Верхний Дон, опираясь на запорожцев, голытьбу, раскольников и работных людей. К апрелю восстание охватило Козловский, Тамбовский, Верхне- и Нижнеломовский уезды, Слобожанщину, Левобережье и Поволжье. 9 апреля пятитысячное войско Булавина на реке Лисковатке (у Паншина городка) разгромило трёхтысячную армию Максимова, захватив пушки и стан. 1 мая повстанцы заняли столицу войска — Черкасск, взяв в заложники старшин братьев Поздеевых; сторонники бунта выдали Максимова с четырьмя старшинами (их обезглавили, а Ефрема Петрова удушили), и 9 мая на кругу Булавина провозгласили войсковым атаманом. Его «прелестные письма» звали пограничные уезды постоять за казацкие права против изменников — как формулировалось в воззваниях, это «бояре, да прибыльщики и немцы».
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
На вершине успеха Булавин проявил стратегическую ограниченность и внутреннее колебание. Одновременно направляя в Москву и Азов притворно верноподданные отписки, где перекладывал вину за расправу над Долгоруковым на всё войско, он пытался сколотить широкую коалицию с запорожцами, кубанскими казаками, ногайцами и османским султаном. В критический момент атаман совершил фатальную ошибку, распылив силы на несколько изолированных фронтов: Игнат Некрасов был послан на Волгу, Семён Драный — к Изюмской черте и в Слобожанщину, Лука Хохлач — на реку Куртлак, тогда как сам Булавин остался в Черкасске против двинутого Петром I 35-тысячного регулярного корпуса под командой брата убитого полковника — майора гвардии князя Василия Владимировича Долгорукова.
Плохо подготовленный поход булавинцев на главный царский оплот — крепость Азов — завершился разгромом: тайные противники атамана (Илья Зерщиков и другие старшины) заранее предупредили азовского воеводу, а без осадной артиллерии повстанцы попали под огонь крепостных и корабельных орудий. Тем временем 28 апреля регулярные войска Долгорукова разбили отряд Хохлача на Куртлаке (из 143 пленных, по донесению командующего, оказалось лишь 23 старых казака, а остальные — «все разных городов сходцы»), а полковники Кропотов и Гулиц разгромили Драного. Известия о поражениях вызвали переворот в Черкасске: в ночь на 7 (18) июля 1708 года заговорщики во главе с новым атаманом Зерщиковым осадили дом Булавина. Обороняясь с 11 преданными соратниками, когда курень начали обкладывать камышом для поджога, Булавин погиб (по официальной версии — застрелился из пистолета, однако ряд свидетельств называет убийцей есаула Ананьина). Его тело привезли в Азов, обезглавили и повесили за ногу; остатки отрядов Никиты Голого держались на Дону до осени, а около двух тысяч некрасовцев в начале 1709 года ушли на Кубань и позднее переселились в Османскую империю.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Восстание 1707–1709 годов имело необратимые государственно-правовые последствия для Юга России: правительство Петра I ликвидировало прежнюю автономию Войска Донского, урезало его северные земли, усилило регулярный сыск беглых и поставило выборность войскового атамана под жёсткий контроль имперской власти. Память о вожде восстания сохранилась в топонимике Донбасса и России (посёлок Булавинское, улицы в Рудном и Семилуках), в памятниках в Бахмуте (1971), Трёхизбенке (1998) и Булавиновке, а также в исторических романах Н. А. Задонского («Донская либерия»), Д. И. Петрова-Бирюка и повести В. А. Лебедева.
В историографии оценки Булавина резко расходились. Дореволюционные авторы (С. М. Соловьёв, ЭСБЕ) считали его авантюристом и сообщником И. С. Мазепы, поднявшим «сброд» на разорение придонских пашен и церквей под лозунгами о том, будто «бояре и немцы вводят казаков в эллинскую веру, жгут и казнят напрасно». Советская школа (1-е издание БСЭ, В. И. Лебедев, В. И. Буганов) трактовала движение как антифеодальную Крестьянскую войну. Современные историки (О. Г. Усенко, П. А. Аваков) реконструируют биографию Булавина и показывают бунт как конфликт между зажиточной старшиной Черкасска и верховыми станицами на фоне петровской модернизации.
